Готовый перевод To the Stage at All Costs / Любой ценой на сцену: Глава 17: На сцену (17)

— Нет, это не для эфира, всё равно не сможете использовать.

Продюсер Пак Чхольсу на мгновение замер, услышав слова До Вонгёна.

Ещё мгновение назад он думал, что этим покладистым парнем будет легко управлять...

«А у него, оказывается, есть колючки».

Вопреки внешности, До Вонгён оказался человеком с чёткой позицией. С такими персонажами справляться труднее. Таких импульсивных, как Син Джину, легко умаслить, если потакать их капризам, но те, кто вежлив снаружи, но твёрд внутри, никогда не пойдут на поводу. Напротив, они заставят окружающих принять свою точку зрения.

Однако...

«А жаль».

Продюсер посмотрел на сидящего перед ним До Вонгёна с блеском в глазах. О том, что парень красив, и говорить не стоило. Конечно, его лицо не вызывало мгновенного возгласа восхищения, как у Ким Сихёна из Jupiter. Но это было лицо, способное сформировать преданную фанбазу. Лицо, которое кажется знакомым, будто он живёт по соседству, но которого на самом деле нигде не встретишь. Именно такой типаж.

Поэтому Пак Чхольсу хотел создать для него хороший образ. Даже при том, что его показали после Син Джину, эффект был значительным, к тому же сам Син Джину явно проявлял к До Вонгёну какой-то странный интерес.

Но прежде нужно было кое-что прояснить.

«С Jupiter не должно быть никаких серьезных проблем».

Нельзя упускать такого отличного персонажа из-за его прошлого. То, что он из KJ — это хорошо, но если у него конфликт с Jupiter, дело плохо.

Поэтому под предлогом интервью продюсер пытался разузнать подноготную. Какие отношения связывают его с Jupiter и почему контракт был расторгнут всего за месяц до их дебюта.

Но раз До Вонгён так упрямится...

«Похоже, тут ловить нечего».

Пришлось сменить тактику. Если продолжать давить, можно лишь испортить отношения. Дополнительную информацию лучше поискать у кого-то другого.

Закончив расспросы о прошлом, Пак Чхольсу перешёл к другим вопросам.

«Всё-таки он из KJ».

Нужно было проверить его базу как айдола. Насколько хорошо он танцует? Есть ли у него таланты, присущие айдолам? Раз уж стало известно о его связи с KJ, нужно выжать из этой темы всё до последней капли, чего бы это ни стоило.

После того как расспросы о моем прошлом закончились, последовало формальное интервью.

Когда вы начали мечтать о карьере певца?

Какой жанр вам нравится?

Хорошо ли вы танцуете?

Я давал на эти вопросы простые ответы. О том, что мечтал стать певцом с начальной школы, а мой любимый жанр — корейские баллады. О том, что даже в компании я не считался выдающимся танцором. Но, конечно, если нужно станцевать — я станцую.

Однако последний вопрос заставил меня задуматься.

— Если бы вам пришлось выбирать одну из компаний наших трёх членов жюри, куда бы вы пошли?

Этот вопрос требовал осторожности.

Потому что...

«И Jin Enter хороша, и Con Moto Music тоже... Хм».

Мне нравились обе: и Jin Entertainment Пэк Ёнджина, и Con Moto Music Ю Джэёна. Jin Enter хоть и ориентирована на айдолов, но также активно набирает авторов-исполнителей. Это значит, что у них есть опыт работы как с артистами перформанса, так и с теми, кто делает ставку на записи. К тому же у компании огромные ресурсы — если они решат кого-то продвигать, то делают это с размахом.

С другой стороны, Con Moto Music была создана исключительно ради музыки. В народе даже поговаривают, что Ю Джэён основал её, чтобы фанатеть от собственных артистов. Возможно, поэтому деятельность их певцов очень разнообразна, а спектр выпускаемой музыки невероятно широк. И самый важный момент — в конце каждого года артисты компании собираются для совместного концерта...

«Это нечто невероятное».

Этот новогодний концерт считается одним из тех событий, на которые стремятся попасть и фанаты, и обычные люди. Обычные зрители — чтобы отпраздновать конец года. Фанаты — разумеется, чтобы увидеть своих кумиров.

«Я всегда мечтал хоть раз выступить на таком концерте».

Когда-то я планировал, что после вступительных экзаменов Con Moto Music станет для меня приоритетом номер один.

Пока я колебался...

— Наверное, стоит выбрать Con Moto? — вставил слово продюсер Пак Чхольсу. — Ведь именно судья Ю Джэён дал вам Уайлд-кард. Если вы будете так долго думать, господин Ю Джэён может расстроиться.

— Ах! Тогда это, пожалуйста, не для эфира...

Я смущённо скрестил пальцы в форме буквы «Х».

В ответ...

— Ха-ха-ха! — Пак Чхольсу громко рассмеялся, приложив руку ко лбу.

