Готовый перевод Douluo : The Eternal Pavilion, the Illusionary Knight / Боевой континент: Рыцарь Серебряного Дракона: Глава 13

К этому моменту все уже заняли свои места по обе стороны стола переговоров.

Когда дело дошло до обсуждения конкретных проектов сотрудничества, Му Е и другие мастера духа Секты Истинного Тела были немало удивлены.

Представителем со стороны Башни Духов оказался ребенок.

А вовсе не глава Башни Цяньгу Дунфэн и даже не Хань Тяньи, который считался главным ответственным за взаимодействие между Башней Духов и Сектой Истинного Тела.

Голос Цяньгу Чжантана не дрогнул под их изумленными взглядами, он продолжал звучать ровно и уверенно.

— Проект сотрудничества номер один. Следуя примеру истории столетней давности о Хань Тяньи, Секта Истинного Тела и Башня Духов совместно займутся обучением родного внука Мастера Башни Цяньгу Дунфэна – Цяньгу Чжантана.

— На период всестороннего сотрудничества Цяньгу Чжантан станет символом дружбы между обеими сторонами под присмотром старейшины Башни Духов Хань Тяньи.

— Проект номер два: исследования в области антропоморфных Духовных тел…

— Проект номер три: вступление мастеров духа Секты Истинного Тела в систему Башни Духов…

— Проект номер четыре…

— За каждый успешно реализованный пункт Секта Истинного Тела получит одно место старейшины в совете Башни, что позволит участвовать в принятии высших решений.

— Оговоренные ресурсы будут поставляться поэтапно, согласно установленным пропорциям.

— Спустя десять лет сотрудничества Секта Истинного Тела сможет направлять своих мастеров в филиалы Башни Духов по всему континенту, чтобы на добровольной основе привлекать в свои ряды тех, у кого пробудился Боевой Дух Тела.

Условия были более чем щедрыми.

Даже самый острый вопрос о взаимном доверии был решен сам собой: Цяньгу Чжантан добровольно вызвался стать своего рода заложником.

Единственный в молодом поколении клана Цяньгу обладатель Врожденной полной силы духа и Боевого Духа Посох Свернувшегося Дракона, родной внук нынешнего главы Башни и наиболее вероятный преемник в будущем.

Его вступление в Секту Истинного Тела в качестве ученика Му Е и официальное объявление об их узах наставника и последователя снимало множество проблем.

В конце концов, признание отношений «учитель – ученик», – дело серьезное. Это накладывало жесткие обязательства как на Башню Духов, так и на Секту Истинного Тела.

Когда Цяньгу Чжантан закончил излагать детали, ни один из мастеров Секты Истинного Тела не выступил с открытым протестом.

Казалось, после небольшого внутреннего обсуждения подписание соглашения о всестороннем сотрудничестве станет делом решенным. Все шло на удивление гладко.

Разумеется, Цяньгу Чжантан предвидел такой исход.

Му Е не был закостенелым консерватором – это подтверждал и тот факт, что в будущем он приведет Секту Истинного Тела в Академию Шрек из-за своей связи с Тан Улинем.

К тому же личное присутствие Чжантана в качестве гаранта и доступ к филиалам Башни по всему миру для поиска талантливых простолюдинов с Боевым Духом Тела могли буквально вдохнуть жизнь в угасающую секту.

При таком раскладе результат был закономерен.

После долгого раздумья Му Е наконец разомкнул губы:

— Хорошо…

Но не успел он произнести и слова, как его грубо перебили.

— У меня есть еще одно дело, на которое Башня Духов должна дать четкий ответ.

Говорившим оказался один из старейшин Секты Истинного Тела. Он был глубоким стариком, и его дряхлость была очевидна каждому.

Несмотря на предостерегающий взгляд Му Е, старик упрямо продолжил:

— Мои слова вовсе не означают недовольства союзом между Сектой Истинного Тела и Башней Духов.

— Молодой господин из клана Цяньгу – выдающийся талант, он учел все аспекты.

— Сейчас нас связывает мой младший брат-ученик Хань Тяньи, в будущем связующим звеном станет юный Чжантан, так что я спокоен.

— Но есть одна вещь, на которую я хочу получить прямой ответ. Какими будут отношения Башни Духов и Секты Тан в будущем?

