Готовый перевод The Talent Hunter Who Became His Wards' Prey / Охотник за талантами, ставший добычей собственных подопечных: Глава 7: «Сто тысяч неустойки»

— Складывай вещи в багажник и садись, — Цзян Ян вышел из будки охранника и направился к месту, где была припаркована машина, увлекая за собой Ян Чаоюэ.

Старик-охранник только сейчас пришел в себя. Он выскочил следом, сжимая в руках эмалированную кружку, до краев наполненную кипятком.

Горячая вода плеснула ему на кожу, но старик даже не почувствовал боли. Его узловатые, похожие на сухие ветки пальцы мертвой хваткой вцепились в края кружки так, что костяшки побелели. — Ян Чаоюэ, ты это что же такое творишь?!

— Сматываю удочки, дедуля. Буду работать на нового босса, — Чаоюэ вприпрыжку подскочила к «Королле» и забросила пожитки в багажник.

Вспомнив взгляд, которым Цзян Ян только что на него посмотрел, старик все понял.

В его почтенном возрасте видеть подобное приходилось не впервые.

Старик издал пару коротких смешков:

— Эх, глаз замылился. Сразу и не разглядел, кто он такой. Жаль девчонку.

Сестра Янь тем временем вернулась в общежитие и снова принялась выдавливать прыщи, не отрываясь от маленького круглого зеркальца.

Сначала в комнате судачили о Ян Чаоюэ, но разговор быстро перетек на обсуждение свадьбы суперзвезд Хуана Сяомина и Ян Ин, которая отгремела в шоу-бизнесе два месяца назад.

О Чаоюэ больше никто не вспоминал.

Все понимали: пустая койка долго пустовать не будет – скоро на нее заселится новая заводчанка.

На заводах «Фоксконн» рабочее место прыгнувшего с крыши сотрудника занимают в тот же день.

Когда курьер покидает рабочий чат, список переписки тут же заваливает новыми заказами.

Такова жизнь – к этому привыкаешь.

Закончив с прыщами и почувствовав голод, сестра Янь позвала подругу перекусить. Когда они подходили к главным воротам завода, мимо проехала серебристая «Королла».

Стекла не были затонированы.

Свет фонаря над будкой охраны ярко выхватил из темноты Цзян Яна в строгом костюме и сияющую улыбкой Ян Чаоюэ.

Сестра Янь подошла ближе, провожая взглядом задние огни машины:

— Надо же, Чаоюэ даже такси вызвала.

— Какое там такси… Скорее всего, на содержание ее взял, — охранник выпустил изо рта струю табачного дыма.

Студентка возвращается в вуз на роскошном авто – на следующий день на доске объявлений висят слухи о спонсоре.

Простая работяга покупает на первую зарплату брендовую сумку – вся деревня клеймит её девицей легкого поведения.

Сестра Янь наслушалась такого вдоволь.

Она рассмеялась, покрепче сжав в кармане триста юаней, которые ей дала Ян Чаоюэ:

— И не стыдно вам в такие-то годы так шутить? Чаоюэ уехала домой, за отцом присматривать. Не мелите чепухи.

…

Едва выехав за пределы заводской территории, Цзян Ян услышал голос Ян Чаоюэ с заднего сиденья:

— Дядя Цзян, а можно притормозить вон там, у банкоматов?

Цзян Ян недовольно цыкнул.

Все-таки она его застарила.

Хотя Чаоюэ тут была ни при чем – когда он уговаривал её подписать контракт, сам же и старался казаться солиднее.

Теперь, когда подпись в кармане, продолжать спектакль не было смысла.

Было очевидно, что предложенная зарплата и жилье полностью устраивают девушку.

Вряд ли её сильно заботит масштаб компании или количество сотрудников, верно?

Чуть позже стоит раскрыть карты.

Если она согласится – продолжат сотрудничество: он обеспечит ей жилье, еду и жалованье, а сам будет через её Воспитание «стричь» очки характеристик для себя.

Если же нет – разойдутся как в море корабли. Он разорвет связь с Ян Чаоюэ в интерфейсе Системы и как можно скорее найдет другую цель для развития.

В это время Юй Шусинь только делает первые шаги в индустрии, играя эпизодическую роль Зеленой Змеи в дораме «Новый бродяга из пограничного городка».

А Чжан Цзинъи в одной из экспериментальных школ Чанши вовсю готовится к ЕГЭ и творческому экзамену.

Вариантов масса. Эти «маленькие цветы» еще не расцвели, и любая из них может стать целью для Системы.

Цзян Ян сбросил скорость и плавно припарковался у павильона с банкоматами:

— Приехали.

— Спасибо, дядя Цзян! Я на пять минут, не больше! — Чаоюэ толкнула дверцу и выскочила из машины.

