Готовый перевод Aurora Scroll / Свиток Авроры: Глава 48

Остаток ужина прошел за приятными разговорами. Юноша обмолвился, что и сам не прочь вырастить какой-нибудь урожай. Задерживаться здесь надолго он не собирался, так что ему требовались скороспелые овощи. Первым делом на ум пришла репа.

«Ни за что не покину это место, не вкусив прелестей фермерской жизни! Я просто обязан вскопать землю, посадить семена, поливать их каждый день и, наконец, собрать плоды!»

Любой новый опыт делал его сильнее, так почему бы и нет? Ему всегда нравились подобные игры.

К несчастью, семян репы у Ирвингов не нашлось. У них были лишь семена растений, которым требовалось немало времени для созревания, что никак не вписывалось в график Вирса.

«Эх, ну что ж, поищу какую-нибудь альтернативу». Вирс был твердо настроен что-нибудь посадить.

Лука, казалось, хотела что-то сказать, но так и не решилась открыть рот.

На следующий день Вирс проснулся отдохнувшим и выглядел вполне бодрым. По крайней мере, ему больше не приходилось ковылять, подобно столетнему старику.

Его левая рука тоже начала отрастать. Сперва она походила на младенческую – крохотная и непропорциональная. Зрелище было довольно пугающим, поэтому Вирс постоянно прятал её под тканью. Он все еще носил поддерживающую повязку, так что рука не бросалась в глаза.

— Так, мне нужно отлучиться. Вернусь к вечеру.

Вирс покинул деревню и отправился на поиски монстров.

Позже, тем же днем.

— ХУРА-А-АК!

— ГА-А-АУ!

Он стал свидетелем территориального спора: два монстра сошлись в яростной схватке. Они скрежетали зубами, кусали и рвали друг друга с такой злобой, будто были заклятыми врагами.

Одним из них был кабан средних размеров, но очень грузный. Его черная грива и клыки выглядели угрожающе.

Вторым противником было кошачье существо с тремя хвостами и единственным светящимся зеленым рогом.

«Если не ошибаюсь, это Бородавочник-Варвар и Тигр Аджрут».

Вирс провел все утро, разведывая местность. Чем глубже в лес, тем сильнее становились монстры. Однако окраина леса была не столь опасна: чудовища здесь почти не встречались, зато хватало обычного зверья. Идеальное место для деревенских жителей, чтобы собирать лесные дары или охотиться на дичь.

Используя Взор Эвриалы, он примечал опасных тварей вдали.

«Монстры атакуют сразу, как только увидят – это Красная зона».

Во время своей первой вылазки Вирс держал Взор Эвриалы включенным почти постоянно.

«К счастью, ранги у них невысокие. Почти никого третьего ранга. Нужно просто быть осторожным и держаться от них подальше».

В зависимости от вида обитающих там монстров, Оранжевые зоны порой могли быть опаснее Красных, и наоборот.

Вирс наблюдал за дуэлью чудовищ, притаившись на ветке высокого дерева. Он решил вмешаться. Его пальцы сложились в прямоугольник, имитируя жест фотосъемки.

«Первая форма Роковой Рамки Души: Ужас!»

На долю секунды местность озарила яркая вспышка, но поскольку солнце стояло в зените, она не привлекла лишнего внимания.

Прямо из воздуха возникли две фотографии. На одной был запечатлен кабан, на другой – тигр.

Оба монстра замерли и рухнули наземь, точно марионетки с обрубленными нитями. Они все еще дышали, их глаза были широко открыты, но внутри них зияла абсолютная пустота.

«Хотя Первую форму: Ужас можно использовать для наложения проклятий, её основное назначение – атака, поэтому я заложил в неё довольно высокую мощь. У тех, кто не обладает сопротивлением души, я могу полностью похитить сущность и превратить её в фото. Но даже если они сопротивляются, их душа все равно получит серьезные раны».

Снимки исчезли – он поглотил их. Вот так просто два монстра первого ранга встретили свой конец.

«Души монстров нельзя подвергнуть поиску памяти, но зачем добру пропадать? Вы мне еще пригодитесь».

