Готовый перевод Demon Slayer: Mangekyou Sharingan / Клинок, рассекающий демонов: Мангекьё Шаринган: Глава 8 - Конец сорокалетнего кошмара

Глава 8: Конец сорокалетнего кошмара

Утренний свет пробился сквозь лёгкую дымку и пролился на громадные ворота тории у подножия Горы Фудзикасанэ.

Когда об окончании Финального отбора объявили официально, двадцати двум выжившим мечникам вручили Воронов-посыльных для связи и тамахаганэ для ковки Клинков Ничирин. Пора было расходиться по домам.

— Э-э... господин Рин!

Танджиро Камадо, с тяжёлым деревянным ящиком за спиной, вдруг выскочил вперёд, уже за спиной у Рина, который собирался уходить, и резко поклонился.

Лобом почти упёрся в колени, голос дрожал от открытой благодарности и восхищения.

— Огромное вам спасибо!

Танджиро был человеком честным, а нюх у него — куда тоньше человеческого.

Подойдя к каменистой роще в глубине Горы Фудзикасанэ, он уловил не только бездонную, как пропасть, ауру, клубившуюся вокруг Рина, но и жуткую злобу, оставшуюся от чудовищного демона, разнесённого молнией в прах.

Одного этого запаха хватало, чтобы перехватывало дыхание.

Он даже представить не мог, во что обернулась бы встреча новичков, толком не освоивших даже Полное Концентрированное Дыхание, с этим исполином, обросшим бесчисленными руками и прожившим неизвестно сколько лет, — если бы Рин не уничтожил его заранее.

Учитель, Сакондзи Урокодаки, предупреждал: в горах скрываются чрезвычайно опасные демоны.

И Танджиро не сомневался — именно этот гигант-мутант, убитый Рином, и был самым страшным существом на этой горе.

— Если бы вы не уничтожили того монстра и почти всех демонов в горах ещё до нашего прихода... боюсь, живыми вышла бы от силы половина. Я, Танджиро Камадо, этого никогда не забуду!

Услышав его слова, Гэня Синадзугава, стоявший рядом с ирокезом и привычной хмурой рожей, только холодно фыркнул.

Молчал — но в глазах, которыми он провожал Рина, от былой спеси семидневной давности не осталось и следа. Одно лишь тяжёлое, въевшееся опасение.

Той ночной иллюзии, подступившей прямо к краю гибели души, он второй раз испытывать не хотел.

Что до Зенъицу Агацумы — если бы Танджиро мёртвой хваткой не держал его за загривок, тот уже валялся бы у Рина в ногах, заливаясь слезами и умоляя взять его в подчинённые.

— Не за что. Я демонов убиваю просто чтобы... кхм, скоротать время.

Рин обернулся и посмотрел на упрямого будущего Столпа.

— Хочешь отблагодарить — запомни: если наткнёшься на цель высокого уровня, вроде демонов двенадцати лун, — оставь их мне.

Бросив фразу, от которой у всех слегка поехала картина мира, Рин не стал задерживаться.

Чакра мгновенно скопилась в ступнях и рванула наружу.

Бах!

С глухим хлопком воздух лопнул, земля под ногами пошла трещинами.

Тело стрелой взметнулось в воздух, оставив чёрный шлейф — и в следующее мгновение Рин уже растворился в бескрайнем море зелени.

— Как быстро! Даже следа не видно! Что это за Стиль Дыхания? — Танджиро ошарашенно уставился в сторону его исчезновения, вцепившись в рукоять клинка.

Канао Цуюри, стоявшая в самом хвосте группы, молча смотрела туда же. В её фиолетовых глазах, обычно недвижимых, как гладь колодца, впервые дрогнул незнакомый отблеск.

Она крепче сжала в пальцах кусок тамахаганэ — знак того, что испытание пройдено, — и, не сказав ни слова, повернулась и пошла в другую сторону.

...

