Готовый перевод Warhammer: I am the Void Eater / Warhammer: Я — Пожиратель Пустоты: Глава 42 Суд над кастой и гамбит Экстерминатуса

Видз остался в тени величественной башни, не спеша следовать за безумным рывком Ангрона. Он лениво вертел в пальцах серебряный столовый нож, выуженный из груды трофеев, и наблюдал, как алый силуэт подобно молнии проламывает кристальный купол цитадели – символ власти и роскоши. — Какая ирония, — пробормотал Чужак. В грандиозном мифе под названием Империум Человечества все твердили об Истине, Единстве и Славе. Император на Золотом Троне обещал вести человечество к свету, ради чего раздул пламя Великого Крестового Похода, бросив в топку миллиарды жизней. Но для Пожирателя всё это было лишь перераспределением власти.

Императору нужен был порядок, а он всегда зиждется на абсолютном подчинении. Для Повелителя Терры аристократы Геенны и Верховные Лорды мало чем отличались: если они преклоняют колена, платят Десятину и отдают ресурсы военной машине Империума, им дозволено оставаться тиранами. В этом заключалась суть политики – ледяной, эффективной и лишенной морали. Но Ангрон не признавал политику. В глазах Повелителя Красных Песков мир делился лишь на угнетателей и угнетенных. Он ненавидел не конкретного лорда, а сам класс «господ», относящихся к людям как к расходному материалу. Трагедия заключалась в том, что сам Ангрон теперь носил доспехи, дарованные Императором, и сражался за величайшего рабовладельца галактики. Это был замкнутый круг, ведущий к неизбежной гибели.

— Тебе нужно излить эту желчь, — Видз посмотрел вверх, где на вершине башни расцветали вспышки взрывов и вниз градом сыпались тела. — Если не дать тебе выпустить пар, Гвозди рано или поздно выжгут твой разум дотла.

Внутри банкетного зала наверху воцарился хаос. Бывшее святилище власти теперь превратилось в скотобойню. — Остановите его! Я спикер совета! У меня есть деньги! Я дам вам всё! — аристократический лидер, еще недавно вещавший о прогрессе, жалко копошился под столом. Его силовой доспех был вскрыт коротким ударом, обнажая холеную, лишенную шрамов кожу. Перед ним грудами лежали остатки элитных телохранителей, за которых было уплачено целое состояние. Ангрон приближался медленно. Он не бежал и не кричал; каждый его шаг оставлял на изысканном ковре кровавый след.

— Деньги? — Примарх замер, зачерпнув горсть золотых монет со стола. — В этом ваша сила? — Дворянин вскинул голову, в его глазах плескалась отчаянная жажда жизни:

— Да! У меня их миллионы! Если сохранишь мне жизнь, я… — Тогда ешь их. Могучая рука в керамите впилась в челюсть правителя, насильно заталкивая металл в его глотку. Тот отчаянно забился, захлебываясь золотом. — Раз ты так любишь монеты, забери их с собой в ад. Хруст раздробленных костей заглушил крик: Палач просто раздавил голову дворянина, и золотые кругляши вперемешку с костным мозгом высыпались сквозь его пальцы.

— Куда же вы? — Ангрон обернулся к оставшимся выжившим, чей пафос сменился животным ужасом. — Разве вы не любите гладиаторские бои? Разве не наслаждаетесь видом чужих мук? Теперь ваш черед выйти на арену. Брошенный «Кровавый Отец» в стремительном вращении отсек ноги двум беглецам. Примарх шел за ними без тени жалости, методично сокрушая их жизни. Это была не битва, а казнь системы, превращающей людей в инструменты.

Десять минут спустя в зале не осталось живых. Ангрон стоял у края террасы, подставив лицо холодному ветру высоты. Он не чувствовал облегчения. Пустота в его душе, раздуваемая Гвоздями Мясника, требовала большего. Сверху он видел город, где в казармах всё еще штамповали «модифицированных солдат», и где рабство въелось в кости каждого обывателя. Это место прогнило до основания. — Здесь нет спасения, — хрипло выдохнул он и активировал вокс-связь. — Кхарн. — Я слушаю, отец, — отозвался капитан.

— Выводи флот на позицию для бомбардировки. Заряжайте циклонные торпеды. — Отец? — В голосе Кхарна послышалось сомнение. — Бой окончен. Согласно Кодексу, мы должны занять планету, а не… — Я сказал – ЗАРЯЖАЙ! — Взревел Ангрон. — Здесь нет невинных! Каждый дюйм этой земли пропитан ядом рабства! Если не вырезать эту опухоль сейчас, она заразит весь Империум! Выполнять! Это Экстерминатус! Я превращу этот мир в стекло!

После секундной паузы пришел ответ, полный тяжкой покорности:

— Повинуюсь. Торпеды на пусковых позициях. Отсчет – тридцать секунд. Примарх закрыл глаза, ожидая очистительного пламени. Но в последнюю секунду за его спиной раздались тихие шаги. Для чувств постчеловека этот звук был подобен раскату грома. Ангрон не обернулся, он знал, кто пришел – такой же изгой, как и он сам. Монстр, алчущий плоти. Видз.

— Что? — Губы Примарха разошлись в кровавой ухмылке. — Пришел полюбоваться фейерверком? Или же… — Он резко развернулся, вперив яростный взор в Собеседника. Тот сохранял привычный расслабленный вид, продолжая вычищать кровь из-под когтей серебряным ножиком. Но Ангрон почувствовал: аура Тени начала разворачиваться, давя на реальность тяжестью бездонной пропасти.

— Хочешь остановить меня? — Палач сжал топор, источая убийственное намерение. — Тоже считаешь этих насекомых достойными спасения? Стал таким же лицемерным, как тот золотой старик? — Видз поднял взгляд своих фиолетовых глаз. В них не было морализаторства – лишь чистая, расчетливая жажда. — Спасение? — Гурман иронично усмехнулся и указал пальцем в алеющее небо.

— Не пойми превратно, Большой Красный. Мне плевать на их жизни. Но целая планета… столько доступной биомассы, столько «деликатесов», которые я еще не пробовал… Если всё это превратится в пепел за миг… — Хищник сделал шаг вперед, глядя в глаза Примарху:

— Разве это не будет… слишком расточительным переводом продуктов?

http://tl.rulate.ru/book/171433/13004361