Готовый перевод The Path to Culinary Immortality / Кулинарный путь к бессмертию: Пролог: «Бессмертный кулинар»

Гора Павших Душ испокон веков пользовалась славой опаснейшего места в мире культивации; даже величайшие мастера не смели бездумно ступать на эти земли.

За десять тысяч лет трижды случалось так, что самоуверенные практики, собрав верных друзей, отправлялись сюда на поиски сокровищ. Но всякий раз их ждал бесславный конец: большинство гибло, и лишь немногим счастливчикам удавалось спастись.

Однако эти немногие выжившие хранили о Горе Павших Душ гробовое молчание. То, через что им довелось пройти, становилось их внутренним демоном, преграждающим путь к истинному бессмертию.

На самой вершине Горы Павших Душ стоял юноша в алом свадебном одеянии. Порывы горного ветра хлестали его, но он словно не замечал их; лицо его застыло, скованное невыразимым холодом.

Здесь царила вечная стужа, но сердце его было еще холоднее, подобно льду, не таявшему тысячи лет. Горький опыт и людское безразличие – все события последних лет проносились перед его мысленным взором.

Его губы то кривились в улыбке, то сжимались от ярости. Юношу звали Чу Сюань, ему исполнилось двести шестнадцать лет. Для простого смертного такой возраст – недостижимая мечта, но для практика на Стадии Пустоты он был невероятно молод.

Не зря его считали первым гением мира культивации за последнюю тысячу лет.

Громкое имя было заслуженным!

Но сейчас это звание, приносившее прежде лишь славу, казалось ему верхом абсурда.

Чу Сюань в муке закрыл глаза. С самого начала он был лишь круглым дураком.

Сегодня должен был состояться день его свадьбы.

И невеста, которую он собирался взять в жены, вызывала зависть у каждого.

Фея Нинсян!

Первая красавица в мире практиков с безупречным происхождением. Ее дед – один из трех великих свободных бессмертных, Верховный Старейшина Секты Мечного Озера, чье влияние среди десяти величайших орденов было неоспоримым.

Чу Сюань, разумеется, тоже был учеником Секты Мечного Озера.

Хотя когда-то перед ним были открыты все пути. Будучи вольным практиком, он волей случая встал на стезю самосовершенствования, и его слава гения вместе со статусом первого бессмертного кулинара заставляли любую секту предлагать ему самые заманчивые условия.

Бессмертный кулинар – редчайшее из искусств среди сотни ремесел культивации. Само название говорило за себя: блюда, приготовленные такими мастерами, были не только изысканными на вкус, но и наполненными щедрой духовной силой.

Каждое яство обладало своим уникальным эффектом.

Лечебная трапеза могла поднять на ноги умирающего, срастить кости и исцелить самые тяжелые раны.

Видов духовных блюд было еще больше: одни повышали уровень развития, другие помогали пробить «бутылочное горлышко» или увеличивали магическую силу…

Словом, всё, чего в романах о культиваторах достигали с помощью пилюль, здесь могли дать деликатесы, вышедшие из-под ножа бессмертного кулинара.

А если одного обеда не хватало – что ж, стоило просто поесть еще раз.

Кулинары занимали высокое положение; в этом мире не было алхимиков, их место занимали мастера с их доведенным до совершенства искусством готовки.

Чу Сюань обладал невероятным талантом. За право заполучить его боролись все великие школы, но он выбрал Секту Мечного Озера вовсе не из-за лучших условий. Он сделал это ради одной лишь ее улыбки.

При этой мысли лицо Чу Сюаня снова помрачнело. От былой нежности и любви осталась лишь пронзительная, колющая боль.

Говорят, что убийство отца и похищение жены – две величайшие обиды в жизни, но истинно невыносимая ненависть рождается из предательства того, кого любишь всем сердцем.

Ложь и измена впились в него, словно трупные черви, пожирающие кости.

Внезапно Чу Сюань вскинул голову и с горькой, самоироничной усмешкой прошептал:

— Чему быть, того не миновать. Эти мерзавцы всё-таки не оставят меня в покое.

Он всмотрелся вдаль, распространив свое Божественное чувство. Гора Павших Душ и так была гиблым местом, но теперь вокруг нее выросли десятки древних формаций, намертво запечатавших тысячу миль вокруг. Он превратился в птицу в клетке, в рыбу, запутавшуюся в сетях.

На краю небосвода вспыхнули огни магических полетов. Десяток теней, стремительных, как молнии, летели прямо к нему.

Каждый из прибывших был выдающимся практиком, мастером своего дела. Сейчас на их лицах застыла суровая решимость – было очевидно, что они не отступят от своей цели. Вскоре они зависли в небе над Горой Павших Душ, окружив Чу Сюаня древним боевым строем.

