Готовый перевод Legend of the Poison King / Легенда о Короле Ядов: Глава 18: Прощание и новый путь

Он не хотел проявлять привязанность, которая неизбежно рождается в узах между учителем и учеником. Однако между Иль Ак Чхоном и Каль Чи Хёком уже возникло нечто, что невозможно было выразить простыми словами.

Это и была та самая привязанность.

— Да будет так.

— Учитель! Благодарю вас за всё, что вы для меня сделали.

Каль Чи Хёк, не поднимаясь, припал лбом к земле. То, что он хотел совершить давным-давно, но не мог до сего момента — ритуал девяти поклонов, — он исполнял лишь сейчас.

Поздно. Слишком поздно. И всё же этот ритуал девяти поклонов разительно отличался от того, что он намеревался совершить когда-то. Тогда это была лишь формальность, но не теперь.

В этот жест он вложил всю искренность своей души.

Медленно завершив ритуал, полагающийся лишь истинному наставнику, Каль Чи Хёк выпрямил спину.

— Впредь я ни перед кем не склоню головы.

— ...

В этих словах звучала непоколебимая воля. Несмотря на внешность, не источающую мощи, он был цепким и настойчивым, словно водяной призрак. Иль Ак Чхон посмотрел на Каль Чи Хёка взглядом, полным гордости. Возможно, им больше не суждено встретиться.

И, скорее всего, такова была реальность. И всё же старик улыбнулся. К чему родителю, провожающему дитя, выставлять напоказ свою печаль?

— Что ты сделаешь первым делом, когда покинешь это место?

— Я отправлюсь в Чжунъюань. Я намерен стать Повелителем Ядов.

— А месть?

— Это потом. Я обязательно свершу её, но... сейчас мой приоритет — стать Повелителем Ядов. Если я достигну этой вершины, месть Независимой секте Императора Ядов станет парой пустяков.

Иль Ак Чхон усмехнулся.

Каль Чи Хёк обладал хладнокровием, столь необходимым для ядовитого человека.

Для воина это важно, но для ядовитого человека способность рассуждать здраво ещё критичнее. Гнев и возбуждение для него — табу. Потеряв самообладание, он лишается способности принимать верные решения, что ведет к неминуемой смерти.

Иль Ак Чхон поднялся и встал напротив Каль Чи Хёка. Их взгляды встретились.

— Нападай.

— Вы поняли?

— В нашей последней схватке я не стану давать тебе поблажек.

Иль Ак Чхон разгадал желание Каль Чи Хёка. Тот хотел сразиться в последний раз. Поэтому Каль Чи Хёк, отбросив церемонии, перешёл к действию.

Шорох.

В тот миг, когда показалось, что тело Каль Чи Хёка исчезло, ядовитый порошок взметнулся в воздухе, подхваченный порывом ветра.

Иль Ак Чхон прикрыл рот рукавом и взмахнул рукой. Направление ветра мгновенно изменилось. Легким движением ткани он заставил саму природу подчиниться своей воле.

Однако Каль Чи Хёк уже не был прежним.

Его тело уже замерло за спиной Иль Ак Чхона.

Такая короткая дистанция смертельно опасна для ядовитого человека. Обычно они слабы в боевых искусствах и беспомощны в ближнем бою. Но не Иль Ак Чхон. Находясь вплотную друг к другу, они обменялись более чем тридцатью ударами.

Па-пак!

Казалось, силы равны, но Иль Ак Чхон внезапно ускорился, и Каль Чи Хёк был вынужден отступить. На его верхней одежде остался след от ладони. Багряный оттиск начал разъедать ткань.

Будь на его месте обычный воин, ядовитая энергия мгновенно исказила бы его каналы ци, но Каль Чи Хёк уже перешагнул порог становления ядовитым человеком. Это означало, что он обладал иммунитетом, позволяющим и глазом не моргнуть перед лицом большинства ядов.

— Дыхание. Следи за дыханием.

— Слушаюсь.

