Готовый перевод Perfectly Terrible Example of a Curse / Плохой пример идеального проклятия: Глава 1. Ади Гримальди

Магнолия расцвела.

Адрина Гримальди молча смотрела на дерево.

Ветви согнулись под тяжестью снега, белые цветы поникли. Магнолия была сигналом конца зимы, но это не означало начала весны.

Снег шел, хотя время для снега еще не пришло. Лепестки магнолии кружились в вихре снежинок, словно танцуя, прежде чем упасть. Будто оплакивая его смерть.

Белоснежные лепестки и белый ковер снега быстро превратились в грязь под ногами людей.

Люди кричали «нет», хватаясь за тело молодого человека. Плач разносился по всему особняку. Кто-то погрузился в скорбь, кто-то отрицал смерть, а кто-то искал виноватого.

«Это из-за твоего проклятия!»

Это была Адрина.

«Адриан умер из-за тебя!»

Люди тыкали пальцами в девушку, обвиняя ее в том, что она вообще родилась, а граф заперся в кабинете и не выходил.

«Из-за твоего рождения!»

Как же они не меняются.

Адрина невольно усмехнулась над последовательностью семьи. Тихий звук нарушил тишину, и снова посыпались крики и проклятия. Но новое проклятие не могло повредить уже проклятому телу.

«Верни моего Адриана!»

Да, все из-за меня.

Смерть Адриана Гримальди пришла без предвестников.

Как проклятие.

Даже если все кричали, что он не может умереть, даже если отрицали смерть, нельзя было вернуть тело, которое становилось все холоднее. Синий цвет смерти покрывал его бледную кожу. Это было нереально.

Во время похорон тихая боль тех, кто не мог принять смерть, заполнила особняк. Она давила, словно густой, удушающий туман. Адрина не могла понять свои чувства. Была ли это печаль, боль, чувство потери или полное безразличие.

Она не могла понять свои чувства.

Похороны Адриана Гримальди состоялись через три дня.

В гробу, который еще не был закрыт, лежал юноша, выглядевший точно так же, как Адрина. Его синяя кожа на белой ткани выглядела странно и неестественно. Магнолия в его руках казалась неуместной. Слезы и скорбь умножали стенания. Тогда кто-то заговорил.

«Лучше бы ты».

Это был очень тихий голос, но его хватило, чтобы начать обвинения.

«Да, ты должен был умереть».

Ты проклятие Адриана. Тихий голос, казалось, нарастал, становясь громче. Нематериальные слова опутывали людей. Казалось, что злоба людей становилась физической.

Белые клубы тумана в воздухе смешались со злобой и направились к Адрине. Но Адрина не реагировала. Она просто стояла прямо и смотрела на синее лицо. Точно такое же, как у нее.

«Тебе следовало умереть!»

Бедный брат.

Говорят, если фаворитизм длится слишком долго, несчастны оба — и тот, кого любят, и тот, кого не любят. Насколько несчастна была Адрина, настолько же несчастен был и Адриан. Но теперь Адриан освободился от этих оков, и Адрина думала, что ему теперь спокойно.

Адрина не реагировала. Она спокойно смотрела на людей, которые поднимали камни с земли и кричали «Тебе следовало умереть!» в ее сторону, на ее бесстрастное лицо. Она не знала, как реагировать здесь.

Камень упал перед Адриной. Графиня, не скрывающая гнева, снова наклонилась, чтобы поднять еще один камень. Брошенный камень даже не долетел до Адрины.

Слабая мускулатура, цветок особняка. Прекрасное лицо графини, казалось, увяло со смертью Адриана. Увядший цветок изливал проклятия.

В отличие от них, скрытых завесой печали, Адрина чувствовала себя сторонним наблюдателем, существующим в одиночестве. Она думала, что Адриан чувствовал бы то же самое.

Тогда появился граф Гримальди, которого она не ожидала увидеть. Лицо мужчины, вышедшего из кареты, не выглядело как лицо человека, потерявшего ребенка.

Граф медленно приблизился. Графиня подошла к графу и бросила взгляд на Адрину. Как будто спрашивая, что он собирается делать с этим бесчувственным созданием. Но граф лишь на мгновение взглянул на графиню, затем встал перед Адриной.

«Твои волосы сильно отросли, пока я тебя не видел, Ади».

Это были странные слова.

«Из-за смерти одной девчонки все так переполошились».

После этих слов все обернулись.

«Не так ли, Адриан?»

Взгляд Адрины скользнул по телу, затем упал.

Все здесь знали, что Адриан Гримальди умер. Но граф Гримальди — отец — называл ее Адрианом. Когда он положил руку на ее плечо и назвал «Ади», Адрина пошевелила губами.

Отец никогда не называл ее Ади.

И Адриан, и Адрина имели прозвище «Ади», но до этого момента так называли только брата. Естественно, Адрина сомневалась, что это обращение было к ней.

Только умерший Адриан называл ее Ади. Выражение лица, готовое рухнуть от имени, которое больше не будет произнесено, снова застыло при следующих словах графа.

