Готовый перевод Engagement Canceled: I Can Extract Prefixes / Помолвку отменили, ну и что?! У меня есть система!: Глава 92

Глава 92: «Методы алхимии.»

В землях Великой Вэй верность и сыновнее благочестие считаются незыблемым фундаментом жизни.

Для придворных чиновников преданность государю стоит превыше всего. Однако среди простого люда именно сыновнее почтение – «сяо» – является тем качеством, по которому общество судит о человеке строже всего.

В конце концов, служение императору – дело далекое, многих оно и вовсе не касается; вполне естественно прожить всю жизнь, так и не увидев лика Сына Неба. Но в каждой семье есть старшие, а кланам нужно продолжать свой род, поэтому почтение к предкам всегда во главе угла.

Конечно, в Великой Вэй понятие «сяо» не ограничивается лишь уважением к старшим; оно включает в себя и милосердие к младшим – это тоже часть сыновнего долга.

Именно поэтому старая госпожа семьи Шэнь на людях старалась сдерживаться в речах. Она никогда не высказывалась слишком прямолинейно, по крайней мере, перед посторонними, сохраняя образ заботливой бабушки, пекущейся о своих потомках.

Старая госпожа уже много лет не покидала город Юньань, проводя время в покое и неге поместья Шэнь. Ее жизнь текла размеренно, без серьезных потрясений, но это не значило, что она утратила свою хватку. Эта женщина была крайне искушена в интригах.

Она не верила, что если явится лично, то не сможет заставить Шэнь Ханя вернуться.

Взойдя в роскошный экипаж семьи Шэнь, старая госпожа взяла с собой двух служанок. Кроме того, она распорядилась, чтобы группа мастеров отправилась в город Аньян заранее. Им надлежало подготовить почву и поднять шум, чтобы к ее прибытию всё было готово для небольшого спектакля.

Она собиралась разыграть карту тоски по внуку – мол, старая госпожа так истосковалась, что занемогла от печали. Если и после этого Шэнь Хань откажется следовать за ней в поместье Шэнь, на него можно будет смело навесить ярлык непокорного, неблагодарного потомка.

Карета ехала не спеша. Старая госпожа давно привыкла к комфорту, и малейшая тряска на дороге вызывала у нее недомогание.

Тем временем в городе Аньян, в поместье Юнь, Шэнь Хань той же ночью сумел разобраться в двух рецептах, которые передал ему дядя.

Поверх листков виднелись серые мелкие буквы атрибута: «Сбивчивое руководство с путаными объяснениями».

То, что дядя принял за рецепты пилюль, на деле оказалось двумя свитками с описанием техник алхимии. Ошибка дяди из семьи Юнь была понятна: в текстах приводились конкретные примеры создания лекарств. На самом же деле эти примеры служили лишь для проверки того, как применяются описанные методы на практике.

Стоило извлечь негативный атрибут, как руководство стало гораздо понятнее. Шэнь Хань мало что смыслил в алхимии, но даже он видел уникальность этих техник. Впрочем, он не собирался тратить на это время.

Пусть алхимией занимаются люди из семьи Юнь. В конце концов, если ему понадобятся пилюли, он всегда может попросить их у дяди.

Последние несколько дней Шэнь Хань проводил в тишине своей комнаты. Ежедневно он погружал сознание в мир «Тайного Метода Горы Гэнь». Благодаря состоянию духа, которое он постиг на Великом Собрании Тысячи Осеней, его тренировки стали невероятно сосредоточенными.

Каждый раз, когда он практиковался в том мире несколько дней, в реальности проходило не более десяти страж. Благодаря такому прогрессу его внутренние силы наконец пришили в движение.

Его мощь начала расти; казалось, он вот-вот перейдет со стадии Первого Снега шестого ранга на стадию Полушага шестого ранга.

Во время одной из таких медитаций со двора внезапно донесся стук в дверь.

В последние дни домашние слуги семьи Юнь, приносившие еду, вели себя крайне деликатно. Они просто оставляли короб с провизией у порога и тихо уходили, не беспокоя его стуком.

Раз кто-то стучал, значит, случилось что-то важное.

