Готовый перевод Superconductor Tycoon: The New Era / Сверхпроводниковый магнат: Жизнь после развода: Глава 35: Торопливый, безумный, странный

Президент Соединенных Штатов Байден уже несколько недель пребывал в дурном расположении духа.

Если быть точным — с того самого дня.

Точкой отсчета стал Климатический саммит в Токио.

До этого момента еще оставались какие-то сомнения.

Но именно тогда Ким Чжондо сбросил покровы и впервые явил себя миру.

Кто-то называл тот день началом великих потрясений,

А сторонники теорий заговора подняли шум, утверждая, что это воплощение Иллюминатов.

Но чье бы мнение вы ни слушали, нельзя было отрицать: произошло грандиозное событие, заставляющее кровь стыть в жилах.

— Все-таки нужно было тогда дожать Ю Джон Ёля…

В тот день даже сам Байден не смог сдержать эмоций.

Чего только стоило то, что он на мгновение потерял самообладание и начал нести чепуху.

Стоило только вспомнить об этом, как лицо обдавало жаром.

Из-за того, что он в порыве возбуждения наговорил лишнего, ему так и не удалось нормально поговорить с Ю Джон Ёлем, который присутствовал на месте.

Отчасти тот сам его избегал, но и со стороны Байдена была совершена оплошность.

Поэтому позже пришлось в спешке принимать меры, которые можно было бы назвать «ответными»…

— М-да… До сих пор мучаюсь сомнениями, правильно ли я поступил.

— Жребий уже брошен. Теперь пришло время проявить уверенность, мистер Президент.

Секретарь уже не в первый раз пытался успокоить Байдена.

Обычно крайне степенный, сейчас президент нервно тряс ногой и грыз ногти.

Картина выглядела довольно странно, но у него были веские причины для такого беспокойства.

— Зная характер Ю Джон Ёля, я был уверен, что он и пикнуть не посмеет…

Все дело было в жесткой дипломатической линии в отношении Кореи, которая проводилась в последние несколько дней.

Давление такой силы, какого не оказывали даже на Китай.

И это против союзника!

У этих редких и жестких мер был целый комплекс причин.

Но главной из них, в конечном счете, были вопросы взаимных интересов.

Яростное давление со стороны чиновников-«ястребов».

Сводные отчеты и опасения ЦРУ и экспертов.

Настойчивые просьбы ключевых союзников во главе с Японией.

Сокрушительная мощь сверхпроводника Ким Чжондо.

И, что самое решающее…

— До президентских выборов осталось меньше года. По словам профессора Брауна, Ким Чжондо способен пошатнуть гегемонию в течение года. И он в этом уверен.

— Хм…

— Если вовремя не заткнуть дыру в плотине, ее неизбежно прорвет. Посмотрите, что вытворяет этот Трамп. Он набирает голоса, обещая использовать сверхжесткие меры, чтобы заставить Корею поделиться сверхпроводником. И в то же время несет всякую чушь о том, что Корея — ключевой союзник, и даже заикается о возможном слиянии.

Политика порой движется в направлении, далеком от личных предпочтений президента.

В ситуации, когда даже Китай представляет угрозу, если еще и Корея вырвется вперед, то не говоря уже о потере гегемонии, провал на выборах в следующем году станет неизбежным.

— Это мнение не только профессора Брауна. Согласно отчетам ЦРУ, Ким Чжондо — крайне опасная личность. Это не просто уровень террориста. У этого Пришельца есть сила, способная перевернуть мировой порядок.

— Хочешь сказать, это все равно что ядерное оружие?..

— По оценкам, это угроза пострашнее ядерной. Ядерное оружие можно хотя бы контролировать. А здесь мы получим сольное выступление Кореи на мировой арене.

— Кхм… Пять лет… кажется, столько времени нам дали?

Байден снова вспомнил данные из брифинга.

Самая вероятная гипотеза будущего, которую выудили чиновники с серьезными лицами, перетряхнув все научное сообщество.

Какими бы ни были текущие возможности, и какой бы худший сценарий ни предполагался,

С технологиями, которые Ким Чжондо продемонстрировал на презентации,

Вывод был один: он сможет изменить мир всего за пять лет.