Вирс безболезненно добил чудовищ, превратившихся в бездушные оболочки, после чего разделал туши. Он забрал часть мяса, шкуру бородавочника и рог тигра. Свою добычу он перетащил к опушке леса, куда монстры по какой-то неведомой причине не смели приближаться.

«Может, их пугает что-то в самой деревне? И никаких ядер монстров, как я и думал».

Ему было жаль оставлять туши, ведь на них оставалось еще много съедобных частей, но иного выхода не было – они оказались слишком тяжелыми. Вирс не мог унести всё, не прибегая к Викте, а тратить драгоценную ману ему не хотелось.

«Где моя бездонная сумка? Где кольцо-инвентарь? Почему я не нашел их в самом начале, как другие главные герои в книжках? Это бы чертовски облегчило мне жизнь!», – ворчал Вирс, таща на себе огромные куски мяса.

Наконец Вирс развел костер и устроил себе барбекю. Он нарезал мясо небольшими кусочками и насадил их на вертела.

Как только еда достаточно прожарилась, Вирс принялся уплетать её, словно голодный зверь. Он и впрямь был истощен. У Ирвингов еды было в обрез, а он жил у них нахлебником – как он мог просить порцию побольше, когда им самим не хватало?

Мясо было жестким, его приходилось долго жевать. Вполне съедобно, но не сказать чтобы вкусно.

«Эх, сейчас бы соли… С ней было бы куда лучше».

Плотный юноша съел столько мяса, что хватило бы досыта накормить четверых.

— А-а-ах… — удовлетворенно выдохнул Вирс.

«Восполнил запас жизненной энергии примерно на месяц? Кажется, что это много для одной трапезы, но я и так тратил её как воду, так что на самом деле – сущие крохи».

После разведки он был на шестьдесят процентов уверен, что Фрейя и тот старик пятого уровня не знают, где он находится. Или, по крайней мере, сейчас они были недостаточно близко.

«Ну что ж, если запахнет жареным – подготовлюсь и смываемся. О, уже пора? Захвачу-ка я на вечер гостинец. Ирвингам нужно есть больше мяса, а то они совсем исхудали».

Вирс направился обратно в деревню.

***

— Здравствуйте, господин Рыба. Это Лулу. Я испекла зеленый хлеб, как вы просили. Надеюсь, вам и госпоже Рыбе он понравится.

Лука снова играла в одиночестве у реки. Услышав шаги, она повернула голову. Это был тот самый спасенный ею однорукий мужчина с небольшим животиком. В руке он держал куклу.

— Слушай меня, простолюдинка. Я – великолепный Пупу. Лимонный Король. Я прибыл с желтой луны. Как твое имя, бесшерстная обезьянка?

Лука опешила, не зная, что ответить.

— Ты меня не слышишь? Или говорить для тебя слишком сложно? А может, ты просто в восторге от моего величия?

Авель подошел ближе, заставляя желтую глиняную куклу, похожую на снеговика, которую он слепил вчера, «шагать» к Луке.

— Лу-Лука, — нервно ответила девочка с фиолетовыми волосами.

— Ну же, говори подобающе королю. Мое терпение не безгранично.

Авель пошевелил куклой, будто та разглядывала соломенную куклу Луки. В глазах девочки промелькнула догадка – она поняла, во что играет Авель.

— Лулу! Меня зовут Лулу, я местная жительница!

— Пу-пу-пу! — Авель рассмеялся, дурачась и полностью входя в роль. — Жительница Лулу, говоришь? Что ж, по крайней мере, ты умеешь изъясняться. Как король, я требую, чтобы ты провела мне экскурсию. Должен признать, это место весьма недурно. Не так прекрасно, как великолепный я, разумеется. Но почти.

Авель вертел глиняную куклу из стороны в сторону. Лимонный Король с луны инспектировал окрестности.

— А это что за типы, с которыми ты только что болтала? Представь их королю.

— Д-да, господин Пупу, — ответила Лука.

— КОРОЛЬ Пупу! Обращайся ко мне по титулу, жительница Лулу, или я прикажу тебя казнить!

— Да-а! Простите, ох, и-извините, — запинаясь, пролепетала Лука.

«Лулу» повела «Пупу» к реке, где было много рыбы.

