Готовый перевод From the village to a TV show: I won't miss this opportunity / Из деревни на телешоу: я не упущу свой шанс: Глава 42. При чём тут я？

— Где? — старина Лян подошёл, оттолкнул Чанхэ и уткнулся носом в монитор.

— Чёрт!

— Эй, вы двое, не могли бы вы быть потише? Здесь люди работают, — нахмурилась женщина-редактор с другого конца комнаты, бросив на них свирепый взгляд.

В одно мгновение Чанхэ будто постарел на несколько лет. Он потянулся за сигаретой, но, вспомнив, что находится в офисе, опустил руку.

Какая жалость! Если бы Фан Цзин не забросил книгу, его ежемесячная зарплата увеличилась бы как минимум на четыре-пять тысяч, годовая премия составила бы около двадцати тысяч, а за победу в номинации «Новичок года» он получил бы ещё пятьдесят тысяч.

Но теперь этот парень вот-вот станет звездой. Одна рекламная интеграция принесёт ему сотни тысяч. Зачем ему писать романы? Девять из десяти, что он забросил книгу.

— Не унывай! Я слышал, на таких телешоу участникам запрещено покидать съёмочную площадку, а все телефоны и средства связи у них отбирают. Может, он просто не может публиковать новые главы из-за этого?

Старина Лян знал, что Чанхэ в этом году женился и на нём висит ипотека в двести с лишним тысяч. Он надеялся на «Чжу Сянь» как на спасение.

Теперь, когда всё рухнуло, ему, должно быть, нелегко, поэтому старина Лян решил его подбодрить.

— Точно! — глаза Чанхэ загорелись. — Это вполне возможно. Может… мне съездить на телеканал Шанхая и поторопить его?

Старина Лян потерял дар речи.

— Брат, ты это серьёзно? Может, просто подождёшь, пока он включит телефон, и позвонишь?

— А почему бы и нет? Это на тебе не висит ипотека в сотни тысяч, а мне каждый месяц нужно платить шесть тысяч с лишним. Может, ты за меня заплатишь?

— Ладно, ладно! Ты босс, тебе решать. Но ведь не обязательно ехать прямо сейчас? Уже почти обед, может, попозже?

— Хорошо! — Чанхэ снова сел и небрежно бросил: — Тогда после обеда ты меня отвезёшь.

— Брат! Ты не можешь взять такси? Там всего-то пятнадцать минут езды!

— Я все деньги жене отдал, у меня с собой всего тридцать с лишним юаней. Нужно экономить.

Старина Лян был готов расплакаться.

— Но я тоже не богат! У тебя совесть есть, так меня эксплуатировать?

Чанхэ холодно хмыкнул и, прищурившись, посмотрел на него.

— Когда ты только пришёл, кто тебя всему учил? Когда ты ошибался и тебя ругали, кто за тебя заступался? В начале прошлого года, у кого были проблемы с деньгами, и кто каждый день приходил ко мне домой ужинать? А в прошлом месяце…

— Хорошо, хорошо! Я отвезу тебя, отвезу, ладно?

Старина Лян не выдержал. Что поделаешь, он был ему обязан. Когда он только начинал, именно Чанхэ его всему учил, он был ему почти как наставник.

— Эх! За всё в этой жизни приходится платить.

• • •

После окончания рабочего дня старина Лян спустился на парковку, завёл свой «BYD» и подъехал к главному входу, где его уже ждал Чанхэ. Пока тот пристёгивал ремень безопасности, он быстро сфотографировал их вместе на телефон и отправил в групповой чат.

«Босс Чанхэ в ярости, он уже едет с ножом к автору-прогульщику. Должники, скорее возвращайте долги!»

**Бай Хэ:** «Круто, 666, кого это Чанхэ решил осчастливить своим визитом?»

**Лу Шэн:** «А кто ещё? В последнее время только у “Чжу Сянь” нет обновлений. Помянем его тремя минутами молчания».

**Саньшу:** «Всё, молчу. Кажется, я слышу стук в дверь, пойду открою».

**Злая Птичка:** «От страха перечитал план своего “Зятя”, открыл Word и накатал две тысячи слов».

Чанхэ посмотрел на глупо улыбающегося старину Ляна и сказал:

— На что уставился? Чему так радуешься?

— Кхм-кхм! Н-ничему! Пристегнись, старый водила выезжает.

• • •

— Фан Цзин, к тебе родственник.

— Родственник?

Фан Цзин, который от нечего делать бренчал на гитаре, тут же спрыгнул с кровати.

— Откуда у меня родственники?

Охранник покачал головой.

— Так сказали на ресепшене. Больше я ничего не знаю, лучше сходи посмотри.

— Неужели учительница Сюй? Она не говорила, что приедет, — обувшись, Фан Цзин выбежал на улицу.