— В конце концов, Корея и так уже у нас в руках.

Слова секретаря звучали убедительно.

Чиновники-«ястребы» тоже были не дураки, когда требовали жестких ответных мер.

— Неужели Ю Джон Ёль сейчас решит переметнуться на сторону России или Китая?

— Это вряд ли…

Последние несколько лет США вели наступление на Китай и естественным образом оказывали давление на Корею.

В результате Корея как раз начала отказываться от своей неопределенности и занимать сторону США.

— Эта страна и так загибается от низкой рождаемости и дефицита торгового баланса. Рейтинги одобрения президента на дне. Если мы еще немного закрутим гайки, у них не останется выбора, кроме как подчиниться.

Ю Джон Ёль пошел на сближение с Японией, несмотря на шквал народного гнева.

Раз уж он перешел эту черту, пространства для маневра у него больше не осталось.

Может быть, позже что-то изменится, но сейчас дела обстоят именно так.

Это была ловушка, расставленная высокопоставленными чиновниками Белого дома.

— Хотите сказать, нужно поймать загнанного в угол тигренка?..

— И разве проблема только в выборах?

Был еще один момент.

Услышав слова секретаря, Байден слегка повернул голову.

Его взгляд, по случайному совпадению, был направлен туда же, куда и взгляд секретаря.

— Эпоха подходит к концу, мистер Президент.

Они смотрели на декоративный элемент с символикой ФРС.

— Пауэлл тоже неоднократно докладывал, что они на пределе…

Не нужно было дослушивать, чтобы понять, о чем идет речь.

— Разве фундаментом доллара не является гегемония? Нам едва удалось обуздать инфляцию, и если сейчас всё снова пошатнется…

— Наступит крах доллара… — перебил его Байден с горькой ухмылкой.

— Этого не хочет никто. Ни Европа, ни США, ни Япония, ни стоящие за нами финансисты.

Проводив заезжего торговца с Ближнего Востока, я, как обычно, погрузился в исследовательскую деятельность.

Конечно, большая часть исследований проводилась по ночам, поэтому днем я в основном занимался общественной деятельностью.

Если вы спросите, что это за деятельность, просто вспомните о проектах сотрудничества, которые в последнее время развернулись внутри и за пределами лаборатории.

От людей, которые постоянно наведывались по вопросам линии производства аккумуляторов, до спецслужб, регулярно проверяющих состояние безопасности.

Если бы дело было в чем-то незначительном, Хёнсу мог бы разобраться сам, но в большинстве случаев речь шла о политике лаборатории, так что мне приходилось вмешиваться лично.

— Надо же, вы так заняты, когда же вы успеваете проводить исследования?

— В основном по ночам. Ночью мне легче сосредоточиться. Никто не беспокоит.

— Ха-ха… А я-то гадал, почему вы почти не бываете дома. Оказывается, вот в чем причина.

Дошло до того, что даже сотрудники Национальной разведывательной службы выражали сочувствие.

Впрочем, сегодня я сам был инициатором этой суеты, так что обижаться было не на что.

Как и в случае с аккумуляторами, сейчас я готовил почву для исследований в области полупроводников.

— Я приглашу указанных вами людей, как только закончится их проверка.

— Разве для тех, кого мы так соберем, не предусмотрена отдельная процедура проверки, чтобы они могли стать частью нашей команды?

— Верно. Им придется пройти через те же протоколы безопасности, что и двум вашим старшим исследователям.

Хоть мы и называли это «полупроводниками», на деле предстоял огромный объем совместной работы.

Поэтому сейчас мы всеми силами старались привлечь экспертов из разных областей.

Перед тем как пригласить их, проводилась «проверка».

Называлось это проверкой, а на деле — сбор данных на людей, которые даже не подавали заявку.

Хоть это и оставляло неприятный осадок, для успешного сотрудничества это было «неизбежно».

— К слову… вы теперь и в полупроводники решили податься?

— Ну… Это очень сложная область, так что я немного переживаю… Но в любом случае, в вопросах массового производства нам придется сотрудничать с Осон.