— Господин Рыба? Почему он такой костлявый? Он что, целый год ничего не ел? И которая тут госпожа Рыба? Они все для меня на одно лицо. Трудно различить.

— А этот твой господин Краб весьма своеобразен. Не представляю, как можно жить с двумя гигантскими клешнями вместо рук. Посмотри на этот округлый и гладкий дизайн! Совершенство!

Авель продемонстрировал свою глиняную куклу, у которой вместо кистей были просто шарики – лепить пальцы было слишком хлопотно. Он попытался выдать этот дефект за достоинство.

— А это что за долговязые штуки, увешанные зеленью? Деревья? Их можно есть? Нет? Тогда какой в них вообще смысл?

— Значит, это называется «река», хм? И куда она течет? В океан? А это еще что такое?

— На луне в таких вещах нет нужды. Там всё из лимонов. Лимонные плоды, куда ни глянь. Как думаешь, почему одна из лун желтая? Всё благодаря великолепному мне! Лимонному Королю Пупу! Трепещи перед моим величием, селянка! Пу-пу-пу-пу!

Лука рассмеялась. Её смеющееся лицо сияло, словно приветливое утреннее солнце.

Авель играл с Лукой до самого вечера.

— Вот, готово. Осторожно, горячо.

— Спасибо, господин Авель.

Авель поймал в реке двух рыб. Он насадил их на прутья и зажарил на костре. Обе рыбины он отдал Луке, так как сам был уже сыт.

— Не за что. И «господин Авель» звучит как-то официально. Зови меня старшим братом.

— Угу, братик! — Радостно отозвалась Лука.

«Хе-хе, какой милый и послушный ребенок».

Пока Лука уплетала рыбу, Авель неспешно любовался закатом.

— Братик… — тихо позвала Лука.

— М-м?

— Почему ты не боишься Луку?

Авель уже подготовил ответ и оттачивал его весь день.

— В одной далекой-далекой стране жила-была мама-утка.

Используя свое сродство с водой, он начал показывать Луке сцены, создавая из речной воды водяную диораму. Девочка выглядела потрясенной, её глаза так и сияли.

— У утки было много яиц. Когда птенцы вылупились, один из них оказался не таким, как все, и его посчитали гадким. Братья, сестры и остальные утки относились к нему жестоко. Они клевали его и говорили обидные слова.

Авель управлял представлением словно маэстро. Водное шоу выглядело по-настоящему магическим, особенно для десятилетней Луки. Он хотел подарить ей воспоминание, которое останется с ней на всю жизнь.

— Гадкий утенок был изгнан и остался совсем один. Однажды он увидел в небе стаю белых лебедей.

Авель очень четко вырисовывал фигуры уток и лебедей, так что даже если Лука никогда их не видела, она могла представить, о чем идет речь. Гадкий утенок брел в одиночестве, понурив голову – само воплощение печали – пока Авель не явил лебедей.

— Маленький утенок был в восторге, он хотел лететь вместе с ними, но был еще слишком мал и не умел летать. Он скитался с места на место, одинокий и голодный, и многие лисицы хотели его съесть.

— Зимой гадкий утенок не смог найти крова и был вынужден прятаться в пещере у замерзшего озера. Когда пришла весна, лебеди, которых он видел раньше, опустились на воду.

Маэстро заставил лебедей величественно приземлиться, раскрыв крылья в царственном жесте.

— Гадкий утенок подрос и окреп. Он больше не мог выносить одиночества и приблизился к ним, думая, что лучше погибнуть от клювов таких прекрасных птиц, чем влачить жалкое существование.

— К его удивлению, лебеди приняли его. Они встретили его тепло, и он нашел свое место в стае. И только тогда, взглянув на свое отражение в воде, гадкий утенок понял: он вовсе не был уткой, он всегда был лебедем.

— Стая поднялась в воздух, и прекрасный лебедь расправил свои великолепные крылья, улетая вместе со своей новой семьей.

В кульминационный момент он заставил водяного лебедя прямо в полете превратиться в кристально чистое зеркало, в котором отразилась милая маленькая девочка с фиолетовыми волосами.

http://tl.rulate.ru/book/178439/16239421