Цзян Ян снова цыкнул и откинулся на спинку сиденья. Подставив лицо под теплый поток воздуха из кондиционера, он принялся изучать панель Системы.

Свет уличного фонаря падал так, что его лицо было разделено на светлую и темную половины.

Люминесцентные лампы в павильоне с банкоматами гудели в сумерках, а на стеклянной двери красовалась выцветшая наклейка «Круглосуточное видеонаблюдение».

Ян Чаоюэ толкнула дверь, и внутрь вместе с ней ворвался запах гари от уличных забегаловок, смешанный со специфическим кислым душком промзоны.

Она достала из кармана пять тысяч юаней и, тщательно выровняв пачку, засунула её в купюроприемник. Её костяшки пальцев в холодном свете экрана ATM казались совсем белыми.

Положив деньги на карту, она тут же перевела их отцу через мобильный банк.

Когда пришло уведомление об успешной операции, на тыльной стороне ладони девушки проступили вены от напряжения.

Она впервые переводила отцу такую огромную сумму.

Наконец-то она смогла ему помочь.

Хоть бы с этими деньгами папе на стройке не пришлось так убиваться.

Чаоюэ раз за разом поглаживала большим пальцем цифру «5000» на экране, словно через плату телефона могла коснуться поясницы отца, вечно обклеенной обезболивающими пластырями.

Когда она вернулась и села назад, Цзян Ян направил машину в сторону ЖК «Фули».

Ему не казалось – Чаоюэ действительно притихла.

Глядя в зеркало заднего вида, он видел, как она завороженно смотрит на мелькающие за окном ночные огни.

Она то и дело теребила край одежды, а её ресницы подрагивали при вспышках неона. О чем она думала – бог весть.

Новая работа, смена обстановки – к таким переменам всегда нужно время, чтобы привыкнуть.

— О чем задумалась? — Спросил Цзян Ян, когда они зашли в лифт с последней сумкой. Он нажал на кнопку закрытия дверей и взглянул на Ян Чаоюэ, подпиравшую стенку.

— Да нет… ни о чем. Просто всё это… как будто сон, — она поправила прядь черных волос и улыбнулась.

Цзян Ян посерьезнел:

— Завтра начнется твоё полноценное обучение, так что настройся за эту ночь.

— Слушаюсь, менеджер Цзян! Я вас не подведу! — Ян Чаоюэ глубоко вздохнула и решительно кивнула.

— Как ты меня назвала?

— Ой-ой, дядя Цзянь!

— Дядя кто?

— Цзян! Дядя Цзян, с четким «н»! Я буду следить за произношением! — Чаоюэ вытаращила глаза, как медные колокольчики, и заговорила с предельной серьезностью.

Цзян Ян вздохнул.

Он помог ей занести вещи в съемную квартиру и оставил её обустраиваться в комнате.

Сам он устроился на диване в гостиной, набрасывая план будущего обучения.

Через Воспитание правильного произношения у Чаоюэ он получит отдачу от Системы, и его собственный путунхуа станет чище.

Тот случай, когда он велел ей не хвастаться деньгами в общежитии, уже принес ему бонус к Актерскому мастерству – Цзян Ян на деле почувствовал мощь Системы.

Но этого мало.

Сегодня 11 ноября.

До творческих экзаменов в Бэйин, Чжунси и Шанхайскую академию осталось всего два месяца.

Цзян Ян открыл официальные сайты этих вузов, чтобы еще раз изучить правила приема.

С возрастом, зрением и внешностью проблем не будет – его лицо разве что самую малость уступало признанным красавцам экрана.

Подтянуть нужно было декламацию, танцы и само исполнение.

Как? Разумеется, за счет характеристик Ян Чаоюэ.

— Дядя Цзян, я почти закончила в комнате. Нужно еще что-нибудь сделать? — Чаоюэ замерла в дверях. Заметив, что Цзян Ян сосредоточенно изучает что-то в телефоне, она заговорила очень осторожно.

— Подмети и вымой полы. Швабра и веник в ванной. Пройдись по всем углам, а как закончишь – продолжай упражняться в путунхуа, — Цзян Ян отозвался, не поднимая головы от экрана.

— Хорошо!

Ян Чаоюэ направилась в ванную.

Проходя мимо него, она не смогла сдержать громкое «уррр», донесшееся из живота.

— Проголодалась? — Цзян Ян окликнул её.

— Немножко, — она виновато улыбнулась.

— Голодна – так и говори. Компания возместит расходы на питание.

— Я потерплю. Вот приберусь, поучусь – и тогда поем.

— Ну, ты как хочешь, а я больше не выдержу. Пойду перекушу где-нибудь.

Цзян Ян уже собрался вставать.

Чаоюэ выскочила из ванной, сжимая в руках веник:

— Вместе пойдем! Давайте вместе! Умирать с голоду в одиночку – это слишком больно.