В холле первого этажа телецентра Шанхая с чашкой воды в руках и мрачным лицом сидел Чанхэ. Старина Лян незаметно сфотографировал его и отправил в чат.

«Парни, мы на месте! Ждём, когда босс подаст сигнал, разбив чашку».

«Чёрт, он и вправду поехал! Вот это мужик, у меня от страха даже руки вспотели, пока я писал».

«Приехать за ним сюда… вы, ребята, реально можете».

Выйдя, Фан Цзин не увидел Сюй Ли. В холле не было никого из его знакомых.

— Неужели ушли?

Подойдя к стойке регистрации, Фан Цзин спросил у сотрудницы:

— Здравствуйте, я Фан Цзин. Меня кто-то искал?

Не успела сотрудница ответить, как с дивана подбежал Чанхэ.

— Я, я! Я тебя искал!

За это время Фан Цзин заметно посветлел и сильно отличался от того парня из «Метаморфоз». Чанхэ не сразу его узнал, хорошо, что Цзылян подсказал.

— Вы…

Фан Цзин застыл. Откуда у него в семье такой родственник? Почему он его не знает?

— Я Чанхэ!

— Псих, что ли? Я тогда Закат!

— Ха-ха-ха! — старина Лян рядом не выдержал и рассмеялся. Он не ожидал, что их встреча начнётся с такой фразы.

— Я редактор Чанхэ!

— Да мне плевать… Босс Чанхэ? — Фан Цзин пришёл в себя и наконец понял, кто это. Его редактор, Чанхэ. Они много раз общались в QQ.

Но как он его нашёл? Ах да, штаб-квартира сайта, кажется, тоже в Шанхае.

Хотя в документах было указано имя Фан Цзин, чтобы убедиться, что никто не использовал чужой ID, ему нужно было лично это проверить.

— Это я! Босс Чанхэ, как у вас нашлось время приехать ко мне? Если что, можно было просто написать в QQ. Так неудобно, что вы приехали издалека.

У Чанхэ на лбу вздулись вены. Чёрт возьми, если бы твои уведомления работали, мне бы пришлось сюда тащиться?

Сделав глубокий вдох и немного успокоившись, Чанхэ выдавил тёплую улыбку.

— Я отправлял тебе сообщения, но ты не отвечал. Звонил — телефон выключен. А поскольку я был недалеко, решил зайти лично.

Фан Цзин усмехнулся.

— Тогда можно было просто сказать на ресепшене, что вы ищете меня. Зачем было притворяться моим родственником?

— Кхм-кхм! Это недоразумение. Я так и собирался сделать, но это всё старина Лян со своими дурацкими идеями.

«При чём тут я? Это же была твоя идея».

— Босс Лян, здравствуйте! Очень приятно познакомиться!

Фан Цзин пожал руку старине Ляну. Хотя он и не писал в жанре мистики, но о нём слышал.

— Не стойте, прошу сюда.

Фан Цзин понимал, что они пришли не просто так, уж точно не за автографом. Он ещё не был настолько знаменит.

Придя в зону приёма, Чанхэ не стал ходить вокруг да около, а сразу перешёл к делу.

— Фан Цзин, как у тебя дела в последнее время? Наверное, тяжело совмещать писательство и участие в конкурсе?

Что поделать, кто платит, тот и заказывает. Ипотека Чанхэ в этом месяце зависела от Фан Цзина, так что приходилось быть вежливым.

— Всё в порядке, книгу я не забросил, — сердце Чанхэ наконец успокоилось. — А сколько у тебя черновиков? Хватит на первое время?

— У меня в запасе несколько десятков глав, думаю, на какое-то время хватит.

— Несколько десятков глав? На какое-то время? — Чанхэ почувствовал, что ему нужно напомнить этому парню о ежемесячных платежах, тьфу, об обновлениях. — Кхм-кхм! Твои черновики уже закончились, ты разве не заметил?

— Не может быть.

— Ты выкладываешь по четыре-пять глав в день. На сколько дней хватит нескольких десятков глав? Точнее говоря, ты уже три дня ничего не выкладывал.

— Правда? — Фан Цзин почесал голову. В последнее время он был так занят, что совсем потерял счёт времени. Подумав, он понял, что так и есть. — Ну что ж… очень жаль, но в ближайшее время я не могу выходить. Как только смогу, всё наверстаю.

— Так не пойдёт! — запротестовал Чанхэ. Сайт подождёт, а вот ипотека — нет. — Кхм-кхм! «Чжу Сянь» сейчас на пике популярности, я бы посоветовал не прерывать публикацию. Нынешние читатели — как султаны, у каждого свой гарем из книг. Если ты не будешь выкладывать главы, они просто уйдут к другим, и вряд ли вернутся.