«Разве это не радость, что проклятие семьи исчезло?»

Девушке дали имя, как будто она была тенью, следующей за мужчиной.

«Нет, правильнее будет радоваться».

Для нее не должно было существовать имени. Просто имя Адрина было записано в документах, как часть Адриана, и никто его не использовал. Все называли ее «ты», «это», «сгусток проклятия» и так далее.

«Не так ли?»

Адрина легко поняла намерения графа.

Адрина — проклятие Адриана. Потому что в этой стране все, рожденные близнецами, прокляты ведьмой. Поэтому, когда родились близнецы, Адрину должны были бросить или убить.

Она чувствовала смысл во взглядах, устремленных на нее. Умереть должен был не Адриан, а она. Но слова Спенсера Гримальди, слова «ты должен был умереть» скорее означали «ты не умер».

«Твоя сестра была слаба здоровьем».

Они дали ей понять ее положение и статус.

«Да, мужчина, конечно, не должен показывать печаль».

Я должен был умереть. Нет, я умер.

Граф схватил длинные волосы Адрины. Казалось, это его не удовлетворило, и он вытащил кинжал и отрезал ее волосы.

Длинные волосы мягко упали. То, что не успело упасть в руку, легло на снег. Граф бросил волосы, которые держал, на тело Адриана, будто они были отвратительны, и отряхнул руку.

Люди с отвращением смотрели на волосы, покрывающие тело Адриана, но даже не думали прикоснуться к ним.

Адрина смотрела на Адриана, покрытого ее волосами.

Тело Адриана было испорчено ее волосами. Адрина собрала разбросанные волосы руками и привела их в порядок. Ее волосы покрывали Адриана, как одеяло.

Когда Адрина отступила, люди снова заплакали, глядя на лицо Адриана. Как будто нити проклятия, покрывающие его, вызывали жалость и печаль.

«Прощание на этом закончено».

По словам графа, гроб закрыли. Слуги забили гвозди.

«Долго ли ты будешь заботиться о девчонке?»

«Ади, ты это знаешь? Я на самом деле хотела всего, что было у тебя».

«Не бездельничай и займи свое место».

Должно быть, в этом была проблема.

«Ты тоже».

«На самом деле, я хотела быть тобой».

«Адриан».

«Но я не хотела становиться тобой таким образом».

«Ты должен занять свое место».

При словах Спенсера Адрина подняла голову. Взгляды, устремленные на нее и ее отца, выражали замешательство. Графиня, не пролившая ни одной бесполезной слезы, смотрела на них с красной обидой.

О чем думал граф Гримальди, запершись в кабинете? Думал ли он о том, как оживить своего единственного мертвого сына и эту семью? Думал ли он о том, как сохранить суверенитет и власть? Результатом стало...

«Да».

«Убийство Адрины Гримальди».

«Вы правы, отец».

Но Адрина не отличалась от графа.

Ади.

«Нельзя вечно скорбеть о смерти Адрины».

«Я умер, чтобы стать тобой».

«Теперь нужно отпустить».

При словах Адрины люди затаили дыхание, а Спенсер Гримальди выглядел довольным.

Идет снег. Пока продолжались удары молотка, снег покрывал крышку гроба. Гроб опустили глубоко в землю.

Цветы, снег, отчаяние и печаль людей были похоронены вместе с землей.

Адрина Гримальди умерла.

Это было проклятие близнецов.

Возможно, люди подумают, что это к лучшему. Потому что умерла не Адриан, а Адрина. Граф, не глядя на опускающийся гроб, обратился к Адрине: «Ади».

«Поехали вместе».

Адрина медленно двинулась в ответ на приказ, похожий на предложение. Впервые Адрина села в одну карету с графом. Карета тронулась, и граф заговорил.

«Кому поручить написать эпитафию на надгробии Адрины?»

От неожиданных слов Адрина подняла голову. Выражение лица графа не изменилось. Адрина не могла сдержать смех, который почему-то вырвался наружу.

«Я найду среди местных мастеров того, у кого хороший почерк».

Граф окинул взглядом все тело Ади при звуке ее голоса, сдерживающего смех.

«Он умер в день цветения магнолии, так что можно выгравировать украшение в виде магнолии».

Сказав это, Адрина посмотрела в окно кареты. Графиня рухнула на покрытую землей могилу. Ее мучительные крики не доносились через окно. Можно было только понять по движению губ, что она кричала имя Адриана.

«Украшение в виде магнолии, да. Делай, как хочешь».

Адрина перевела взгляд на графа. Как Адрина считала графа неожиданным, так и граф смотрел на Адрину с неожиданным взглядом. Затем граф усмехнулся и сказал:

«Хорошо, что Ади умер».

Был ли этот Ади Адрианом или Адриной.

Что бы это ни было, Ади Гримальди думала то же самое.

Хорошо, что Ади Гримальди умер. Очень хорошо.

http://tl.rulate.ru/book/175152/14831942