Закончив фразу, Каль Чи Хёк сорвал с себя верхнюю одежду, швырнул её в сторону Иль Ак Чхона и тут же нанес удар ногой. Он целился в колено наставника, пытаясь подсечь его. Однако вокруг тела Иль Ак Чхона вспыхнула зеленая аура, и он одновременно с этим сделал выпад ладонью.

У Каль Чи Хёка, бросившегося вперед, по спине пробежал холодок.

Нужно уклониться. Если он примет этот удар напрямую, то, каким бы ядовитым человеком он ни был, ему не сдобровать. Иль Ак Чхон не лгал — он действительно не собирался щадить ученика.

«Не уклониться!»

Хотя Каль Чи Хёк и стал сильнее, он всё ещё значительно уступал Иль Ак Чхону.

С самого начала он не рассчитывал на победу. Поединки с Иль Ак Чхоном восполняли его недостаток опыта. Умудренный годами странствий по Цзянху, учитель обрушивал на него каскад непредсказуемых приемов.

Именно Иль Ак Чхон давал ему тот единственный опыт, которого Каль Чи Хёку могло не хватать в стенах Врат Ядовитых Змей. Каждая схватка становилась для него бесценным уроком. В качестве последнего прощального дара Иль Ак Чхон хотел преподать ему еще один урок, и Каль Чи Хёк вознамерился принять его.

Если нельзя уклониться, выход один.

Рука Каль Чи Хёка в мгновение окрасилась в зеленый цвет.

Это было прямое столкновение двух Ядовитых Искусств Асуры.

Бум!

Ладони Иль Ак Чхона и Каль Чи Хёка встретились. Громовой раскат сотряс воздух, и всё живое вокруг, теряя жизненные силы, разлетелось в стороны.

Когда пыль осела, показались фигуры двоих. Каль Чи Хёк сидел на земле, его лицо исказилось от боли. Сквозь плотно сжатые губы потекла черная кровь. Сжимая грудь, он посмотрел на учителя. Иль Ак Чхон выглядел спокойным, но его ноги дрожали — Ядовитое Искусство Асуры Каль Чи Хёка не прошло бесследно.

Утихомирив бурю во внутренних органах, Иль Ак Чхон медленно произнес:

— Хороший выбор. Если не можешь отступить... иди напролом.

— Учитель... я проживу жизнь, вечно помня о том, что был вашим учеником. Я никогда не оскверню ваше имя — имя Владыки Десяти Тысяч Ядов.

— Ступай отдыхать. Если хочешь завтра уйти, тебе нужно поспать.

Услышав слова Иль Ак Чхона, Каль Чи Хёк вытер кровь рукавом и направился к своему жилищу.

Иль Ак Чхон молча смотрел ему в спину.

Видя, как сильно вырос Каль Чи Хёк, он чувствовал необъяснимую гордость. Как только юноша скрылся из виду, Иль Ак Чхон рухнул на землю.

— Кха!

Его вырвало кровью. Однако на его губах играла улыбка.

«Мальчишка! Неужели ты вырос настолько, что смог нанести мне такой удар?»

Отчасти дело было в его собственном недуге, но Ядовитое Искусство Асуры Каль Чи Хёка определенно было сокрушительным. Приняв в себя абсолютный первородный яд, он уже вышел за пределы обычного ядовитого человека.

Казалось, они пробыли вместе недолго, но пролетело целых шесть лет. Говорят, что за три года меняются горы и реки... Шести лет более чем достаточно, чтобы изменился весь мир.

Конечно, сейчас он еще неопытен. В Муриме найдется немного таких ядовитых людей, как Каль Чи Хёк. Однако титул Повелителя Ядов, к которому он стремится, пока ему не по зубам. Учитель хотел бы обучить его большему, но времени не осталось.

Теперь Каль Чи Хёк должен покинуть гнездо.

Стояла изнуряющая жара.

После затяжного сезона дождей снова наступила засуха. Каль Чи Хёк встал рано утром и собрал свои немногочисленные вещи, приготовленные накануне. Весь его скарб состоял из ядов, которые могли пригодиться в Муриме.