— Только после уборки, — Цзян Ян сел обратно и подчеркнул:

— В каждом углу, в каждой комнате.

— В главной спальне тоже? — Она указала на закрытую дверь.

— Тоже. Там не заперто, просто нажми на ручку.

— Поняла.

Сначала она прибралась в гостиной, потом на кухне, следом в своей комнате и, наконец, добралась до хозяйской спальни.

Ян Чаоюэ осторожно повернула ручку. Ей было до смерти любопытно взглянуть, как живет её будущая коллега по девичьей группе.

Она открыла дверь и щелкнула выключателем. Яркий свет лампы залил комнату.

Тут было очень чисто и никакого беспорядка.

На кровати из сосны лежал мягкий матрас. Постельное белье было вовсе не девичьего розового цвета, а темно-синее, с плотным тяжелым одеялом.

У подушки лежала книга – «Работа актера над собой».

На тумбочке – зарядка для телефона.

Мебель была такой же, как в её комнате, разве что места побольше и стоял письменный стол.

В шкаф или тумбочку Чаоюэ, конечно, не полезла – это было бы верхом невоспитанности.

Косметики нигде не было видно, зато на столе лежала электробритва.

«Наверное, участницы группы ею ноги бреют», – подумала она.

А гантели на подоконнике? Это еще зачем?

Она подметала пол, и чувство неправильности не покидало её. Комната совершенно не походила на женскую.

Тут её взгляд упал на удостоверение личности, валявшееся под кроватью.

Карточка лежала гербом вверх.

«Ну, посмотрим, как выглядит моя напарница».

Чаоюэ смахнула пыль с пластика рукавом и перевернула его.

На фотографии красовалось лицо с прямой переносицей, глубоким взглядом и четко очерченными губами.

Даже с короткой стрижкой и в простой футболке человек на фото выглядел невероятно эффектно.

И лицо это казалось до странности знакомым.

— Закончила в моей комнате? — Раздался в дверях голос Цзян Яна.

Ян Чаоюэ подняла голову и встретилась взглядом с тем самым лицом с фотографии.

Разница была лишь в том, что сейчас Цзян Ян был гладко зачесан назад и одет в солидный костюм.

— Это ваше удостоверение? — Выдохнула она в изумлении.

— А, так вот где оно. Несколько дней искал, уже думал за перевыпуск платить. Спасибо, — Цзян Ян забрал документ и убрал в бумажник. — Просто подмети, мыть не надо. Пошли ужинать.

— Ваша… комната? — До неё наконец дошло, и кровь зашумела в ушах.

Прежде чем он успел что-то сказать, она вспомнила дату рождения на карточке:

— Вам правда всего восемнадцать?

— Следи за произношением, — Цзян Ян едва повел бровью.

— Тебе… Тебе правда восемнадцать?

— Ты же видела документ. Удостоверение врать не будет.

Выходит, в машине он не молодился, а говорил чистую правду.

Значит, называть его «дядей» и впрямь было как-то неловко.

Пальцы ног Чаоюэ сжались внутри кед. Ладони вспотели так, что на ручке веника остался влажный след. Тело среагировало быстрее разума – её охватил страх.

Даже если забыть о возрасте, до неё внезапно дошло самое главное.

В этой спальне живет не какая-то «коллега», а Цзян Ян – человек, который сегодня провел собеседование и подписал с ней контракт!

Ей придется жить в одной квартире с парнем?! Нет, это слишком… к такому она не была готова.

— Жалеешь, что подписала? Подумай хорошенько.

Контракт был составлен в трех экземплярах. Цзян Ян достал один из портфеля, протянул его девушке и кивнул на входную дверь:

— Можем расторгнуть. Уйти или остаться – решать тебе.

Расторгнуть?!

Пальцы Чаоюэ впились в ткань кофты, костяшки побелели от напряжения.

Холодный свет потолочной лампы безжалостно бил в глаза. Она проводила взглядом Цзян Яна, который развернулся и пошел в гостиную.

Еще сегодня утром он был для неё абсолютно чужим человеком, а теперь они будут жить под одной крышей?

Нельзя.

Даже пять тысяч юаней в месяц этого не стоят.

Ей вдруг стало ясно, почему её, такую неумеху, вообще взяли на эту работу.

Это же чистое «содержание»!

Неужели Цзян Ян положил на неё глаз?

Пусть они ровесники, пусть он красавец – Чаоюэ не могла этого принять.

Она начала листать контракт, бумага сухо зашуршала. Когда взгляд наткнулся на пункт о расторжении, она мертвой хваткой вцепилась в край листа.

Цепочка нулей, словно колючая проволока, вонзилась ей в зрачки:

— Де… де… — Голос Ян Чаоюэ осип, словно по горлу прошлись наждаком.

Сто тысяч!!

Да если она себя целиком продаст, столько не выручит!

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

http://tl.rulate.ru/book/172100/12989733