Готовый перевод Post-apocalyptic revival: I've stocked up on a million RAM modules! / Постапокалиптическое возрождение: Я запасся миллионом модулей оперативной памяти!: Глава 11. Тотальный крах

Глава 11. Тотальный крах

11 февраля, три часа утра.

Воздух в Складе №3 пропитался тяжёлым, вязким коктейлем из запахов металла, жжёного пластика и едкого пота. Чэнь Мо работал уже четырнадцать часов без перерыва. Когда он извлёк последнюю планку памяти из серверной стойки, кончики его пальцев саднили — пластиковые защёлки за это время стёрли кожу до кровавых мозолей.

64 ГБ DDR4 RDIMM. На наклейке красовался логотип Samsung, дата производства — 37-я неделя 2024 года. С момента выпуска прошло меньше полутора лет, и золочёные контакты «пальцев» сияли как новые.

Состояние этой партии оказалось даже лучше, чем он рассчитывал. Чэнь Мо провёл беглую инвентаризацию: в складе стояло 117 серверов, в каждом по восемь слотов, и почти все были забиты до отказа. Планки на 32 ГБ составляли около шестидесяти процентов, на 64 ГБ — тридцать пять. В нескольких топовых машинах обнаружились редкие 128 ГБ LRDIMM — настоящие жемчужины, каждая из которых на вторичном рынке могла уйти дороже пятидесяти тысяч... если, конечно, найдётся покупатель.

Общий объём памяти, по самым консервативным оценкам, превышал 180 терабайт. Это был его самый весомый козырь, фундамент того трона, ради которого он поставил на кон всё своё состояние.

Он методично сортировал модули по объёму, упаковывал их в антистатические пакеты и укладывал в усиленные пластиковые контейнеры. Каждое движение было механическим и выверенным, словно у идеально запрограммированного автомата. Усталость давно перешагнула порог терпимости, превратившись в своего рода онемевшую, кристально чистую осознанность.

За спиной раздался едва слышный шорох.

— Ещё только четыре часа, — не оборачиваясь, бросил Чэнь Мо. — Поспи ещё.

Шорох затих. Но через несколько секунд возобновился — на этот раз послышались осторожные, крадущиеся шаги. Ноль, босая, ступая по ледяному бетонному полу, подошла к нему и замерла в двух шагах.

Чэнь Мо повернул голову. Девочка протягивала ему бутылку воды — ту самую, что он дал ей днём. Крышка была уже отвинчена. Она не произнесла ни слова — да и не могла, — лишь настойчиво подтолкнула бутылку вперёд. В холодном белом свете аварийных ламп её глаза казались неестественно чистыми; в них отражались горы серверных плат и блестящий антистатик.

Чэнь Мо помедлил пару секунд.

— Не хочу пить, — сказал он.

Ноль не убрала руку. Она продолжала держать бутылку, замерев в ожидании. Чэнь Мо не стал упорствовать. Он взял воду и сделал глоток — вода была комнатной температуры, с характерным пресным привкусом пластика. Поставив бутылку у ног, он вернулся к работе.

Девочка не ушла. Она присела рядом, заворожённо наблюдая, как из его рук одна за другой выходят зелёные и чёрные прямоугольники плат, исчезая в прорезях антистатического поролона. Она ничего не трогала, просто смотрела.

Прошло много времени — так много, что Чэнь Мо решил, будто она уснула, но краем глаза заметил, как её пальцы что-то вычерчивают в воздухе. Он обернулся. Ноль, не сводя глаз с только что извлечённой планки, кончиком пальца повторяла контуры крошечных конденсаторов и травлёных дорожек. На её лице застыло выражение глубочайшей сосредоточенности, как у ребёнка, старательно разучивающего буквы.

Чэнь Мо впервые так внимательно разглядывал её руки. Маленькие, худые, с въевшейся под ногти грязью, которую не отмыть обычным мылом. Запястья были тонкими, как сухие ветки, а под бледной, почти прозрачной кожей отчетливо проступали синеватые вены.

— ...Сколько тебе лет? — спросил он.

Ноль подняла голову, на мгновение замерла, а затем начала показывать на пальцах. Указательный согнут наполовину, средний тоже, а затем обе руки скрестились в неловком подобии креста.

Десять? Непонятно.

Чэнь Мо больше не спрашивал. Он отложил в сторону планку с идеально протёртыми контактами и выудил со дна ящика старый модуль на 32 ГБ — с сильно потёртой наклейкой, но целыми чипами.

— На, возьми. Поиграй. Только не сломай.