При моих словах глаза агента заблестели.

Такую реакцию редко встретишь у обычных оперативников.

Он был руководителем службы безопасности, прикомандированным к лаборатории не так давно.

Магистр Ли Ын Хак.

Теперь, когда мы сблизились, я называл его просто Магистр Ли.

Говорили, что когда-то он изучал полупроводники и мечтал стать исследователем.

Несмотря на то, что он получил степень магистра в перспективной области, он внезапно сменил курс и пошел в Национальную разведывательную службу — довольно необычная биография.

— Доктор Ли Хён Су тоже специализировался на полупроводниках?

— Кажется, он занимался проектированием.

— Ого… Рыбак рыбака видит издалека. Вокруг вас, Доктор, одни сплошные доктора наук.

— Но вы ведь тоже магистр.

— Поэтому мне всегда немного неловко.

Несмотря на его слова о неловкости, я слышал, что у Ли Ын Хака была довольно впечатляющая карьера.

Используя свои знания, он настолько наловчился ловить промышленных шпионов, что стал в этом деле настоящим асом.

Видимо, поэтому в этот раз он сам вызвался работать здесь.

— Теоретически, пределы памяти будут достигнуты лет через двадцать. Кажется, на уровне 0,5 нанометра… Дальше это станет невозможным из-за квантового туннелирования.

— С помощью сверхпроводника нельзя будет сделать их еще меньше, но…

— Если решить проблему нагрева, откроются новые горизонты. Экстремальный оверклокинг станет возможен даже в миниатюрных электронных устройствах.

Как и подобает магистру, его базовые знания были на высоте.

Я тоже в свое время сталкивался с некоторыми процессами производства полупроводников, так что мы легко находили общий язык.

Ученые всегда тянутся к ученым.

Наверное, поэтому я быстро сдружился с Ли Ын Хаком.

— KS тоже наступает на пятки, но… пока Осон — номер один. Если технологии директора удастся успешно внедрить в производство полупроводников, такие подрядчики, как TSMC, могут просто исчезнуть. Разрыв в проектировании станет колоссальным.

— Разве они не занимаются литейным производством не-памяти?

— Это системные полупроводники, но… если у нас будут сверхпроводники, мы сможем задавить их массой. Какая разница, насколько хорошо спроектировано их изделие? Там, где TSMC поставит один элемент, мы поставим десять.

— Но…

— Ну да, массовое производство — вот в чем главная загвоздка.

В конце концов, именно это нас и тормозило.

И именно поэтому Хёнсу ломал голову.

В отличие от аккумуляторов, здесь нужно учитывать огромное количество факторов.

В конечном счете решать проблему придется мне, но…

В чем-то он, возможно, переживал даже больше моего.

— Массовое производство…

— Эх… Если бы сверхпроводники можно было штамповать так же легко, как полупроводники, жизнь стала бы намного проще…

— Как полупроводники… Ну, и то, и другое — проводники.

— Ха-ха, точно. Конечно, будут проблемы с выходом годных изделий… но даже если выход составит 1%, рентабельность будет приличной… кхм…

При словах Ли Ын Хака я повернул голову.

Полупроводники…

Я и сам об этом думал.

Ли Ын Хак, должно быть, тоже смутно догадывался, раз завел об этом разговор.

Можно ли считать это своего рода подсказкой?

Но для простой подсказки задач, которые мне предстояло решить, было слишком много.

— Я верю в вас, Доктор. Обычно вы долго ломаете голову, а потом бац — и решение внезапно приходит само.

— Хм? Внезапно?.. Похоже, вы и тогда за мной наблюдали.

— А… нет?

Ли Ын Хак поспешно отвел взгляд и постарался незаметно ретироваться.

Кто самый богатый человек в мире?

Часто на ум приходят арабские королевские семьи, но, строго говоря, это не они.

Их состояния, исчисляемые сотнями и тысячами триллионов, принадлежат кланам.

В таком случае состояние диктаторов, владеющих целыми странами, становится понятием неопределенным.