Фан Цзин едва сдержал улыбку. Неужели Чанхэ приехал специально, чтобы поторопить его с обновлениями?

— Но я в ближайшее время не могу отлучиться, через два дня у меня выступление.

Сердце Чанхэ снова замерло. Пока закончится конкурс, он уже успеет умереть с голоду. Он посмотрел на Фан Цзина и серьёзно сказал:

— Брат, я же к тебе всегда хорошо относился, верно? Давал лучшие рекомендации. Сделай одолжение, выкладывай хоть понемногу. Если совсем никак, то хотя бы по одной главе в день.

— Хорошо! — подумав, кивнул Фан Цзин. Вместо того чтобы бездельничать и играть в пинг-понг, лучше написать пару глав.

Его книга вышла в конце месяца, и это была плата всего за десять с лишним дней. Чем больше будет написано, тем выше будет доход. Роман объёмом более миллиона слов определённо принесёт немалые деньги.

— Попробую отпроситься на полдня, постараюсь написать как можно больше глав впрок.

Слова и мелодию он уже выучил наизусть, так что дальнейшие репетиции вряд ли что-то изменят. Отпроситься на полдня не должно быть проблемой.

Получив ответ, Чанхэ наконец успокоился. Чёрт побери, как же нелегко быть редактором в наше время.

Не успел он подумать об этом, как, вернувшись в общежитие, столкнулся с Хэ Каншэном. Он как раз собирался пойти к нему, чтобы отпроситься, так что теперь бежать никуда не пришлось.

— Фан Цзин, кто это был? На ресепшене сказали, твой родственник.

— Не родственник, из издательства «Юэдянь». Я недавно начал писать роман на их сайте, а в последние два дня не было обновлений, вот редактор и приехал проведать.

Фан Цзин не стал ничего скрывать и сказал как есть. В этом не было ничего предосудительного.

— Кстати, продюсер Хэ, я хотел бы отпроситься на полдня.

Хэ Каншэн нахмурился.

— Писать роман? Не в обиду, но какой сейчас может быть роман? Главное — хорошо подготовиться к конкурсу. Когда войдёшь в десятку лучших и станешь победителем, один рекламный контракт принесёт тебе больше, чем писательство за всю жизнь.

— Одно другому не мешает. Это разные вещи. Я пишу не только ради денег, это ещё и моё хобби.

Фан Цзин врал не моргнув глазом. Кто бы стал писать романы, если бы не деньги? Бессонные ночи, боль в спине и пояснице.

Карьера звезды, конечно, сулила золотые горы, и деньги приходили быстро, но кто мог гарантировать, как долго продлится слава?

К тому же, финал был ещё далеко, и до последнего момента никто не знал, кто победит. Лучше иметь запасной план.

Если однажды в шоу-бизнесе не сложится, всегда можно будет вернуться к писательству.

К тому же, «Чжу Сянь» сейчас был довольно популярен и приносил несколько десятков тысяч в месяц. Фан Цзин, будучи человеком экономным, конечно, не хотел от этого отказываться.

— Хорошо, иди. Возвращайся к ужину, — подумав, Хэ Каншэн всё же кивнул. В конце концов, это было всего лишь телешоу, и строгих ограничений у них не было. — Кстати, хорошенько подумай над предложением Ян Нин, — внезапно добавил он. — Она хороший агент, под её крылом ты не пропадёшь.

— Спасибо, я обязательно подумаю, — Фан Цзин странно посмотрел на Хэ Каншэна, но, каковы бы ни были его мотивы, всё же поблагодарил.

Пару дней назад он навёл справки о Ян Нин. Оказалось, что Чэнь Хайбо, которого она когда-то вывела в люди, действительно был очень популярен.

Но, похоже, он перешёл дорогу какому-то влиятельному человеку в шоу-бизнесе, и в итоге его подставили и посадили на полгода. Скорее всего, его карьера на этом закончилась.

• • •

Надев куртку и взяв удостоверение, Фан Цзин направился в ближайшее интернет-кафе. Выбрав место в углу, он включил компьютер и быстро принялся за работу.

За последнее время он так набил руку на писательстве, что его скорость печати значительно возросла, почти достигнув уровня его прошлой жизни.

Теперь ему даже не нужно было смотреть на клавиатуру, он печатал вслепую. Слышалось лишь быстрое постукивание клавиш, а на экране появлялись строки текста.

— А-ах!

В семь вечера Фан Цзин потянулся, зевнул и, размяв затёкшие руки, выключил компьютер и ушёл.

• • •

— Добрый вечер, дорогие телезрители! Добро пожаловать на шоу «Голос Хуася», спонсором которого является «Nongfu Spring».

После нескольких раундов ожесточённой борьбы мы отобрали семьдесят самых красивых голосов со всей страны.