В кольце таких врагов не спасся бы никто, разве что истинный небожитель, но на лице Чу Сюаня читалось лишь спокойствие.

Преданный любимой, он познал горечь, после которой сердце умирает. Разве могла его напугать какая-то опасность?

Он поднял взор, скользя по лицам старейшин Секты Мечного Озера. Несмотря на бурю внутри, в душе его воцарился странный покой.

Пока перед глазами не возник ее изящный силуэт.

Она была в алом свадебном платье, и каждое ее движение, казалось, источало пленительный аромат. Фея Нинсян, его невеста… Она была прекрасна, как и прежде, и никакие слова о «красоте, способной сокрушать царства», не могли описать и сотой доли ее очарования. Но теперь для Чу Сюаня в ней не осталось ни капли привлекательности.

Напротив, по его спине пробежал холодок. Красота была лишь маской, скрывавшей сердце скорпиона и змеи.

В глазах Чу Сюаня на миг промелькнула боль, но ее тут же вытеснила ненависть.

— Я знаю, вы меня не отпустите, — заговорил он. — Вы всеми правдами и неправдами заманили меня в Секту Мечного Озера. Вы даже заставили Фею Нинсян притворяться, лгать мне, чтобы я поверил, будто наша любовь взаимна и мы состаримся вместе. И всё это ради одного – чтобы я приготовил Пир Небесных Сокровищ.

Пир Небесных Сокровищ – легендарное яство, которое не появлялось в мире культивации целых пятьдесят тысяч лет. Создать его мог только гениальный кулинар высшего ранга, достигший Стадии Пустоты.

Эти два условия сами по себе были почти невыполнимы, но третье требование делало появление этого блюда в мире практически невозможным.

Пир Небесных Сокровищ обладал силой менять судьбу: он мог позволить свободному бессмертному вознестись в один миг, став истинным небожителем, а практику на стадии Преодоления Скорби значительно повышал шансы на успех.

Такое сокровище было пределом мечтаний.

Однако из-за того, что эффект был слишком велик, цена, которую должен был заплатить даже величайший кулинар, была непомерно высокой.

Это затрагивало сами законы Неба и Земли: с того момента уровень развития кулинара навсегда замирал на Стадии Пустоты. Сколько бы он ни трудился, какие бы артефакты ни поглощал, он не мог продвинуться ни на шаг.

Это означало конец пути культивации – принесение себя в жертву ради чужого успеха. Поэтому Пир Небесных Сокровищ оставался лишь в легендах.

Собравшиеся хранили молчание. Спустя мгновение вперед вышел старец с лицом юноши и белоснежными волосами. От него исходила такая мощная аура, что даже Чу Сюань, мастер Стадии Пустоты, с трудом выдерживал это давление.

Личность его была очевидна: Верховный Старейшина Секты Мечного Озера, Почтенный Десяти Тысяч Мечей.

Он заговорил:

— Чу Сюань, еще не поздно повернуть назад. Я забуду о твоем непослушании, и ты всё еще сможешь жениться на Фее Нинсян. Тебе нужно лишь приготовить для меня Пир Небесных Сокровищ.

— Ха-ха!

Чу Сюань рассмеялся. Смех его был горьким, но в то же время свободным:

— И теперь, когда всё вскрылось, вы продолжаете мне лгать. С самого начала Фея Нинсян сблизилась со мной по расчету. Она притворялась, что любит меня, и согласилась на свадьбу только для того, чтобы выманить рецепт Пира Небесных Сокровищ.

— На самом деле ей давно опостылело ломать комедию. Она даже говорила, что, как только блюдо будет готово, она вырвет мою душу и подвергнет ее вечным мукам, чтобы излить свою ненависть.

— Верно, я никогда тебя не любила, — холодный голос ударил по ушам. На лице Феи Нинсян отразилось отвращение. — Кем ты себя возомнил? Всего лишь жалкий вольный практик. Гений, рождающийся раз в тысячу лет? Смехота! Без поддержки великого ордена твои достижения ограничены. Достичь Стадии Пустоты – твой потолок. И ты, паршивая жаба, посмел мечтать о мясе лебедя, захотел взять меня в жены? Ты просто не знаешь своего места…

— С самого начала я лишь терпела тебя. Если бы не Пир Небесных Сокровищ, мне было бы противно сказать тебе хоть слово. Если хочешь жить – покорно делай, что велено. Иначе у нас найдется множество способов заставить тебя молить о смерти…

Прежняя богиня теперь не скрывала своего истинного лица. Остались лишь ядовитые слова и ледяная правда. Чу Сюань слушал молча, и на его лице не отразилось ни гнева, ни печали.

