Глава 38. Изуна, ты ведь можешь жениться?
— Дейв! А ну отвечай немедленно! Чем это твой дядя уступает этим двоим в красоте?! — Лицо Хаширамы мгновенно потемнело от обиды, и он взревел, захлебываясь от возмущения.
Прошел уже почти год, а этот мальчишка всё ещё считает его уродливым! И где он страшный?! А эти Учихи разве писаные красавцы? Да они просто пара жалких одиноких псов, не знавших женской ласки!
— Ну-ну, Хаширама, не будь таким мелочным, — Изуна подошел к нему и, издевательски похлопав того по плечу, растянул губы в язвительной усмешке. — Разве Дейв не рубит правду-матку?
Изуна был твердо намерен вернуть клану Сенджу все долги и унижения, что он стерпел от них за кровавую Эпоху Воюющих Царств.
— Хаширама, шел бы ты лучше дальше накладывать свои косметические маски, — ледяным тоном добавил Мадара, подливая масла в огонь.
Фигура великого шиноби мгновенно осунулась, и над его головой, казалось, сгустилась персональная грозовая туча депрессии.
— И долго вы ещё собираетесь торчать на пороге? Еда уже на столе! — раздался с крыльца звонкий голос Мито, с улыбкой наблюдавшей за этой перепалкой.
Мужчины не заставили себя долго ждать. Пройдя в просторную столовую, они расселись вокруг щедро накрытого стола и приступили к трапезе.
— Дейв, я хочу ещё раз поблагодарить тебя, — Изуна тепло улыбнулся мальчику.
Вчера Мадара в подробностях поведал ему обо всем, что стряслось за минувшие десятилетия. Изуне было тяжелее всего переварить тот факт, что у Тобирамы появился сын. И уж совсем в голове не укладывалось, что именно этот мальчишка вытащил его с того света. От этой мысли лицо Изуны каждый раз кривилось так, словно он проглотил живую жабу. Но старший брат заверил его: Дейв — славный малый, в тысячу раз превосходящий своего мерзкого папашу, и обижать его ни в коем случае нельзя.
— Ну что вы, дядя Изуна, это лишнее, — смущенно отмахнулся Дейв. — Дядя Мадара всегда был так добр ко мне, я просто не мог спокойно смотреть, как он съедает себя от тоски.
— Точно-точно! — Хаширама, мгновенно воспрянув духом, радостно закивал. — Изуна, раз уж ты снова с нами, а наша с Мадарой великая мечта стала реальностью, тебе стоит просто наслаждаться жизнью в Конохе! Дай мне пару дней, и я отведу тебя на танцы! Запомни мои слова: танец живота — это пик человеческого искусства, божественное откровение!
Изуна жив! Зная маниакальную опеку Мадары над младшим братом, Хаширама мог поспорить на что угодно: теперь Учиха не станет слоняться невесть где, а осядет в деревне. А значит, он сможет видеться со своим лучшим другом каждый божий день! Хе-хе... пройдет годик-другой, он благополучно скинет с себя бремя Хокаге и будет сутками напролет тусоваться с Мадарой! Они будут вместе отплясывать танцы, вытаскивать игрушки из автоматов, резаться в игры на телефонах, нежиться в горячих источниках... От этих картин сердце Хаширамы пело. Он уже вовсю планировал их беззаботную старость.
— Чушь собачья. Изуна, я сам покажу тебе, что такое настоящие танцы, — Мадара скривился, услышав бредни друга. — То, что исполняет Хаширама — это позорище, от которого кровоточат глаза. Не позволяй ему испортить твой эстетический вкус.
Уж в чем-чем, а в искусстве танца великому Мадаре не было равных во всей Конохе.
— Эй-эй, полегче! Между прочим, ты уже несколько раз проигрывал моему танцу живота! — возмущенно парировал Хаширама.
— Ха, Хаширама... Не вынуждай меня выходить на пилон с моими танцами на пилоне, — презрительно усмехнулся Мадара.
— Пфф! — Дейв, как раз отправивший в рот приличную порцию риса, услышав это, мгновенно вспомнил незабываемое зрелище — «Мадара в черных чулках». Мальчик подавился и выплюнул еду прямо на стол.
— Дейв, милый, что случилось?! Неужели отдача от вчерашнего ритуала воскрешения всё-таки настигла тебя?! — Мито в панике подскочила с места и, схватив салфетку, принялась лихорадочно вытирать лицо племянника.
При этих словах Мадара и Изуна резко подались вперед, с нескрываемой тревогой всматриваясь в мальчика. Если Дейв навредил себе, вытаскивая Изуну с того света, чувство вины сожрало бы их обоих заживо.
— Всё в порядке, берня, — Дейв торопливо замахал руками, пытаясь сдержать рвущийся наружу смех. — Просто вспомнил одну очень забавную шутку.
— До смерти меня напугал! Ешь спокойно и не витай в облаках, — Мито с облегчением выдохнула и легонько, с материнской нежностью, щелкнула его по лбу.