Как золото просеивается сквозь песок, остались только настоящие таланты. В этой битве, где из семидесяти останется тридцать пять, кто уйдёт, а кто останется? Давайте узнаем.

После представления ведущего на сцену вышли трое наставников. Не теряя времени, они вместе исполнили одну песню и заняли свои места.

Порядок выступлений определялся жеребьёвкой. Фан Цзин был седьмым. Шэнь Хао не повезло — он вытянул первый номер, и его руки до сих пор дрожали.

Чжао Лэй и Юй Мэн выступали позже и выглядели расслабленными. Раз уж они решили уйти, то результат уже не имел для них такого значения, как в начале.

— Перестань пить, а то во время выступления в туалет захочешь, — видя, как Шэнь Хао залпом выпил две бутылки воды, Фан Цзин по-дружески его предостерёг.

— Уф! Немного нервничаю. Говорят, вода помогает отвлечься. Ик!

Фан Цзин усмехнулся.

— Кто тебе такое сказал? Ты уже икаешь, как ты собираешься петь?

— Ик! Тогда… ик! Что делать? — Шэнь Хао был обеспокоен. Если он проиграет из-за нервов, то десять тысяч за песню будут потрачены впустую.

— Научу тебя одному способу. Потри уши или ущипни себя за шею сзади. Это стимулирует нервные окончания и отлично отвлекает. Если и это не поможет, просто закрой глаза, когда будешь петь. Не смотри на наставников и зрителей.

— Хм! Хороший способ! — Шэнь Хао зашипел, потирая покрасневшую шею.

— Давайте поаплодируем первому участнику, Шэнь Хао, и его песне «Мы разные»!

Услышав своё имя, Шэнь Хао сделал несколько глубоких вдохов и вышел на сцену сбоку. Настроив микрофон, он поклонился звукорежиссёру.

Свет померк, и раздались тихие звуки гитары. Когда зрители уже решили, что это будет лирическая песня, мелодия внезапно изменилась, гитара зазвучала громче, разжигая страсть.

Столько лет мы дружим,

Кто знает тебя лучше меня?

Столько трудностей мы прошли,

Кто знает тебя лучше меня?

Столько трудностей мы прошли,

Сгладив время и характер…

Голос Шэнь Хао был хриплым, диким и необузданным, что придавало песне особый шарм, но в нём не было той безысходности и отчаянной решимости, которая была в оригинальном исполнении, запомнившемся Фан Цзину.

Музыка требует эмоций, а эмоции рождаются из жизни. Шэнь Хао не пережил скитаний, не ел лапшу быстрого приготовления, заваренную водой из-под крана, поэтому неудивительно, что он не мог передать те же чувства.

Поэтому, чтобы лучше вжиться в роль и петь от души, Фан Цзин всегда выбирал песни, которые соответствовали его жизненному опыту.

В конце концов, в семнадцать-восемнадцать лет петь «Песню простого человека» было бы неуместно. Любой, у кого есть уши, понял бы, что такие эмоции не свойственны молодому человеку.

«Мы разные»,

«У каждого своя судьба»,

«Мы здесь»,

«Ждём тебя здесь»,

«Мы разные»,

«Хоть и переживаем разное»,

«Мы все надеемся»,

«Встретиться в следующей жизни»…

Глядя на ноты, Хань Хун мысленно кивнула. Парень на сцене пел неплохо. Хотя текст был немного простоват, но, надо признать, народу такое нравилось.

Но почему он всё время поёт с закрытыми глазами? Даже если он так погружается в песню, это уже перебор.

К счастью, освещение на сцене было приглушённым, и мало кто заметил, что Шэнь Хао поёт с закрытыми глазами. Правда, в середине выступления он всё же споткнулся о провод, но, к счастью, не упал.

— «Мы все надеемся»,

— «Встретиться в следующей жизни».

С последним звуком Шэнь Хао закончил выступление. Свет на сцене вернулся к норме. Он не знал, как прошло его выступление, но чувствовал, что выложился на полную.

Закончив петь, он с тревогой в сердце и влажными от пота ладонями, сжимавшими микрофон, с надеждой посмотрел на Хань Хун, Хуан Сяомина и Ли Вэнь.

Сняв очки, Хань Хун потёрла переносицу. Обычно команда шоу не давала им заранее знать, какие песни будут исполнять участники. Они узнавали это только во время выступления.

Только что она заметила, что автором слов и музыки к этой песне был Фан Цзин. И не только к этой. У следующей участницы, девушки по имени Юй Мэн, в строке «автор слов и музыки» тоже стояло его имя.

Надо признать, у этого парня было большое сердце. Она ещё не видела, чтобы на конкурсе кто-то писал песни для своих соперников. И что самое удивительное, соперники их пели. Один осмелился написать, другой — спеть. Такое она видела впервые.

http://tl.rulate.ru/book/172030/13170758