Сердце его было мертво.

Он был слишком наивен с самого начала. Он и представить не мог, что за обликом прекрасной феи скрывается душа змеи.

Он горько улыбнулся:

— Знаете, вам вовсе не нужно было плести столько интриг. Когда Нинсян проявила ко мне благосклонность, я сам решил приготовить Пир Небесных Сокровищ в качестве свадебного подарка.

С этими словами Чу Сюань повел рукой. Вспыхнул яркий свет, и на его ладони появился старинный ларец для еды. В тот же миг в воздухе разлился пленительный аромат.

— Это… Пир Небесных Сокровищ? — Почтенный Десяти Тысяч Мечей пришел в восторг и уже потянулся было забрать ларец, но тут же замер. — Он еще не завершен.

— Верно. Я хотел преподнести его на свадьбе, поэтому блюдо еще не дошло до нужной кондиции. Видно, само Небо открыло мне глаза на ваш заговор.

В глазах Чу Сюаня вспыхнула глубокая ненависть. Ради нее он был готов отказаться от пути к бессмертию, а в ответ получил лишь ложь и предательство. Жаль, что силы были слишком неравны и у него не было шанса на победу, иначе он, не задумываясь, пролил бы кровь и разнес их всех в пыль, даже ценой собственной жизни.

— Хорошо, закончи Пир прямо сейчас, и я дарую тебе жизнь, — прохрипел Почтенный, его глаза горели жадностью.

— Ха-ха-ха!

Чу Сюань разразился безумным хохотом, будто услышал самую нелепую шутку в мире:

— Неужели вы думаете, что я, Чу, из тех, кто дрожит за свою шкуру? Вас много, ваша магическая сила велика, мне с вами не совладать. Но придет день, и вы горько пожалеете о том, что совершили сегодня.

Не успели затихнуть его слова, как раздался грохот – ларец в руках Чу Сюаня рассыпался в прах.

— Ты!

Почтенный Десяти Тысяч Мечей впал в ярость. Столь желанный Пир Небесных Сокровищ был почти в руках, но ускользнул в последний миг. В гневе он бросился вперед, желая вырвать душу дерзкого юнца.

Чу Сюань лишь улыбнулся. Он не собирался умирать от рук врага.

Бум!

Раздался оглушительный взрыв, и тело Чу Сюаня окутало разноцветное духовное сияние.

Почтенный Десяти Тысяч Мечей резко остановился. Перед ним был всего лишь практик Стадии Пустоты, но он почувствовал исходящую от него смертельную угрозу.

И пока он колебался, тело Чу Сюаня начало рассыпаться песком, уносимым ветром.

Самоуничтожение. Он сам выбрал конец, при котором его душа развеется без следа.

На лицах старейшин Секты Мечного Озера отразилось изумление. Они ожидали, что он либо покорится, либо будет сражаться, но никто не думал, что Чу Сюань с самого начала решит пойти на смерть.

В этот момент произошло нечто странное: яркий луч света взмыл ввысь с того места, где только что стоял юноша, и исчез в далеком небе. Ни гиблое место Горы Павших Душ, ни десятки запретных печатей не смогли его удержать.

— Это… — Фея Нинсян шагнула вперед, на ее лице промелькнуло беспокойство. — Предок, он сбежал?

— Нет. Тот малец развеял свою душу, в этом нет сомнений. То, что улетело – какой-то артефакт, который был при нем.

— Но он сказал, что отомстит…

— Хм, просто пустые угрозы отчаявшегося человека.

Почтенный Десяти Тысяч Мечей ответил уверенно, но его лицо исказилось от досады. Из-за низкого происхождения Чу Сюаня он в глубине души презирал его. План с Феей Нинсян был придуман, чтобы выманить Пир Небесных Сокровищ, после чего парня собирались убрать, как отслуживший инструмент. Но в итоге заговор раскрылся, и они остались ни с чем.

Если отбросить происхождение, Чу Сюань действительно был гением, каких не видывали тысячи лет. К тому же он был искренне предан Нинсян и ради нее был готов пожертвовать своим будущим. Если бы старейшина не стал плести интриги, а обошелся бы с ним честно, финал мог быть совсем иным.

Почтенный вздохнул, но исправлять что-либо было уже поздно.

Гений своего поколения пал, но история на этом не закончилась. Легенда только начиналась.

«Новая книга наконец-то вышла! Жду ваших добавлений в библиотеку и рекомендаций!»

http://tl.rulate.ru/book/170631/12405083