Зная о неизбежной разлуке, Иль Ак Чхон вел себя как ни в чем не бывало. В глубине его души бушевала тоска, но он не подавал виду.

— Пришло время прощаться. У меня есть кое-что для тебя.

С этими словами Иль Ак Чхон протянул руку. На его ладони стоял маленький сосуд.

— Это тот самый абсолютный первородный яд, что ты принял. Твоя кровь уже стала ядом, способным соперничать с ним, но я даю его тебе на случай, если он когда-нибудь понадобится.

— Благодарю вас. Его ведь так трудно создать...

— Не твоя забота, просто бери.

— Понял.

Каль Чи Хёк не стал отказываться. Это был дар наставника. Уходя, он не мог отвергнуть его подношение.

Как только Каль Чи Хёк принял яд, Иль Ак Чхон, словно только этого и ждал, добавил:

— И Змеиного Монарха забери с собой.

— Что? Вы про Змеиного Монарха?

Каль Чи Хёк слышал его отчетливо, но всё равно переспросил от удивления. Вместо ответа Иль Ак Чхон едва заметно шевельнул рукавом. Змея с зеленым телом плавно выползла наружу и начала обвиваться вокруг ноги Каль Чи Хёка, поднимаясь выше.

— Я беспокоюсь, как ты там будешь один. Он станет тебе хорошим спутником.

— Но учитель...

Даже приняв яд, Каль Чи Хёк замялся, не решаясь забрать Змеиного Монарха. Однако Иль Ак Чхон решительно покачал головой. Казалось, самому Змеиному Монарху уже наскучило сидеть в четырех стенах. Раз уж ученик уходит, пусть идут вместе.

— Ступай. Это всё, что я могу тебе дать. У меня нет для тебя знаменитого меча или высокого титула в Муриме.

— Что вы, учитель. Вы уже дали мне больше, чем я заслуживаю.

Если бы не Иль Ак Чхон, неизвестно, был бы Каль Чи Хёк сейчас жив. Учитель спас ему жизнь и помог стать ядовитым человеком. Без него нынешний Каль Чи Хёк был бы немыслим. Червь, Пожирающий Силу, превратил бы его в калеку, неспособного использовать внутреннюю энергию.

Одного этого было достаточно. К тому же Иль Ак Чхон, жертвуя собственным здоровьем, обучал его боевому искусству. Этот долг благодарности был неоплатим.

— Берегите себя, пока мы не увидимся снова.

С поклажей за плечами Каль Чи Хёк снова совершил ритуал девяти поклонов. Иль Ак Чхон, глядя на него, подавил подступившие чувства и произнес:

— Иди. Счастливого пути.

Каль Чи Хёк поднялся, в последний раз кивнул и повернулся, чтобы уйти. В этот момент Иль Ак Чхон окликнул его:

— Чи Хёк, у меня есть к тебе одна просьба.

Каль Чи Хёк обернулся в изумлении — он впервые слышал, чтобы учитель назвал его по имени.

— Какая просьба?

Иль Ак Чхон протянул ему письмо и кивком велел прочесть. В нем было указано название местности.

— Это же...

— Не произноси вслух. Это то самое место, где растет Цветок алого пламени, который так долго искал Чи Дэик.

— ...!

— Сможешь ли ты разобраться с этим сам?

— ...Я сделаю это.

Каль Чи Хёк охотно согласился, понимая, что это единственный способ отплатить за доброту Иль Ак Чхона. Учитель заговорил снова:

— Ты можешь погибнуть. Не вздумай идти туда неподготовленным. Твое мастерство в Ядовитом Искусстве Асуры должно достичь как минимум девятого уровня. И помни: как только ты объявишься в Муриме, ищейки Чи Дэика последуют за тобой. Ни в коем случае не отдавай Цветок алого пламени Чи Дэику.

— Нам всё равно придется сразиться. Я защищу Цветок алого пламени.

Иль Ак Чхон молча смотрел на Каль Чи Хёка.

Тот всё еще прятал лицо за длинной челкой. Несмотря на шрам от меча, он был красив. Но Каль Чи Хёк упорно скрывал свой облик.

