Готовый перевод Thousand Faces of Dragon / Дракон Тысячи Лиц: Глава 12. Я не испытываю предвзятости к попаданцам, я просто терпеть не могу Ли Эньсу

— О, попаданец Ли Эньсу, ты пожаловал?

Приветствие, прозвучавшее в тот самый миг, как Лиэн погрузился в мир снов, заставило все волоски на его теле встать дыбом.

Расчленение? Казнь? Бесчисленные варианты участи раскрытого попаданца пронеслись в его голове, но затем пришло осознание.

«Это всего лишь сон».

Глядя на стоящего неподалеку старого рыцаря, который с ним поздоровался, Лиэн почувствовал укол досады.

Раз уж он сам получил чужие воспоминания, то вполне логично, что и этот человек получил его собственные, не так ли?

А может быть, этот старик просто решил нарочно его напугать?

«А точно ли это просто сон?» — следом закралось сомнение.

Всё, что он видел, слышал и осязал, казалось пугающе реальным.

Это была пустошь под лишенным звезд небом. Лишь лунный свет озарял землю под ногами. Почва ощущалась твердой, а сжав кулак, он отчетливо почувствовал напряжение собственных мышц.

Лиэн не мог понять, реальность перед ним или иллюзия. Он даже уловил витающий над пустошью аромат жареного мяса.

Стоп. Откуда здесь запах шашлыка?

— Будешь? — спросила древняя героическая душа, помахав зажатым в руке шампуром.

Перед ним стояло целых четыре мангала и лежали сотни шампуров с овощами, фруктами и мясом... Лиэн заметил даже плоды со своей родины.

— Ага, — раз уж он оказался здесь, нужно извлекать пользу. У Лиэна потекли слюнки.

— Обойдешься... иди и жарь сам.

— Что ж, характер у старика и впрямь оказался прескверным.

В тот момент, когда при первой же встрече назвали его настоящее имя, Лиэн испытал леденящий душу ужас.

Но сейчас этот слегка легкомысленный дядька заставил его немного расслабиться. Будь перед ним тот самый безжалостный судья в железной маске из легенд о героических душах, Лиэн бы зажался еще сильнее.

Он принялся внимательно изучать собеседника.

Высокое тело скрывалось под массивными латами. Несмотря на кажущиеся идеальными пропорции, рыцарь был едва ли не вдвое выше его самого, а рука, вертящая шампур, толщиной превосходила бедро Лиэна.

Доспехи не блистали великолепием, скорее выглядели изрядно потрепанными. На наплечниках красовались крест правосудия и весы справедливости, чьи краски давно выцвели от времени. Поверхность брони, выкованной, судя по всему, из легендарного металла, была испещрена вмятинами и глубокими царапинами.

Вероятно, он принадлежал к расе волков — два серых уха выдавали его с головой. Снятая маска безликого судьи, символизирующая беспристрастность, представляла собой полумаску, оставляющую открытой нижнюю часть лица, напоминая шлем одного известного героя-летучей мыши... Вот только правила никого не убивать у этого рыцаря явно не было.

Это была самая настоящая машина для убийств.

При одном взгляде на него Лиэн вспомнил обрывки чужой памяти, в которых этот закованный в броню танк одним взмахом клинка разрубал демонов надвое.

— Пожалуй, я поверю, что это сон, — такие монстры не должны существовать в реальности.

— Именно. Это твой сон, твой мир, поэтому...

Хриплый раскатистый смех мужчины средних лет разнесся над пустошью.

— ...поэтому можешь не бояться всяких там захватов тела, — старик самодовольно ухмыльнулся юноше, а щетина на его подбородке затряслась.

Лицо Лиэна мгновенно посерело. Его снова прочитали как открытую книгу.

— Успокойся, это не чтение мыслей, — мужчина потер заросший подбородок с еще большим самодовольством.

— Обычный жизненный опыт. Малец, все твои мысли для меня прозрачны словно стекло.

Вдруг старик о чем-то вспомнил и радостно рассмеялся: — Чем переживать из-за меня, лучше бы побеспокоился о тех, кто рядом с... А, забудь. Мертвецам не стоит вмешиваться в дела живых.

«Тогда не обрывай фразу на полуслове!»

Именно за это Лиэн и ненавидел таких вот старых хрычей: они вечно недоговаривают, утаивая самое важное.

Сделаешь всё правильно — это их мудрое руководство. Ошибешься — сам дурак. А начнешь допытываться — не вытянешь ни слова.

В таких случаях главное не поддаваться на провокации... Опыт подсказывал Лиэну: если бы старик хотел сказать, уже бы сказал. А начнешь давить — он просто обведет тебя вокруг пальца еще раз.

— Ага, конечно-конечно.

