Готовый перевод K-pop: Girls, it's just a show! Stop taking my flirting seriously! / К-поп: Девочки, это просто шоу! Хватит воспринимать мой флирт всерьёз!: Глава 15. История Солли

Глава 15. История Солли

Солли мутным, пьяным взглядом уставилась на профиль Лань Юя, слегка надув губки.

— Это нечестно, — заплетающимся языком протянула она. — Ты знаешь все мои грязные секреты, а я даже не знаю твоего имени!

— Эм... Меня зовут Лань Юй.

— Лань? — она комично наморщила носик, пытаясь сфокусировать на нем зрение. В ее голосе сквозило откровенное подозрение. — У нас в Корее разве есть такая фамилия? Ты мне лапшу на уши вешаешь?

— Я не кореец, — мягко улыбнулся парень. — Я приехал из Китая.

— Ого, Китай! — Солли оживилась, стукнув ладошкой по барной стойке. — Значит, вы с Викторией-онни из одной страны! Земляки!

Лань Юй утвердительно кивнул. Собственно, именно наличие в составе китаянки Сун Цянь — Виктории — и заставило его когда-то обратить внимание на их творчество. И лишь погрузившись в мир f(x), он был очарован визуалом и харизмой других участниц, в первую очередь — самой Солли и Кристал.

— Интересно, как она там поживает? — улыбка на лице Солли погасла, уступив место светлой, но горькой меланхолии. — Мы так давно не виделись... Целую вечность.

— Думаю, у нее всё отлично, — попытался успокоить ее Лань Юй. — Она активно снимается в кино и сериалах у нас на родине. Уж в финансовом плане она точно зарабатывает в десятки раз больше, чем могла бы здесь.

Для китайских айдолов, возвращавшихся из Кореи, путь на музыкальный Олимп на родине был закрыт — там не было развитой культуры музыкальных шоу, а тягаться с мастодонтами эстрады в чисто вокальном мастерстве они не могли. Поэтому все возвращенцы массово мигрировали в актерскую сферу.

Услышав, что ее бывшая «онни» и лидер группы процветает, Солли искренне, без капли зависти, улыбнулась. Но эта искорка счастья просуществовала недолго, мгновенно сменившись привычным приступом самобичевания.

— В этом году исполняется ровно десять лет с момента нашего дебюта, — она уставилась на дно стакана, словно пытаясь разглядеть там ответы на свои вопросы. — Фанаты так ждали юбилея... Как думаешь, они меня ненавидят?

Лань Юй даже рта не успел открыть, как она сама же и ответила на свой вопрос, нервно скомкав салфетку.

— Конечно ненавидят. Я бы на их месте тоже себя возненавидела.

Когда-то давно внезапное заявление Солли о выходе из группы стало эффектом разорвавшейся бомбы, уничтожившей психику тысяч фанатов. Никто не понимал истинных мотивов этого самоубийственного шага. В тот день в ее соцсетях разверзся настоящий ад. Преданные поклонники группы, озлобленные соло-стэнеры других участниц и просто скучающие интернет-тролли смешались в единую кровавую массу, заливая комментарии под каждым ее постом тоннами нецензурной брани, проклятий и пожеланий смерти.

Краем глаза Лань Юй заметил, что очередной трек подошел к концу, и с танцпола к бару хлынула толпа потных, разгоряченных людей, жаждущих залить в себя новую порцию топлива. Оставлять Солли на виду было опасно — если кто-то узнает в этой пьяной, заплаканной девушке бывшую суперзвезду, скандала не миновать.

— Послушай, Солли, — он мягко коснулся ее руки. — Сюда идет толпа. Давай переберемся в мою ложу, там никто не будет глазеть. И продолжим.

Девушка тупо, словно заводная кукла, кивнула. Алкоголь уже властно хозяйничал в ее крови, отключая вестибулярный аппарат. Стоило ей оторвать задницу от высокого барного стула, как мир перед глазами опасно накренился. Она сделала шаг и мешком начала заваливаться набок.

Лань Юй среагировал молниеносно. Он перехватил ее за талию, крепко прижав к себе, не дав рухнуть на грязный пол. Солли инстинктивно вцепилась обеими руками в лацканы его пиджака.

— Эй, может, на сегодня хватит? — обеспокоенно спросил он, глядя в ее расфокусированные глаза. — На ногах-то стоять можешь?

Она повисла на нем, глубоко вдыхая запах его парфюма, и вдруг озорно, по-детски улыбнулась.

— Обижаешь! У меня луженая глотка. Просто... дай мне немного на тебя опереться, ладно?

Поняв, что спорить с пьяной женщиной бесполезно, Лань Юй тяжело вздохнул. Подхватив с барной стойки ее миниатюрную сумочку-клатч, он оставил недопитый виски и бросил бармену купюру, попросив прислать в их ложу бутылку дорогого, но менее крепкого шампанского Armand de Brignac, известного как «Пиковый туз».

