Готовый перевод Apocalypse: Starting As A Food Delivery Driver, The System Provides You With A Base! / Апокалипсис: Я начал курьером, а система подарила мне базу!: Глава 1. Обещали грипп, а начали жрать людей!

Глава 1. Обещали грипп, а начали жрать людей!

Рассветное солнце, с трудом пробиваясь сквозь плотный слой шанхайского смога, заглянуло в окно старой квартиры. Ли Вэй пружинисто, словно выброшенная на берег рыба, вскочил с кровати в своей арендованной «двушке». Похмелье отозвалось резкой болью в витках, заставив его поморщиться и обнажить зубы. Он запустил пятерню в растрепанные волосы, подошел к шкафу и привычным движением набросил свою «боевую форму» — ярко-желтую куртку с эмблемой кенгуру.

В зеркале отразился парень ростом метр семьдесят три. Симпатичный, если бы не печать вечной усталости на лице и темные круги под глазами. Ли Вэй открыл приложение для курьеров, и звуковой сигнал не заставил себя ждать.

Динь!

[У вас новый заказ, пожалуйста, примите его в работу.]

Новый день начался. Ли Вэй схватил шлем и вылетел за дверь, погружаясь в привычную суету мегаполиса.

В последнее время мир лихорадило. По планете расползался вирус гриппа, и Шанхай не стал исключением. На улицах восемь человек из десяти прятали лица за масками. Повсюду слышался сухой кашель, а воздух, казалось, насквозь пропитался запахом хлорки, от которого щемило в груди. Очереди у аптек растягивались на целые кварталы, оставляя позади даже самые модные кофейни.

Ли Вэй, лавируя на своем электроскутере в плотном потоке машин, особого беспокойства не испытывал. Армейское прошлое и крепкое здоровье служили ему надежным щитом — вирус, похоже, обходил его стороной. Глядя на болезненных прохожих, он даже чувствовал легкий укол гордости. Его организм был словно вылит из стали.

К полудню заряд телефона предательски пополз к нулю, а желудок начал требовать своего. Припарковав скутер у стоянки, Ли Вэй в компании нескольких знакомых коллег направился в ближайшую забегаловку.

— Вэй, сколько сегодня настрелял? — спросил его коллега по прозвищу Толстяк, не удержавшись и дважды кашлянув в кулак.

— На кусок хлеба хватит, — Ли Вэй дружески хлопнул его по плечу. — А ты бы поберег себя. Кашляешь уже который день. Шел бы домой, отлежался. Не стоит эта мелочь того, чтобы в гроб ложиться.

Толстяк лишь горько усмехнулся.

— Отлежаться? А за аренду и свет ты платить будешь? К тому же, в больницах сейчас мест меньше, чем билетов на поезд в Новый год. Пойдешь туда — только время зря потратишь.

Другой курьер подошел ближе и заговорил вполголоса, оглядываясь по сторонам:

— Слыхали? Говорят, от этого гриппа мрут как мухи. А когда тела выносят, они все синие, аж жуть берет.

— Не мели чепухи, — отмахнулся кто-то. — Официально же сказали: тяжелая форма гриппа. Просто осложнения.

Разговор шел вяло, атмосфера в закусочной была тяжелой и душной. Покончив с обедом, Ли Вэй почувствовал, как наваливается сонливость. Попрощавшись с парнями, он решил заскочить домой — прикорнуть на часок, чтобы набраться сил перед вечерней сменой.

Напевая под нос какой-то незамысловатый мотив, он вернулся в свой старый жилой комплекс. В подъезде царил полумрак, стены были пестро заклеены объявлениями, а скученность квартир — по восемь на этаже — создавала ощущение давящей тесноты. Стоило ему припарковать скутер, как издалека донесся нарастающий вой сирен. У дома затормозила карета скорой помощи.

Ли Вэй мазнул по ней взглядом и не придал значения. Для Шанхая день без воя мигалок был бы скорее аномалией, чем нормой. Свистя под нос, он поднялся на восьмой этаж и отпер дверь. На кухне он достал из холодильника запотевшую бутылку ледяной колы и в несколько жадных глотков осушил больше половины. Холодная жидкость обожгла горло, унося с собой летний зной и усталость.

«Хорошо...» — пронеслось в голове.

Ли Вэй прошел в гостиную, рухнул в старое кресло и привычно уткнулся в телефон. Пальцы быстро листали ленту коротких видео: несмешные шутки, танцующие красотки, реклама... Вдруг его внимание привлек ролик с пометкой «Рядом с вами».

Заголовок кричал кроваво-красными буквами: «ШОК! САМОУБИЙСТВО В ШАНХАЕ! КАДРЫ С МЕСТА СОБЫТИЙ!»

Он нажал на видео. Картинка дрожала — оператор явно нервничал. В кадре человек камнем рухнул с огромной высоты, с глухим, чавкающим звуком ударившись о бетон. Толпа вокруг взорвалась криками ужаса.