Тем временем, в Усадьбе Убуяшики — штаб-квартире Корпуса Истребителей Демонов в нескольких сотнях километров от Горы Фудзикасанэ.

В тихом внутреннем саду стояла такая напряжённая тишина, что было слышно, как падает игла.

Действующий глава Корпуса Истребителей Демонов, Кагая Убуяшики, занимал главное место в вассицу.

На лице, изборождённом фиолетовыми, похожими на проклятие Метками Истребителя, впервые за долгое время проступило нечто похожее на изумление, смешанное с радостью.

На татами перед ним, полуколенопреклонённые, застыли двое Столпов в хаори.

Столп Насекомых — Синобу Кочо.

Столп Воды — Гию Томиока.

В центре вассицу, хлопая крыльями, сидели два Ворона-посыльных, только что измотавшихся в полёте с Горы Фудзикасанэ, и с хриплыми вскриками докладывали о «странных» итогах испытания.

— Кар! Уничтожены! Уничтожены! Демоны Горы Фудзикасанэ уничтожены одним человеком!

— Двадцать два выживших! Такого ещё не было! Кар!

— Чудовище! Чудовище по имени Рин! Огонь! Молнии! Того гигантского мутировавшего демона с десятками рук, прожившего больше сорока лет, он разорвал в пыль молнией голыми руками! Нет его! Кар-кар!

Под какофонию вороньего отчёта даже обычно бесстрастные, ко всему холодные тёмно-синие глаза Гию Томиоки резко сузились.

— Десятки рук... мутировавший демон, который прожил больше сорока лет? — едва слышно повторил он.

Во время того жестокого отбора много лет назад его самого тяжело ранили уже в самом начале, и он потерял сознание.

Когда пришёл в себя — испытание было завершено. Но старший товарищ, Сабито, чьи способности во много раз превосходили его собственные и который сиял, как солнце, — навсегда остался в той горе.

Он так и не увидел убийцу Сабито. Не знал и подробностей вражды между демоном и наставником, Сакондзи Урокодаки.

Знал одно: выжить должен был Сабито. А Столпом Воды должен был стать не он.

Эта тяжесть давила на него семь долгих лет.

И без того слепые глаза Кагаи Убуяшики мягко изогнулись. Он не видел — но мысль его была ясна, а память острой, как лезвие.

— Десятки рук... больше сорока лет... — Кагая тихо кашлянул, и в мягком голосе прозвучала едва заметная нотка. — Гию, помнишь ли ты старые донесения господина Урокодаки? В эпоху Эдо он собственноручно взял живьём демона-метаморфа и заточил его на Горе Фудзикасанэ. С тех пор прошло как раз больше сорока лет.

— Годы он обходил яд глицинии и, пожирая бесчисленных мечников, дорос до этой чудовищно искажённой формы... Полагаю, не ошибусь, если скажу: тринадцать детей, которых господин Урокодаки отправлял на отбор и которые так и не вернулись, включая Сабито и Макомо, — все они погибли от рук этого монстра.

Гром.

Мягкие слова Кагаи ударили по Гию Томиоке, как раскат грома.

Столько лет он верил, что Сабито пал от истощения — выложившись до последнего, сражаясь с демонами один за другим и прикрывая слабых товарищей.

И только сейчас, из уст их господина, услышал: Сабито убил тот самый демон-метаморф, проживший больше сорока лет и целенаправленно вылавливавший учеников Урокодаки.

И теперь этот гигантский кошмар, засевший на Горе Фудзикасанэ и так и не отомщённый им самим, был обращён в пепел каким-то новичком по имени Рин.

Гию Томиока резко опустил голову и стиснул зубы. Лицо оставалось почти неподвижным, но едва заметная дрожь плеч и побелевшие от напряжения пальцы на кулаках выдавали бурю внутри.

— Сабито... Макомо...

http://tl.rulate.ru/book/173621/15176064