— Изуна, раз уж ты вернулся к жизни... не подумывал ли ты о женитьбе? — неожиданно поинтересовалась Мито.
Только-только успокоившийся Изуна, успевший закинуть в рот пару ложек риса, подавился и с кашлем выплюнул еду, в точности повторив недавний подвиг Дейва.
Сидящий рядом Хаширама лишь обреченно покачал головой. С тех пор, как Мито увлеклась площадными танцами, она словно расцвела: стала более жизнерадостной, энергичной и обзавелась целой армией новых подруг.
Вот только... все эти её новоиспеченные подружки были крикливыми кумушками лет сорока-пятидесяти. Их главным развлечением было перемывание костей всей деревне: кто у кого помер, кто кому рога наставил, кто скоро сыграет свадьбу, а какой бедолага дотянул до сорока лет и всё ещё ходит в холостяках. Когда Мито впервые услышала про сорокалетнего холостяка, её глаза загорелись охотничьим азартом. Но, узнав, что речь идет о мужчине, она осеклась. Ведь ни Мадара, ни Тобирама до сих пор не связали себя узами брака...
Если бы Мадара и Тобирама знали, какие мысли бродят в голове первой леди, они бы, несомненно, испытали глубочайший шок.
Площадные танцы и общение с местными сплетницами явно пагубно повлияли на Мито. Теперь каждый вечер, возвращаясь домой, Хаширама был вынужден выслушивать подробнейшие отчеты о том, кому в клане пора под венец, а кто с кем тайно крутит роман... У Хокаге от этого сводничества уже пухла голова.
Мадара тем временем аккуратно взял салфетку и принялся заботливо вытирать рот откашливающемуся Изуне. В его взгляде было столько неприкрытой нежности, что Хаширама аж позеленел от зависти. «Ну почему, почему Мадара никогда не смотрел на меня так?..» — мысленно взвыл он.
— Поживем — увидим. Пока таких планов нет, — Изуна бросил теплый взгляд на суетящегося вокруг него брата и мягко улыбнулся. — Вернуться к жизни и снова увидеть брата — для меня это уже величайшее счастье.
Дейв, вновь потянувшийся к своей чашке с рисом, нервно дернул уголком губ. «Эта... эта братская любовь приобретает какие-то весьма специфические оттенки...» — пронеслось у него в голове.
— Так не пойдет, Изуна, — категорично заявил Мадара, откладывая салфетку. — Твоё тело вернулось в том же возрасте, в каком ты погиб. Тебе едва перевалило за двадцать — самое время найти достойную женщину и создать семью. Твоему старшему брату скоро стукнет сорок, я не смогу опекать тебя вечность.
В его глазах плескалась бездонная, искренняя забота о будущем младшего брата.
— Да-да! Мадара абсолютно прав! — радостно подхватила Мито, почуяв благодатную почву. — Ты молод, статен, невероятно силен. В Конохе найдется немало прекрасных девушек, которые почтут за честь стать твоей женой!
Изуна почувствовал, как к вискам приливает тупая боль. Он открыл рот, чтобы возразить, но Мадара безжалостно перебил его.
— Мито, — Мадара обратил на женщину заинтересованный взгляд, — у тебя на примете есть подходящие кандидатуры?
Он прекрасно понимал, что за месяцы плясок на площади Мито собрала досье на всю деревню. Да, родословная клана Учиха не должна разбазариваться на сторону, но кто сказал, что нельзя принять свежую кровь в семью?
Услышав это, Мито буквально засияла.
— Ох, Мадара, слушай внимательно! — затараторила она, пододвигаясь ближе. — На восточной окраине живет семья Мита. У них есть дочка, сущий ангел шестнадцати лет! И шьет, и вышивает, руки просто золотые!
— Хм... Достойный вариант. Беру на заметку, — степенно кивнул Мадара.
— А ещё! В клане Нара есть девушка, Нара Юи. В бою себя показывает отлично, да и к площадным танцам питает слабость! Характер, правда, с перчинкой, зато душа добрая, к своим людям относится прекрасно.
— Неплохо... Этот вариант тоже стоит обдумать.
— О, чуть не забыла! В клане Яманака есть блондинка по имени Яманака Цубаса! Она, конечно, девушка в теле... но зато, знаешь ли, для продолжения рода — самое то!
— ...Сгодится.
И вот так тихий семейный ужин превратился в самую настоящую ярмарку невест. Мито расписывала кандидаток так красноречиво, что заслушался бы и торговец на базаре. Мадара впитывал каждое слово с предельной концентрацией — когда речь шла о будущем любимого брата, мелочей быть не могло.
Лицо Изуны приобрело пепельно-серый оттенок покойника. Он отрешенно смотрел в стену и мучительно размышлял: ради всего святого, зачем вообще он вернулся в этот мир...
http://tl.rulate.ru/book/175269/15627151
Сказали спасибо 7 читателей