Но затем произошло нечто немыслимое. Тот, кто должен был превратиться в месиво из костей и плоти, вдруг... шевельнулся. Медленно, неестественно изгибаясь, он начал подниматься. Его голова безжизненно болталась на груди — шея явно была сломана, а конечности вывернуты под невозможными углами.

Толпа в видео на мгновение замерла в гробовой тишине, а затем разразилась еще более истошными воплями. Люди бросились врассыпную. На этом запись оборвалась.

Ли Вэй нахмурился и открыл комментарии.

«Ни хрена себе спецэффекты! Мощно!»

«Этот парень — псих. Ради хайпа так рисковать? Грим, небось, полдня накладывали».

«Дайте ссылку на полный метр! Выглядит круче голливудских блокбастеров. Неужели наш кинематограф ожил?»

«Да не тупите вы, это чистой воды постановка и монтаж. Расходимся».

Ли Вэй невольно усмехнулся. В погоне за просмотрами люди и правда готовы на любое безумие. Он смахнул видео и продолжил листать ленту.

Стемнело. Город зажегся миллионами неоновых огней. Желудок Ли Вэя снова подал голос. Переодевшись в домашнее, он спустился в маленькую лавочку внизу, решив перекусить чем-нибудь простым.

— Хозяин, мне рис с обжаренной свининой.

— Сейчас сделаем!

В зале было почти пусто. Владелец заведения с мрачным лицом смотрел новости по телевизору. Ли Вэй сел у окна и, пока ждал заказ, уткнулся в телефон. Вдруг с небольшой площади неподалеку донесся женский крик. Это был не просто возглас — пронзительный, полный запредельного ужаса вопль, от которого кровь стыла в жилах.

Ли Вэй замер. А затем...

Пах! Пах!

Два глухих хлопка отчетливо ударили по ушам. Тело Ли Вэя мгновенно напружинилось. Выстрелы! Ошибки быть не могло. Армейская закалка сделала его слух к таким звукам гораздо чувствительнее, чем у обывателей. В стране, где контроль над оружием был жесточайшим, стрельба в центре города означала только одно — случилось что-то по-настоящему страшное.

Не успел он осознать это, как улица снаружи взорвалась хаосом. Толпа, словно сорвавшись с цепи, неслась мимо окон, захлебываясь в криках.

— Бегите!

— Чудовища! Они жрут людей!

— Помогите-е-е!

Слова «жрут людей» заставили сердце Ли Вэя пропустить удар. В памяти тут же всплыло то странное видео, увиденное днем. «Неужели... правда?»

Дело принимало скверный оборот. Хозяин как раз вынес тарелку — рис пах божественно, но аппетит Ли Вэя испарился без следа.

— Хозяин, упакуй с собой! — голос Ли Вэя звучал на удивление холодно и спокойно.

Владелец, бледный как полотно, дрожащими руками достал пластиковый контейнер. Ли Вэй быстро пересыпал еду, приложил телефон к QR-коду оплаты и, не оглядываясь, выскочил из закусочной, пробиваясь сквозь поток бегущих людей к своему подъезду.

Влетев в квартиру на восьмом этаже, он тут же запер дверь на все замки и прижался спиной к дверному полотну, жадно хватая ртом воздух. Снаружи крики и топот становились всё ближе.

Он прошел в гостиную и включил телевизор, который не трогал уже вечность. На экране ведущая как раз зачитывала новости, когда картинка внезапно сменилась кроваво-красной заставкой: «ЭКСТРЕННЫЙ ВЫПУСК».

В кадре появился пожилой седовласый мужчина с суровым лицом. На его лацкане поблескивал значок, а фоном служил строгий зал заседаний. Титр внизу гласил: «Председатель».

— ...В связи с крайне тяжелой и нестабильной обстановкой, решением чрезвычайного съезда, я подписал указ о введении на всей территории страны бессрочного чрезвычайного положения. Призываю всех граждан немедленно вернуться в свои дома. Закройте и забаррикадируйте окна и двери. Сделайте запасы воды и продовольствия. Не выходите на улицу без крайней необходимости. Сохраняйте спокойствие и ждите дальнейших указаний...

Голос Председателя был твердым, но в каждом слове чувствовалась свинцовая тяжесть. В ту же секунду телефон Ли Вэя взорвался вибрацией. Сообщение от Центра экстренного оповещения дублировало слова из телевизора, а ярко-алый восклицательный знак в конце сообщения неприятно резал глаза.

За окном крики боли смешались с едва различимым, чавкающим звуком, просачивающимся сквозь щели в рамах. Ли Вэй стоял посреди комнаты. В левой руке — еще теплая коробочка со свининой и рисом, в правой — вибрирующий смартфон. А с экрана телевизора на него смотрело полное скорби лицо Председателя.

http://tl.rulate.ru/book/173152/13600778