Они медленно брели к угловой ложе, скрытой за плотными занавесями. Солли спотыкалась на каждом шагу, всем весом наваливаясь на руку парня. Ее сознание балансировало на грани между бредом и болезненной откровенностью, и слова лились из нее непрерывным потоком.

— Знаешь... моя семья была очень бедной, — бормотала она, цепляясь за его рукав. — Родители отдали меня в актерскую школу в надежде на чудо. И оно случилось! Скауты SM Entertainment заметили меня. Я получила свою первую роль в дораме...

История Солли была классической сказкой о Золушке. В 2005 году амбициозные родители притащили ее на прослушивание в SM. Малышка с ангельским личиком взяла гран-при в категории внешности. Ее тут же окрестили «главным бриллиантом среди стажеров», и на юбилее компании она стояла на сцене как символ будущего SM. Затем последовала блестящая роль юной принцессы Сонхва в историческом эпике «Песня Содона». Вся Корея влюбилась в эту кроху. Она стала официальной «Маленькой Принцессой» нации.

— В те годы меня носили на руках. Сам Ли Суман повсюду таскал меня за собой, как любимую игрушку...

Лань Юй аккуратно усадил ее на мягкий кожаный диван. Она похлопала по месту рядом с собой, требуя, чтобы он сел поближе, и тут же требовательно протянула пустой бокал, указывая на принесенную официантом бутылку шампанского.

Сделав жадный глоток искрящегося вина, Солли облизнула губы и продолжила:

— Я тренировалась в SM только как актриса. У меня и мыслей не было о сцене. Я снималась в фильмах, камеры меня любили...

Юная Чхве Солли, обладая невероятной, чистой красотой, легко получала роли, и ей до безумия нравилось примерять на себя чужие жизни и характеры.

— А потом, в один далеко не прекрасный день, руководство вызывает меня и ставит перед фактом: «С завтрашнего дня идешь в зал хореографии и на вокал. Мы готовим тебя к дебюту в женской группе», — она невесело усмехнулась.

Хотя они тренировались в одних залах с Викторией и Кристал, изначально ни Солли, ни Виктория (которую готовили в модели) не планировались как айдолы. Появление f(x) было чистым, безбашенным экспериментом Ли Сумана. Он слепил группу из того, что было, на ходу меняя концепцию. Ту же Эмбер, которая пришла как сильная вокалистка, просто заставили стать рэпером из-за нехватки позиций.

— Я ненавидела эту идею. Я бунтовала, плакала. Быть куклой, прыгающей под фанеру — это не то, о чем я мечтала!

Солли замолчала. Она закрыла глаза, и судорога, стягивавшая ее лицо последние часы, начала постепенно отпускать.

— Но... — ее голос дрогнул, смягчился. — Девочки были такими потрясающими. Мы сблизились. А когда я впервые вышла на сцену и услышала рев толпы... я поняла, что пропала. Я полюбила эту энергию. Это было волшебное время. Мы были счастливы.

Впервые за весь вечер на ее лице проступила искренняя, теплая улыбка.

Пусть в годы активности f(x) статус королев безраздельно принадлежал Girls' Generation и 2NE1, но их группа, с ее странной, инопланетной эстетикой, собрала мощнейший, преданный культ фанатов.

— Всё шло просто идеально. Группа гремела, мы начали строить сольные планы. Я собиралась вернуться в кино...

Внезапно улыбка слетела с ее лица, как сорванная ветром маска. Черты исказила гримаса невыносимой, физической боли. Кожа приобрела мертвенно-бледный оттенок.

— А потом наступил 2014 год. Журналюги раскопали мои отношения с Чойзой-оппой. И весь мой сказочный мир рухнул, разлетелся на куски, как гребаное стекло!

В извращенном мире K-pop айдол — это собственность фанатов, живая кукла для удовлетворения их романтических и сексуальных фантазий. Любовные отношения — это предательство, карающееся смертью карьеры.

Но ситуация Солли была в сто раз хуже. Избранник, рэпер Чойза, был старше ее на четырнадцать лет. Эта цифра взорвала мозг нации. Отвернулись не только фанаты — всё общество смотрело на этот союз с брезгливым недоумением.

— Меня смешали с грязью, — Солли вцепилась в горлышко бутылки так, что побелели костяшки, и дрожащими руками долила себе вина. — Они писали, что я больная извращенка с комплексом Электры. В каждой статье смаковали, как скоро этот старик меня бросит.

Она залпом выпила фужер. Золотистое шампанское побежало по подбородку, стекая на изящные ключицы, но в этом зрелище не было ни капли сексуальности. Это выглядело страшно. По ее щекам снова покатились крупные, непрерывные слезы. Лань Юй, чувствуя ком в горле, молча поднял свой бокал и выпил до дна.