Помедлив мгновение, Шэнь Хань встал и открыл дверь, так как стук не прекращался.

На пороге стояли дядя и госпожа Юнь. По их встревоженным лицам было ясно: они пришли обсудить нечто неотложное.

Шэнь Хань пригласил их войти. Не успели они переступить порог, как госпожа Юнь заговорила, не в силах сдерживаться:

— Сяо Хань, старая госпожа уже села в карету и держит путь в город Аньян. Семья Шэнь, как ни крути, твой родной клан, а старая госпожа – твоя бабушка. Если она твердо вознамерится забрать тебя в поместье Шэнь, что мы сможем возразить? Если не найти веских причин, мы просто не сумеем ей отказать.

Лицо госпожи Юнь выражало крайнюю озабоченность. Прожив в поместье Шэнь столько лет, она слишком хорошо знала методы старухи. Та могла, например, сослаться на преклонный возраст и близость смерти, заявив, что желает видеть внуков подле себя каждый день. Если она выдвинет такой повод, как семья Юнь сможет удержать Шэнь Ханя?

Шэнь Хань называет главу семьи Юнь дедушкой, но тот – всего лишь отец его матери, да и кровного родства там, по правде говоря, не хватало.

Договорив, госпожа Юнь, не дожидаясь ответа, выложила свой план:

— Сяо Хань, может тебе стоит на время спрятаться? У семьи Юнь есть аптекарские сады в глухих горах. Скройся там, семья Шэнь тебя ни за что не найдет. Переждешь до пятнадцатого числа двенадцатого месяца, а потом вернешься.

Это было единственное решение, которое она смогла придумать. Однако Шэнь Хань, выслушав ее, ничуть не запаниковал.

Он давно предвидел подобное развитие событий. Просто раньше он полагал, что семья Шэнь хоть немного дорожит своей репутацией.

Ведь Шэнь Линшэн ясно сказал: если на Великом Собрании Тысячи Осеней он победит Су Цзиньюй и докажет свое превосходство, то цену за расторжение помолвки платить не придется. Судя по всему, обещания людей Шэнь не стоили и выеденного яйца.

— Не беспокойтесь, третья госпожа, — спокойно ответил он. — Если старая госпожа Шэнь приедет, у меня найдется способ ей ответить. Она хочет использовать «сыновнее почтение», чтобы придавить меня. Что ж, тогда мы ответим ей тем же – ударим «милосердием и любовью».

С этими словами он не стал больше задерживаться на этой теме. Пройдя вглубь комнаты, Шэнь Хань достал те самые два листка с техниками алхимии, исписанные мелким почерком.

— Дядя, взгляните, — он протянул их мужчине. — Это те два рецепта, над которыми я размышлял в последнее время. Пристально изучив их, я понял, что на бумаге вовсе не рецепты пилюль, а объяснение определенного метода алхимии.

Шэнь Хань притворился, будто сам не до конца всё понимает, и передал листки. Дядя, увидев, что племянник снова что-то постиг, невольно просиял от предвкушения.

Но едва он пробежал глазами по тексту, как сорвался с места и, словно безумный, бросился прочь из двора.

Шэнь Хань и госпожа Юнь в недоумении переглянулись и поспешили следом. Дядя не сошел с ума – он просто был вне себя от возбуждения. Буквально летя над землей, он ворвался во двор главы семьи Юнь.

— Отец! Отец! — Кричал он так громко, что глава семьи невольно нахмурился от шума.

Но стоило старику взять в руки листки, как и его спокойствие улетучилось.

— Неужели это… — пробормотал он.

— Да! Определенно оно! — Подтвердил сын.

Они перебрасывались короткими фразами, понятными лишь им двоим. Госпожа Юнь и Шэнь Хань едва поспевали за ними; госпожа Юнь, не практиковавшая Путь Воина, совсем запыхалась.

— Этот метод алхимии… его тоже Сяо Хань постиг? — Спросил глава семьи Юнь.

Его сын кивнул. После этого оба мужчины посмотрели на Шэнь Ханя так, словно перед ними было бесценное сокровище.

(Конец главы)

http://tl.rulate.ru/book/171313/12916074