— Отлично. Тогда следующий вопрос.

Он сдерживал смех, перелистывая записи. А затем...

— О, чуть не забыл спросить.

Он хлопнул себя по колену, словно едва не упустил что-то крайне важное. Пока я напряженно ждал, Пак Чхольсу с легкой улыбкой спросил:

— Вы ведь получили задание от судьи Ю Джэёна. Вы уже придумали, какую песню напишете?

Придумал ли я песню?

— Ах...

Услышав вопрос, я замер с отсутствующим лицом, погрузившись в раздумья. Отвечая на разные вопросы в ходе интервью, я на мгновение забыл. О том, что как только я вернусь домой после этого интервью, для меня начнется настоящий ад. За короткие две недели я должен был показать заметный рост.

— Совсем нет идей? — осторожно переспросил он, видя моё замешательство.

— Да. Мне очень жаль перед судьёй Ю Джэёном, который поверил в меня, но, честно говоря, я не уверен в своих силах.

Сказав это, я тяжело вздохнул. У меня на душе кошки скребли, а вот Пак Чхольсу...

— Да! Замечательно! На этом закончим интервью! — радостно воскликнул он, явно довольный моим состоянием. Я почувствовал легкий укол обиды, но...

«Что поделать, это же телевидение».

Я смирился, помня о специфике его профессии. В этот момент...

— Ах, и ещё, когда вернётесь в зал ожидания, атмосфера там наверняка изменится, — многозначительно произнес Пак Чхольсу, собирая оборудование.

— Атмосфера в зале ожидания?

Может, какая-то зависть к тем, кто прошёл? Пока я строил такие наивные догадки...

— Все ведь узнали, что вы из KJ. До этого момента Трейни из «большой тройки» здесь не появлялись, — добавил продюсер.

Действительно. Для меня моё прошлое в KJ было чем-то естественным, но для других это была весьма необычная биография.

Пока я погружался в мысли...

— Раз уж всё раскрылось, используйте это в свою пользу. В любом случае, внимание к вам теперь будет повышенным, — напутствовал Пак Чхольсу.

Я вежливо поклонился ему и вышел из Комнаты для интервью. Я направился в зал ожидания для участников, чтобы забрать оставшиеся вещи и уйти, но...

— Ого, я и не знал, что он из KJ.

— А ведь и правда, у него лицо в их стиле.

Послышались шепотки за моей спиной. Когда Пак Чхольсу предупреждал о смене атмосферы, я и не думал, что она изменится настолько...

«Сразу чувствуется».

Я кожей ощущал, как люди начали воспринимать меня как конкурента. Если раньше я был просто одним из многих «участников», то теперь стал кандидатом, за которым нужно присматривать. И чего эти люди, поющие лучше меня, так суетятся? Мне стало неловко, и я поспешил забрать сумку, чтобы поскорее уйти, но тут...

— До Вонгён-сси!

Кто-то снова окликнул меня по имени. Думая, что это кто-то из съёмочной группы, я обернулся...

— Простите, я здесь.

Кто-то осторожно потянул меня за край одежды сзади. Обернувшись, я увидел...

— О?

— Давно не виделись! Вы ведь помните меня?

Это была та самая участница, которую я встретил во время уличного караоке. Её звали Ким Минджи. Сегодня, в отличие от того раза, когда на ней была лишь наспех наброшенная куртка колледжа, она была с полным макияжем. Её образ настолько изменился, что я едва её узнал.

— Я видела ваше выступление! Это было потрясающе. Я бы никогда не решилась выбрать песню Radiohead «Creep». Вы очень хорошо поёте.

С этими словами Ким Минджи посмотрела на Уайлд-кард в моих руках. Однако...

— Ха-ха... На самом деле, это было не такое уж хорошее выступление.

Мне было неловко принимать похвалу, так как я прекрасно знал все недостатки того выхода на сцену.

— Я не знала, что вы из KJ, но когда услышала, всё встало на свои места, — сказала Ким Минджи с многозначительным блеском в глазах. Похоже, мой опыт в KJ заинтересовал и её. Она не выглядела так, будто видит во мне врага, но определённо была заинтригована.

Если точнее...

«По её взгляду кажется, что она хочет спросить: почему ты пришёл на Next Pop Star?».

Зачем Трейни из компании «большой тройки» приходить сюда? Впрочем, это лишь мои ощущения, я не был уверен до конца. В этот момент...

— Может быть, у вас есть какие-то советы? Вы ведь наверняка часто проходили прослушивания и получали много оценок.

Ким Минджи с крайне взволнованным лицом начала расспрашивать меня обо всём подряд. Советы... Я ничем не мог ей помочь. Как только выходишь на сцену, все мелкие советы вылетают из головы.

— Я и сам пришёл на прослушивание спустя несколько лет, так что мне нечего посоветовать, — ответил я легко.

— Ох, я... справлюсь же? — спросила она с таким видом, будто вот-вот расплачется.