Отсутствие реакции со стороны Лиэна лишь заставило собеседника рассмеяться еще громче.

Неужели его молчание — тоже часть вражеского плана?

— Тц, старый дуралей, — Лиэн прямо перешел на личности.

— Разочарован?

Лиэн на мгновение замолчал, но затем покачал головой.

Даже по разрозненным осколкам памяти он успел оценить ослепительно яркую жизнь Сура. Было бы слишком поверхностно менять о нем мнение только из-за этих странных повадок.

Он, Сур Давон, был истинным, бессмертным героем.

А сейчас для Лиэна одной возможности отведать ту самую жареную баранину с зирой и перцем из воспоминаний было более чем достаточно для счастья.

— Ах ты мелкий паршивец! Хочешь жрать — жарь сам, не трогай мои!

— Хех, неплохо готовишь. Долгие тренировки?

Лиэн считал вполне естественным то, что его сущность попаданца раскрыли.

Успокоившись, он понял, что глупо пытаться утаить что-либо от героической души, которая буквально парит над его собственным сознанием.

Он наблюдал. Изучал отношение собеседника к себе... И немного опасался ксенофобии.

Пусть это и звучало странно, но враждебность к чужаку из иного мира была бы вполне нормальной реакцией. Особенно для паладина — защитника этого мира.

— Пха-ха-ха, Ли Эньсу, а ты и впрямь забавный. Успокойся, я не испытываю вражды к попаданцам. В будущем ты поймешь, что это вообще не проблема... В этом мире и так полным-полно всякой чертовщины. Одним попаданцем больше, одним меньше — погоды не сделает.

— И эти мысли старику удалось прочесть без труда.

Вот только эта фраза несла в себе слишком уж много информации.

Лиэн тоже улыбнулся, его напряжение спало... Этот благородный паладин из воспоминаний не опустился бы до лжи.

Но затем снова занервничал: значит, существа вроде попаданцев здесь на каждом шагу? И есть вещи похуже?

Мангал дарил крохи тепла посреди бескрайней пустоши. Лиэн спокойно наслаждался своим ночным перекусом, который вряд ли смог бы утолить настоящий голод.

Они болтали ни о чем. Возможно, благодаря резонансу душ, между ними возникло удивительное взаимопонимание.

Но даже самый долгий ужин рано или поздно подходит к концу...

— Время пришло. Начнем, — посиделки закончились, пора было браться за дело.

Когда сальный мужчина средних лет отряхнул пепел с рук и поднялся, перед Лиэном предстал рыцарь, подобный несокрушимой стальной стене.

Непреступная крепость. Сокрушительный меч правосудия.

Он обнажил старинный двуручный меч... который в глазах Лиэна выглядел как гигантская дверная створка.

Раз уж брошен вызов, причин для отказа нет.

Лиэн глубоко вздохнул и, столкнувшись с невероятно огромным противником, крепко сжал в руках серебристо-белый Меч Храбрости, плавно поднимая его в защитной стойке.

Он сфокусировал взгляд, готовясь отразить удар.

— Обратный отсчет нужен? — противник казался совершенно расслабленным.

— Никак нет, сэр... А-а-а!!!

Оторванная голова взмыла в небо, кувыркаясь в воздухе, и лишь спустя мгновение он заметил серебристую вспышку.

Расстояние в семь метров. Всего один миг — и блеск клинка угас.

Последнее, что отпечаталось в его угасающем сознании — рука, возвращающая меч в ножны, и неприкрытая, издевательская ухмылка на заросшем щетиной лице.

— Я... я... — спустя несколько десятков секунд воскресший Лиэн наконец-то пришел в себя.

— Расслабься, ты еще жив. Ну, каково это — умереть разок?

Тот же самый участок земли, та же самая боевая стойка. Казалось, поединок еще даже не начался... Но Лиэн всё еще чувствовал ледяной холод на шее. Ему и вправду отрубили голову, которая улетела куда-то вдаль.

Он посмотрел на стоящего неподалеку паршивого старикашку, которому, казалось, было абсолютно плевать на произошедшее.

Нет, меч снова поднялся в воздух.

— Погоди...

— Спокойно, помрешь еще пару раз — и привыкнешь.

Эту фразу Лиэн услышал уже лежа лицом в грязь. Изо рта текла кровь, а ниже пояса тело ничего не чувствовало... Практика показала, что смерть от разрубания пополам действительно наступает медленнее, чем от обезглавливания, давая возможность понаблюдать за происходящим лишние пару секунд.

Щелк.

С грохотом провернулись бронзовые шестерни. Мир снов вновь перезапустился, возвращая их на прежние позиции.

— Стой! Дай мне собраться... — даже если это режим обучения, нужно хотя бы подготовиться.