— Почему ты до сих пор прячешь лицо? Всё еще чувствуешь себя уязвленным из-за того парня, Чи Унгёна, что оставил этот шрам?

— Нет. Я окончательно во всем разобрался. Чи Унгён мне больше не друг. Просто... так мне пока удобнее. Разумом я всё понял, но на сердце еще неспокойно. Но скоро я смогу смотреть миру прямо в глаза.

Иль Ак Чхон похлопал его по плечу.

Этот юноша справится. Глядя на Иль Ак Чхона с его пугающей внешностью, Каль Чи Хёк невольно улыбнулся. Когда-то старик казался ему уродливым и отвратительным, но сейчас...

— Я пойду внутрь. Не тяни время, ступай. И как только запомнишь содержание письма, немедленно уничтожь его.

Иль Ак Чхон развернулся.

Несмотря на щуплую фигуру, его спина в этот момент казалась необъятной. Каль Чи Хёк склонил голову, провожая наставника взглядом.

«Спасибо вам, учитель».

Каль Чи Хёк развернулся и зашагал прочь. Змеиный Монарх, забравшийся за пазуху, приятно щекотал кожу. Пришло время снова отправиться в путь.

По той самой Тропе Змей, которую называли дорогой смерти.

Страха не было. Он уже ходил по этой тропе раньше, но теперь он был несравнимо сильнее.

Каль Чи Хёк решительным шагом направился к Тропе Змей.

Иль Ак Чхон молча наблюдал за уходящим учеником из окна.

Он окинул взглядом комнату. В ней стало невыносимо пусто. Ушел всего один человек, а казалось, будто он потерял целый мир.

Он слишком долго не знал одиночества и теперь ощутил его вновь. Нынешняя пустота была куда горше той, что он знал прежде. Наверное, потому, что он вновь почувствовал себя человеком, а затем снова остался один.

«Счастливого пути».

Тот сказал, что станет Повелителем Ядов. Иль Ак Чхон учил его всему, что знал, и отпустил навстречу этой мечте.

Но это было почти невозможно. В нынешнем Муриме титул Повелителя Ядов — нечто запредельное. Те, кто правит миром боевых искусств, слишком горды, чтобы позволить кому-то носить такое имя.

Но...

«Ты должен им стать. Пусть это не под силу никому другому... но ты обязан справиться».

Кто угодно другой мог потерпеть неудачу, но только не Каль Чи Хёк.

У него был талант, была воля. Возможно, у него получится. Если это он.

«Хе-хе, значит, я снова один».

Иль Ак Чхон горько улыбнулся.

В провинции Шэньси есть место под названием Юлин. Земля там скудная, на урожай надеяться не приходится. Осадков выпадает мало, а климат суров и холоден.

Естественно, в Юлине процветало не земледелие, а скотоводство и торговля мехами.

Осень клонилась к зиме, и погода в Юлине стояла неописуемо холодная.

Мужчина с густой бородой выругался.

— Проклятье, ну и холодрыга! Всё насквозь промерзло.

Даже прожив здесь несколько десятилетий, он никак не мог привыкнуть к местной стуже. Особенно в такие дни, когда посетителей было раз-два и обчелся.

«А не бросить ли всё это?»

Ему хотелось всё бросить, осесть в деревне и заняться какой-нибудь торговлей. Но начальство ни за что бы его не отпустило.

Мужчина оглядел своих подчиненных. Их свирепые рожи и развязное поведение вызывали лишь раздражение.

Кто-то бесстыдно дрых, кто-то травил сальные шуточки, коротая время. Взгляд мужчины наткнулся на чью-то фигуру. Он тут же пнул спящего в живот.

Тот, кто только что храпел на всё помещение, в ужасе подскочил. Мужчина, сверкнув глазами, прорычал:

— Работа появилась. Очнись!

Сказав это, он принялся пристально разглядывать человека, идущего внизу.

Одежда того была поношенной, волосы — в полном беспорядке. Было очевидно, что у этого бродяги при себе нет ни гроша.

http://tl.rulate.ru/book/176570/15519321