Ноль приняла планку так бережно, словно это было тончайшее стекло. Она не стала «играть». Просто положила её на ладонь и при тусклом свете принялась изучать ряды мелких цифр и букв. DDR4 3200AA. 2Rx4. Она, конечно, не понимала значения этих символов, но смотрела с пугающей серьезностью.

Чэнь Мо отвёл взгляд и продолжил дело. В тишине склада слышался лишь тихий скрежет металла по направляющим да доносившиеся с улицы редкие щелчки остывающего металла грузовиков.

Это была последняя полноценная ночь перед тем, как мир рухнет в бездну.

*

Шесть часов спустя, девять утра.

Чэнь Мо так и не сомкнул глаз. Закончив с критически важной сортировкой в Складе №3, он успел съездить в Склад №2. Там он провёл первичную обработку золотосодержащих отходов, полученных от Ян Дафу: герметизация, взвешивание, распределение по зонам.

Теоретически этот «химический мусор» после аффинажа мог принести около 2,8 килограмма золота и более 200 килограммов серебра. Но для этого требовалось время, оборудование и сложный технологический процесс. А времени у него катастрофически не хватало.

Телефон в кармане завибрировал. Звонил Ма-лаобань. Голос старика звучал непривычно, в нём сквозило с трудом подавляемое возбуждение:

— Сяо Чэнь! Ты новости видел?! Память... рынок памяти рухнул в бездну!!

Чэнь Мо зажал трубку между плечом и ухом, продолжая затягивать крышку на канистре с отходами солей золота.

— Говори по существу.

— Да что тут говорить — обвал! Со вчерашнего вечера в Хуацянбэй цены на DDR4 летят в пропасть! Планки на 8 гигов с двухсот шестидесяти рухнули до ста восьмидесяти, шестнадцатые с восьмисот упали до шестисот пятидесяти, и это ещё не предел!

— Говорят, это «мгновенный крах», за сутки падение почти на двадцать процентов! Весь интернет на ушах, перекупщики, что забили склады, воют в голос. Это не коррекция, Сяо Чэнь, это направленный взрыв!

Рука Чэнь Мо, крутившая крышку, на мгновение замерла.

— Ты... — Ма-лаобань сглотнул, понизив голос. — У тебя же на руках горы серверного железа. Если всё это обесценится... Сяо Чэнь, послушай старика: пока ещё есть те, кто готов забирать товар, скидывай часть, хоть что-то вернёшь. В убыток, конечно, но лучше так, чем оставить гнить на складе. Если нужно, я сведу тебя с южанами, они...

— Не нужно, — отрезал Чэнь Мо.

— ...Что? — Ма-лаобань подумал, что ослышался.

— Я не продам ни единой планки.

Чэнь Мо снова принялся за канистру. Его голос был будничным, будто он обсуждал прогноз погоды.

— Пусть пуля немного пролетит.

— Пусть... пролетит?! — голос Ма-лаобаня сорвался на крик. — Сяо Чэнь, ты в своём уме? Ты хоть понимаешь, что снаружи творится? Все в один голос твердят: заводы отказываются от DDR4, теперь это просто промышленный мусор! Твои тридцать вторые и шестьдесят четвёртые планки вчера были твёрдой валютой, а сегодня стали раскалёнными углями! Если не скинешь сейчас — пойдёшь ко дну!

Чэнь Мо не ответил. Переложив телефон к другому уху, он окинул взглядом ровные ряды контейнеров в углу склада. В каждом — по две сотни модулей. На крышках лаконичные надписи: «32G × 200», «64G × 200». Серебристая антистатическая плёнка под светом ламп отливала мелкой сеткой, напоминая затаившуюся армию.

— Ма-лаобань, — произнёс он. — Сколько стоила DDR4 три дня назад?

— Три дня назад? Да она росла как на дрожжах! Тридцать вторая была где-то...

— Я спрашиваю: три дня назад считал ли кто-нибудь, что это «исторический пик»?

На том конце провода воцарилось молчание.

— ...Считали, — медленно ответил Ма-лаобань, явно сбитый с толку. — Тогда тоже говорили, что дорого, что цена раздута, но кто ж знал, что так бахнет?

— Вот именно. — Чэнь Мо с силой закрутил последнюю канистру. — Они ничего не понимали три дня назад и ничего не понимают сейчас. Не им решать, где здесь «пик», а где «дно».

— А кому тогда?

Чэнь Мо не удостоил его ответом. Он сбросил вызов и, стоя у дверей склада, посмотрел на серое, затянутое дымкой небо.

11 февраля. До того самого полудня оставалось 28 часов.

http://tl.rulate.ru/book/171237/12663359