На этот раз Сур не спешил взмахивать мечом, терпеливо дожидаясь, пока Лиэн придет в норму.

Лиэн лихорадочно соображал, как отразить атаку.

— Готов? Разницы всё равно никакой, так что я не тороплюсь, — лениво протянул Сур.

Теперь Лиэн был абсолютно уверен: этот дед, может, и заслуживал звания героя, но вот характер у него был просто отвратительный... Образ сурового, правильного паладина из обрывков памяти рассыпался в прах.

Возможно, в зрелые годы он и был рыцарем строгих нравов, но тот старик, что подошел к концу своего жизненного пути, оказался самым настоящим вредным старым пердуном!

— Готов... Твою мать! Опять исподтишка!

В этот раз он даже не увидел блеска лезвия. Сердце уже было пронзено.

— Да какая ты к черту героическая душа?! Ты же паладин высшего ранга, где твоя рыцарская честь?!

— Противникам на поле боя плевать на рыцарскую честь. Чем благороднее паладин, тем лучше он должен разбираться во всяких грязных трюках.

У этого старого хрыча и впрямь не было ни капли чести!

Щелк. Время снова обратилось вспять.

— Фух, давай еще раз, — Лиэн сделал глубокий вдох, активировал Драконий глаз и не отрываясь уставился на Сура.

В этот раз он во что бы то ни стало должен был уловить движения противника.

Бам. И он снова умер.

— Разглядел? — под маской всё так же сияла неприкрытая, садистская ухмылка, совершенно не подобающая праведному паладину.

— ...Нет, — Лиэн ощупал голову. На месте... На этот раз его просто расплющили двуручным мечом, словно мухобойкой.

— Значит, повторим еще пару раз, — героическая душа никуда не торопилась. Времени у нее, похоже, было в избытке.

— Угу, — в этом, видимо, и заключался смысл тренировок в мире снов: накапливать боевой опыт через иллюзорные, но до боли реалистичные смерти.

И вот он умирал снова и снова.

Разрубание пополам, обезглавливание, расплющивание и пронзание сердца оказались лишь разминкой.

Затем его крошили на две части, на четыре, распускали как цветок, мгновенно шинковали на сашими... Разнообразные горизонтальные и вертикальные взмахи клинка демонстрировали поистине превосходные навыки мясника.

Поединок? Улавливание движений? Что за бред? Разве происходящее имеет хоть какое-то отношение к бою?

Разве всё не заканчивалось одной-единственной вспышкой? Да в большинстве случаев Лиэн отправлялся на тот свет, даже не успев её заметить!

— ...Подожди, что-то здесь не так. От таких тренировок нет никакого толку.

До Лиэна наконец дошло: колоссальный разрыв в базовых характеристиках и мастерстве делал эти упражнения абсолютно бессмысленными.

— По крайней мере, ты привык к смерти... Держи, это то, что тебе нужно.

С этими словами закованный в серебряную броню рыцарь бросил ему мешок со снаряжением.

Внутри оказались черная рыцарская перчатка, пара серебристо-белых сапог и блестящий серебряный браслет.

— Сапоги ускорения в сочетании с Перчатками гигантской силы — стандартный набор для любого желторотого воина или рыцаря. Браслет позволяет один раз в день применять стандартное Искусство Святой Силы. Ах да, здесь количество зарядов бесконечно.

Старый рыцарь, похоже, наконец-то вспомнил о своих обязанностях наставника и даже объяснил Лиэну, как ими пользоваться: сначала нужно активировать Искусство Святой Силы и лишь потом надевать перчатки, чтобы не подвергнуться проклятию мутации.

Он также напомнил, чтобы Лиэн, вернувшись в реальность, раздобыл свитки или святыни «Снятия малого проклятия», поскольку проклятые предметы, вступив в контакт с владельцем, зачастую отказываются сниматься просто так.

Лиэн сделал глубокий вдох и, следуя указаниям наставника, надел браслет, натянул перчатки и обулся в Сапоги ускорения.

По телу разлилась невероятная мощь. Теперь он мог бы сразиться с любым грозным противником. Он вот-вот испытает на себе тот самый пик силы, который рисовал в своем воображении...

Пуф. Под легкий смешок все три артефакта рассыпались в прах, оставив на руках Лиэна лишь горстку пепла.

Смех сменился тихим шепотом:

— Это мир снов. И это были мои творения... Ты должен создать свои собственные.

Лиэн погрузился в молчание. Этот старикан явно перегибал палку.

Но, сделав глубокий вдох, он восстановил в памяти недавние ощущения, и вещи одна за другой начали материализоваться из пустоты.

Сур был прав: это сон Лиэна, и он волен создавать всё, что ему знакомо... А образцы Сур ему уже предоставил.

