Готовый перевод Ground-Level Sword: Slaying Gods and Demons / Приземленный меч: круша богов и демонов: Глава 14. Вмешательство с высот и ветер обмана

Свирепый ветер хлестал по арене, закручивая потоки воздуха в бурлящую, кипящую кашу. Зрителям это выглядело чистой, односторонней бойней, и Налань Цин на комментаторской трибуне нервно сжимала свой духовный рупор, готовая вот-вот его проглотить от волнения.

— Видите! Это чудо механики! Старший брат Ли Фуюнь не просто преодолел гравитацию — он подчинил трение! Элегантность, с которой он вертит противником, как пешкой, — сама суть нашей цивилизации парения!

Трибуны взорвались ликованием.

Лишь в центре зоны лучшей видимости, на почетных местах, повисла ледяная атмосфера. Цзи Линсяо сжимала чашку с давно остывшим духовным чаем, ее брови мрачно сошлись на переносице. Она не любовалась изящными па Ли Фуюня, а пристально вглядывалась в его манжеты, ловя малейшие вспышки.

С «Костями Великой Пустоты и Парения» она ощущала изменения в воздушных потоках острее собственного сердцебиения. Обычным зрителям он казался мастером равновесия, но для нее это был грубый обман: каждый резкий тормоз на сверхскоростном скольжении или поворот вопреки инерции сопровождался синей вспышкой в манжетах — талисманом высокого уровня «уравновешивающий ветер», да еще и запрещенной для военных моделью «Союза Бессмертных Девяти Небес».

«Без этого талисмана, что автоматически корректирует центр тяжести струями воздуха, он давно вылетел бы за арену при том повороте — в условиях нулевого трения», — холодно усмехнулась Цзи Линсяо про себя, уголки губ едва дрогнули. Это был не просто обман, а настоящее осквернение понятия «полета».

— Святая Дева, как вам приём «След на снегу не оставить» брата Ли?

Налань Цин подскочила, жадно ловя золотые слова для трансляции.

Цзи Линсяо аккуратно поставила чашку — фарфор чисто звякнул о блюдце.

— Без устойчивого фундамента не бывает элегантности.

Голос ее прозвучал тихо, но холодный поток заморозил фальшивую улыбку комментатора, заставив ее плечи поникнуть.

В этот миг Ли Фуюнь решил покончить со скучной игрой. Он резко отклонился назад, тело образовало с землей острый угол, и, словно на лыжах, завертелся на бешеной скорости вокруг Шэнь Ту. Лезвия ветра сгущались на кончиках пальцев, готовые заставить упрямого здоровяка наконец встать на колени.

«Конец, идиот», — жестоко усмехнулся он, глаза сузились в щели.

В глазах Цзи Линсяо мелькнуло отвращение — она ненавидела обман, а еще больше, когда унижали «подушечного человека», что дарил ей хороший сон. Поправляя манжету, она легонько щёлкнула пальцами в пустоте.

«Треск».

Невидимая волна сжатого воздуха пронзила барьер арены с хирургической точностью. Она не тронула бойца, а перерезала канал духовной силы талисмана в рукаве Ли Фуюня. Удар был слишком быстр — даже главный судья ничего не заметил, лишь моргнул.

Ли Фуюнь скользил на полной скорости, готовясь к «изящному развороту с остановкой». Талисман должен был выбросить встречную струю, нейтрализуя инерцию. Он опустил центр тяжести, наклонившись вперед. Но опоры не последовало — ни единой струи воздуха.

Физика обнажила клыки. Без талисмана закон сохранения импульса дал жестокий урок.

«Э?»

Улыбка застыла на лице. Он не мог остановиться: инерция несла вперед, а нулевое трение не позволяло затормозить ни на йоту. Изящное скольжение обратилось неконтролируемым дрифтом.

«Ш-ш-ш!»

Поза сломалась: он замахал руками и ногами, но в нулевом трении был как мыло на раскаленной сковороде. Проскользнул мимо Шэнь Ту, врезался головой в ограждение, отскочил от упругости и, растянувшись в нелепом шпагате, закрутился на земле, словно перевернутая черепаха.

— Что это?

— Старший брат Ли… сел на шпагат?

Арена загудела от изумления. Налань Цин разинула рот, не в силах вымолвить слово, ее глаза округлились. Ли Фуюнь в ужасе поднялся, но поскользнулся и пошатнулся снова, руки беспомощно молотили воздух. Без талисмана «парение с нулевым трением» стало хождением по масляному стеклу: даже просто стоять превратилось в пытку, не то что сражаться. В панике он глянул на почетные места — Цзи Линсяо равнодушно сдувала пыль с пальцев, взгляд ее был спокоен, как гладь озера.

А напротив Шэнь Ту, все это время пассивно терпевший удары, медленно выпрямился, разминая плечи. В его тусклых глазах отразилась паника Ли Фуюня — короткая, но яркая.

«Так вот в чём дело».

Он посмотрел на скользящие ноги противника, и в голове взорвались слова Учителя: «Сила исходит от земли. Этот парень — как корнистый водяной гиацинт».

«Достаточно небольшого движения на земле…»

Шэнь Ту уставился на белые нефритовые плиты. На этот раз он не гнался за скользкой фигурой. Взял «Старину Железяку» обратным хватом, высоко поднял над головой. Мускулы взбугрились скалами, вены налились стальной синевой.

«Что задумал?» — в сердце Ли Фуюня кольнуло предчувствием беды. Он попытался отскользнуть, но боялся толкнуться сильно — и движения стали скованными, робкими.

Шэнь Ту проигнорировал его. Его цель — не противник.

«Учитель говорил: если не прихлопнуть комара…»

Он рыкнул, и меч в десятки тысяч цзюней вонзился вертикально, как копер, в центральный узел формации!

«…разнеси дом!»

«БУМ-М-М-М!!!»

Грохот потряс небеса. Нефритовая арена, усиленная формацией, треснула от точечного удара, паутина трещин разошлась во все стороны. Ударная волна рванула от клинка, но Шэнь Ту запер вибрацию своим телосложением тяготения, превратив энергию в точку опоры рычага, мышцы напряглись до предела.

— Поднимись… ты!

Вены на лбу вздулись веревками, тело стало незыблемой осью. С ужасающим скрежетом камня вся арена в сто метров раскололась и приподнялась, словно сломанное печенье, — ровное поле обратилось крутой горкой с наклоном в тридцать градусов.

— Безумец! Ты безумец!

Налань Цин завизжала с трибуны, вцепившись в рупор.

Для Ли Фуюня это был конец. На ровной поверхности он бы удержался, но на склоне, с нулевым трением, сила тяжести превратила его в ускоряющийся мясной шар, неумолимо катившийся вниз.

— А-а-а-а-а-а!

Он махал руками-ногами, но не цеплялся ни за что, лишь скатывался с нарастающей скоростью прямиком к Шэнь Ту внизу.

Тот вытащил меч, взял двумя руками в странной стойке: ноги расставлены широко, поясница слита со стойкой, клинок горизонтально перед грудью. Словно бэттер, ждущий подачу, он замер в напряжении.

Глядя на катящегося Ли Фуюня, он растянул рот в ухмылке, обнажив окровавленные зубы.

«Посмотрим, как ты теперь будешь скользить».

(Конец главы)

http://tl.rulate.ru/book/172654/13193521