— Вы справитесь.

— От этого я нервничаю ещё больше.

— На сцене вы всё равно остаётесь один на один с собой.

— Как жестоко.

— Извините, — сказал я и слегка улыбнулся.

Увидев мою улыбку, она, кажется, немного расслабилась и улыбнулась в ответ. В этот момент...

— Участница Ким Минджи! Участник Пак Хёнвон! Пройдите за кулисы для подготовки!

— О?

Подошёл стафф и выкликнул имя Ким Минджи.

— А-а-а! Что же делать? — Лицо Ким Минджи стало пунцовым, она выглядела так, будто сейчас взорвётся. Она вцепилась в мой рукав, а затем начала суетливо оглядываться по сторонам, словно собиралась сбежать. Глядя на неё, я на мгновение приобнял её за плечи.

— Вы справитесь. Если нервничать, плечи каменеют, а если плечи зажаты — голос пропадает. Сначала сделайте глубокий вдох.

— Фу-у-у. Ха-а-а. Фу-у-у. Ха-а-а!

— А теперь подпрыгните на месте ровно десять раз.

— Есть!

Ким Минджи начала послушно прыгать на месте. Это было то самое упражнение, которое мой вокальный тренер заставлял меня делать перед каждым тестом. Глубоко дышать, чтобы «открыть» горло, и прыгать, чтобы снять зажим с плеч. Чтобы звук мог беспрепятственно идти от живота к губам.

— Тогда я пошла! Спасибо вам! — Ким Минджи сжала кулаки, улыбнулась и последовала за стаффом из зала ожидания.

Правда...

«Сказала "я пошла", будто я буду её ждать».

Она говорила так, словно была уверена, что я никуда не уйду. Хотя меня здесь уже не должно быть, когда она вернётся. Я собрал оставшиеся вещи и первым делом направился к съёмочной группе. Мне нужно было выслушать дополнительные инструкции по поводу второго раунда.

— Участник До Вонгён, в следующем раунде у вас ведь авторская песня?

— Да, скорее всего так и будет.

— Вы принесёте готовую минусовку или будете подыгрывать себе на одном инструменте?

— А, пожалуй...

Я ненадолго задумался. У обоих вариантов есть свои плюсы и минусы. С минусовкой я мог бы добиться именно того звучания, которое мне нужно. Однако...

«Смогу ли я написать все треки за две недели?».

Минусовка не появляется по щелчку пальцев, стоит только придумать мелодию. Нужно продумать, какие инструменты использовать, где их расставить, какой выставить уровень громкости. Даже внутри одного инструмента нужно долго выбирать подходящий тембр. Если пытаться сделать всё это за короткие две недели, сама мелодия может получиться блеклой. В таком случае лучше...

— Я буду аккомпанировать на клавишных.

Будет правильнее сосредоточиться на создании качественной мелодии. Ведь условием было написать песню, а не обязательно использовать сложные аранжировки.

— Тогда нам подготовить для вас клавишные?

— Да, буду благодарен.

— Хорошо.

Когда разговор с персоналом подошёл к концу...

— О?

— Вышла.

В зале ожидания послышался гул голосов. Я медленно повернул голову к монитору, на котором транслировалось происходящее на сцене. На сцену вышла Ким Минджи. Она взяла микрофон и собиралась начать петь. Перед тем как зазвучала музыка, сцену окутало то самое знакомое напряжение. Я передумал уходить и решил ещё немного посмотреть. Вскоре зазвучал голос Ким Минджи...

— У меня есть одна мечта...

— А?

— Ого, она выбрала именно эту песню.

В зале ожидания пронёсся тихий вздох. «Моя собственная мечта». Это был шедевр, который знали почти все. Однако...

«Похоже, это ошибка».

Выбрать такую песню для прослушивания... С таким выбором практически невозможно пройти дальше, если только ты не гений. Слишком сложно передать эмоции оригинального исполнителя, да и текст слишком прямолинеен. Тем не менее, её вокальные данные были безупречны, так что я продолжал наблюдать, думая, что у неё припасён какой-то козырь, но...

— А почему его вышвырнули из KJ?

— Посмотри на его шею.

— О боже, это что такое? Шрам от ожога?

До меня начали долетать странные голоса.

— Выглядит жутковато.

— Может, из-за этого его и выставили?

— Ну да. Кто бы позволил такому дебютировать.

Это были разговоры обо мне.

«Вот же черт».

Я просто хотел послушать песню Ким Минджи перед уходом... Но внимание ко мне и правда подскочило до небес. Я снова убедился в правоте слов Пака Чхольсу. Люди, которые раньше даже не замечали, что у меня на шее, теперь детально меня рассматривали, устраивая публичное обсуждение. Мне хотелось немедленно сорваться с места и уйти, но...

«Давайте, болтайте».

Во мне внезапно проснулось упрямство.

http://tl.rulate.ru/book/177010/15831237