— И знаешь что? Эти твари оказались правы! — она истерично рассмеялась. — Мы с Чойзой расстались!

Она сжала стеклянную ножку бокала так сильно, что та грозила треснуть.

— И что ты думаешь? Те, кто когда-то называл себя моими преданными фанатами, устроили праздник по поводу моего «освобождения». А те, кто меня ненавидел, злорадствовали: «Поматросил и бросил! Использованная подстилка!»

Имя Чхве Солли стало в Корее синонимом позора. Она превратилась в национальную грушу для битья. Каждое ее фото, каждый шаг разбирались под микроскопом, чтобы найти повод для новой травли.

— А когда я перестала носить лифчики... боже, что тут началось! — она всплеснула руками. — Они орали, что я конченая шлюха, что я развращаю подростков!

Солли широко раскрыла залитые слезами глаза и уставилась на Лань Юя с мольбой о понимании.

— Но ведь спать и ходить без нижнего белья полезно для здоровья! Это медицинский факт! Вся Европа и Америка так ходит! Голливудские звезды ходят без лифчиков! Моя страна так гордится своей прогрессивностью, так фанатеет по Западу... Так почему меня решили распять за кусок ткани?!

Она не понимала. В западной культуре отказ от бюстгальтеров стал нормой еще в девяностых — достаточно вспомнить легендарный сериал «Друзья», где актрисы постоянно появлялись в кадре в таком виде, и никто не делал из этого трагедии.

Корея любила кричать о том, что она часть свободного, цивилизованного мира, но внутри эта страна оставалась глубоко консервативной, насквозь прогнившей сектой. Страной, где узаконена дедовщина, где процветает жесточайший буллинг, и где любой шаг вправо или влево жестоко карается толпой.

— Я просто хотела быть собой! — кричала она сквозь слезы, вжимаясь в спинку дивана. — Я пыталась быть честной! Думала, если я откроюсь, они поймут! А вместо этого они начали проклинать меня с удвоенной силой!

Она схватилась руками за голову, словно пытаясь вырвать волосы.

— За что?! Я ни у кого ничего не украла! Я никого не убила! Половина из этих уродов вообще узнала о моем существовании только из скандалов, но они пишут мне такие вещи, от которых кровь стынет в жилах!

— Интернет дал людям маски, — тихо, с горечью произнес Лань Юй, глядя на ее страдания. — И под этими масками проснулись настоящие демоны.

— Днем этот хейтер — забитый клерк, которому начальник вытирает ноги об лицо, — продолжил он, чеканя каждое слово. — Но ночью, сев за клавиатуру, он становится непогрешимым богом, судьей, который имеет право уничтожать тех, чья жизнь кажется ему слишком яркой.

Многие оправдывали эту жестокость: мол, раз звезды зарабатывают за год столько, сколько простой работяга не увидит и за десять жизней, они обязаны терпеть. Не нравится — вали с экрана.

Но проблема корейского шоу-бизнеса в том, что этих детей ломают еще в зародыше. Их вырывают из школ, лишают нормального детства и образования, бросая в мясорубку стажерства. Они взрослеют в искаженной, токсичной среде, где правят деньги, зависть и интриги. У них просто нет шанса сформировать здоровую психику.

Солли была именно такой жертвой. С самого детства ее жизнью управляли продюсеры, менеджеры и фанаты. Она была марионеткой. И когда она выросла и попыталась отрезать ниточки, чтобы наконец-то стать свободной, общество решило ее уничтожить.

Деньги и слава не были защитой от пробитой психики. Под тоннами макияжа скрывалась измученная двадцатипятилетняя девочка. Закономерный итог — жесточайшая клиническая депрессия. Солли начала бояться людей. Стоило ей выйти на улицу и поймать на себе случайный взгляд прохожего, как ее накрывала паническая атака. Ей казалось, что сейчас к ней подойдут и плюнут в лицо.

Слушая ее сбивчивый, пропитанный болью рассказ, Лань Юй чувствовал, как внутри всё сжимается в тугой ледяной узел. Одно лишь представление о том, каково это — оказаться под таким прессом всенародной ненависти, заставляло его содрогаться.

Солли выпила до дна всю бутылку коллекционного шампанского. Выговорившись незнакомому, но такому понимающему парню, она выплеснула всю ту ядовитую черноту, что разъедала ее изнутри.

Мозг, вскрыв старые гноящиеся раны, включил аварийный режим защиты. Организм, истощенный истерикой и лошадиной дозой алкоголя, сдался. Свернувшись калачиком на кожаном диване, Солли провалилась в тяжелый, темный сон.

http://tl.rulate.ru/book/175227/14997267