— У нашей Секты Истинного Тела есть старые счеты с Сектой Тан из-за Ху Цзе, который предал нас и переметнулся к ним.

— Возможно, многие братья по секте забыли дела давно минувших дней, но я буду помнить о них до самой смерти.

— Я никогда не прощу предателя.

— Если Башня Духов не даст удовлетворительного ответа, я покину секту и в одиночку очищу наши ряды от скверны.

— И это не коснется ни одного человека, ни одной организации.

Смысл был предельно ясен: если Башня Духов решит в будущем восстановить отношения с Сектой Тан, он уйдет. Эти слова мгновенно накалили атмосферу в зале до предела.

— Старейшина Ду! — Резко оборвал его Му Е.

Но глядя на этого старейшего из ныне живущих членов секты, который всегда был ей предан, он не нашел в себе сил отчитывать его дальше. Ему оставалось лишь извиняюще повернуться к Цяньгу Дунфэну.

Цяньгу Дунфэн и впрямь начал гневаться. Не то чтобы он был против нападок на Секту Тан, но делать это сейчас, а тем более официально выражать позицию Башни Духов, было нельзя.

Даже если две великие организации уже давно находились в состоянии холодной войны, формально приличия соблюдались. Ни Башня Духов, ни клан Цяньгу еще не были готовы к открытому разрыву.

Публичное заявление неизбежно разлетится повсюду. Секта Тан и Академия Шрек одного поля ягоды. Если кто-то из Секты Тан решит последовать примеру той сумасшедшей старухи Лун Еюэ и ворвется в штаб-квартиру Башни Духов, чтобы отвесить ему пощечину, Цяньгу Дунфэн не был уверен, что сможет стерпеть это во второй раз.

Но если не прояснить позицию… Старейшина Ду – самый уважаемый старец Секты Истинного Тела, и его требование справедливо покарать предателя вполне обоснованно. Малейшая ошибка – и в отношениях с Сектой Истинного Тела появится трещина.

На мгновение в зале заседаний воцарилась тишина.

Цяньгу Чжантан внимательно наблюдал за этой сценой. Старейшина Ду, его наставник Хань Тяньи и предатель Ху Цзе были людьми одного поколения. Последними из «старой гвардии».

Старики все еще остро переживали уход Ху Цзе. В то время как среднее и молодое поколения, не заставшие тех событий лично и подавленные огромной разницей в силе с Сектой Тан, смирились и старались об этом не думать.

Даже Му Е был не в силах это изменить. И то, что он не стал жестко осаживать старейшину Ду, говорило о том, что в глубине души он тоже на что-то надеялся.

Поразмыслив, Цяньгу Чжантан решил, что он – лучший кандидат, чтобы взять слово. Он хоть и «заложник», но в то же время и ученик Секты Истинного Тела, так что его можно считать наполовину своим.

Слегка потянув деда за рукав, он снова заговорил:

— Я полностью согласен со словами старейшины Ду. Любой предатель должен быть навеки пригвожден к позорному столбу.

— Однако, чтобы очистить ряды секты, нет нужды ее покидать. Наше дело правое, мы выступаем за справедливость.

— В этом нас обязана поддержать даже Академия Шрек, которая так печется о мире. Даже Федерация должна будет аплодировать нашему решению.

— И когда народ узнает правду, он обрушится на Ху Цзе с критикой, восстанавливая справедливость.

Тон его был необычайно пафосным и праведным. Даже Цяньгу Дунфэн посмотрел на внука с некоторым сомнением. Морализаторство на морализаторстве… Неужели в их клане Цяньгу завелся святой?

Не только Цяньгу Дунфэн выглядел озадаченным – старейшина Ду и другие мастера Секты Истинного Тела тоже пребывали в замешательстве. В ходе переговоров они узнали, что этот мальчик – Цяньгу Чжантан, гарант сделки. Но видели они его впервые.

Такие возвышенные речи из уст столь юного создания по-настоящему шокировали присутствующих.

Пожалуйста, не забудьте поставить «Спасибо»! Ваша активность помогает делать работы лучше, ускоряет выход новых глав и поднимает настроение переводчику!

http://tl.rulate.ru/book/172436/13605649