Если же отбросить эти границы и ограничиться частными лицами, то безусловными лидерами станут магнаты англо-саксонского мира.

Богатейшие люди, чьи состояния варьируются от нескольких триллионов до сотен триллионов.

Поскольку большинство из них фактически владеют целыми корпорациями,

Они естественным образом обладают как доступом к информации, так и колоссальными финансовыми ресурсами.

Хотя их возможности не сравнятся с федеральными правительствами, имеющими влияние на весь мир, они узнают новости почти так же быстро.

Все потому, что информация, собранная разведслужбами, стекается и к ним тоже.

Тук-тук-тук.

И это касалось человека, который в последние несколько лет был самой обсуждаемой фигурой.

Кабинет, где в самом разгаре шел брифинг.

Мужчина, сидевший в кресле и постукивавший пальцами, закрыл глаза.

Казалось, он спит, но это было не так.

— На данный момент SMES — технология с низкой вероятностью реализации. Прямое преобразование тока возможно, но плотность энергии крайне низка, а ограничения по объему хранения велики.

Он просто погрузился в свои мысли.

— Теоретически возможно хранение почти бесконечного объема энергии… но теория остается теорией. Даже если сверхпроводник настоящий, из-за ограничений самого материала он просто взорвется, как только будут превышены критический ток и магнитное поле.

— …

Брифинг продолжался.

Мужчина, который до этого молча слушал, наконец открыл глаза.

— Итак… если обобщить, этот парень Ким Чжондо после сверхпроводника теперь взялся за аккумуляторы.

— …

— И их характеристики настолько хороши, что это может вызвать революцию в области элементов питания?

Сотрудник, проводивший брифинг, вздрогнул от столь преувеличенного тона и содержания, после чего замахал руками.

— Н-ну, не до такой же степени…

— Хм…

Но мужчина, казалось, не обратил на это внимания.

Нет, он вообще с самого начала не слушал.

Поскольку этот человек привык слышать только то, что хотел,

И сотрудник, знавший это,

Не стал вступать в спор.

— Хе-хе-хе-хе…

И это было еще не все.

Мужчина начал тихо смеяться, словно окончательно лишился рассудка.

Затянувшийся смешок постепенно перерос в громкий, безумный хохот.

— Ха-ха-ха-ха-ха-ха! Ха-ха-ха-ха!

Сотрудник зажмурился и замолчал.

Зная характер этого человека, лучшим выходом было просто отступить.

— А я-то думал, что в чем-то опережаю его.

— …

— Все-таки мир велик. В нем полно сильных игроков. Разве это не весело?

— В… в каком-то смысле да.

— Все дело в том, что…

Наконец мужчина встал с кресла.

Напряженный момент.

Хлоп!

Он, словно горилла, ударил себя одной рукой в грудь и снова громко, сквозь смех, выкрикнул:

— Человек, превзошедший Маска! Сердце так и колотится!!!

— …

Сотрудник, не знавший, что делать, продолжал хранить молчание.

Несмотря на неловкость ситуации, Маск, казалось, не обращал на это внимания и продолжал говорить сам с собой.

Поскольку он жил в своем собственном мире, в его поведении не было ничего странного для него самого.

— Ким Чжондо? Неужели он действительно ученый, превосходящий меня? Гений среди гениев? Величайший гений человечества, превзошедший самого Техно-короля?!..

Мужчина, который без всякого смущения называл себя гением.

— Гений, который превзойдет меня, Илона Маска! Ха-ха-ха! Кто знает, может, он и впрямь рептилоид!

Это был Илон Маск.

Даже столкнувшись с угрозой того, что рынок литий-ионных аккумуляторов и электромобилей стоимостью в тысячи триллионов, который он с таким трудом выстроил, может в одночасье рухнуть, он оставался совершенно спокойным.

Нет, он даже выглядел счастливым.

— Хочу с ним встретиться.

Наконец он подошел к окну и признался в своих истинных намерениях.

— …

Сотрудник не видел его глаз,

Но он был абсолютно уверен.

В глазах Маска плясали огоньки безумия.

http://tl.rulate.ru/book/176321/15444921