Спустя несколько десятков секунд экипировка вновь оказалась у него в руках, и Лиэн молча облачился в нее.

Священное сияние озарило его фигуру. Перчатки гигантской силы наполнили мышцы мощью, сапоги многократно увеличили скорость и взрывную силу, а святая энергия вывела его возможности на совершенно новый уровень.

В это мгновение он наконец-то обрел боевую мощь, сопоставимую с силами настоящего паладина.

Он посмотрел на заждавшегося рыцаря-героическую душу, смутно осознавая одну простую истину.

— И ты еще смеешь утверждать, что не испытываешь предвзятости к попаданцам? Ты ведь меня на дух не переносишь.

— Я не имею ничего против попаданцев... Но ты мне действительно не нравишься.

— Несовместимость характеров?

— Нет, я просто терпеть не могу Ли Эньсу.

И это, по-твоему, не предвзятость?! «Я не ненавижу орков, но пусть этот твой приятель-орк держится подальше от моего дома!»

Рыцарь, открыто демонстрирующий расовую дискриминацию, и при этом — рыцарь клятвы, воплощающий справедливость и правосудие? Лиэн почувствовал, как от ярости у него перекосило лицо, и он едва не расхохотался от абсурдности ситуации.

— А что до причин моей неприязни, рано или поздно ты... нет, ты очень скоро всё поймешь, — рыцарь продолжал улыбаться, но его глаза, казалось, видели всё насквозь.

Лиэн поднял Меч Храбрости. В этот удар он вложит всю свою ярость.

Бам!

Серебристая вспышка — и всё снова обнулилось.

Была ли разница? Наверное, возможно, должна была быть...

Обезглавливание, удушение, разрубание... Лиэн продолжал наслаждаться изощренными видами мгновенной смерти.

— Стой, дай передохнуть... — наконец, когда умирать стало уже невыносимо, он сам попросил тайм-аут.

Он задумался. Дело было не в страхе смерти, просто продолжать в том же духе...

— А в этом вообще есть какой-то смысл? Во многих романах герои стремительно развиваются через смертельные бои.

— Какой еще смысл? Поменьше читай всякий бред. Сила нарабатывается годами упорных тренировок, чего ты хотел добиться за одну ночь?

Аргумент был железобетонным, но Лиэн впал в ступор.

Тогда ради чего он умирал всю эту ночь? В чем смысл?

— Смысл есть. Мне было весело, — паршивый старик превзошел сам себя.

— И ты еще смеешь утверждать, что не предвзят к попаданцам!!

— Нет, я просто терпеть не могу Ли Эньсу.

Те же самые слова и ехидная ухмылка рыцаря окончательно выбили почву из-под ног Лиэна.

Сейчас он не чувствовал в себе той подавляющей ауры носителя героической души, скорее походил на самого обычного человека.

Он лег на землю, раскинул руки и наотрез отказался шевелиться.

— Ладно, самое время приступить к сегодняшнему наставничеству героической души.

Стоп, что это значит?

Чего? Только сейчас?! То есть всё это время он просто убивал его забавы ради?!

Где же ваша совесть? Где хваленое благородство великого рыцаря-судьи, воплощающего высшую справедливость?!

Губы Лиэна задергались от бешенства. В жизни он не встречал столь омерзительного характера.

— Нет, встречал...

С этими словами легендарный рыцарь, олицетворение слепой справедливости, снял свою маску.

Изборожденное морщинами лицо. Они виделись впервые, но оно казалось знакомым. До боли знакомым.

И не успел он осознать причину, как мир снов содрогнулся. Проваливаясь во тьму, Лиэн погрузился в еще более глубокий сон.

В этом сне он увидел знакомую сцену и услышал знакомые слова.

Это был отрывок истории, фрагмент прошлого.

Он стоял один в тесной ванной комнате и шептал своему отражению.

Волосы старого рыцаря на висках поседели, лицо покрывала сеть шрамов, а от одного серого волчьего уха осталась лишь половина.

Ветеран бесчисленных сражений, сейчас этот паладин выглядел до крайности тревожным и даже нервным.

Вращающийся вокруг оси мир наконец замер. Духовное тело Лиэна слилось с рыцарем, и он услышал шепот, срывающийся с собственных губ.

— Я — Сур Давон. И я же... попаданец Ли Эньсу?!

Лицо в зеркале, несомненно, было ему знакомо... Разве это не постаревшая, волчья версия его самого — Ли Эньсу!!

Здравствуй, попаданец Ли Эньсу. Какое совпадение, меня тоже зовут попаданец Ли Эньсу.

— Я — Ли Эньсу, и я же — рыцарь-отступник, нарушивший клятву, Сур Давон, — продолжал бормотать старик в зеркале.

http://tl.rulate.ru/book/178619/16511708