Вскоре Чжао Чуаньфэна и Лю Нинкуна увели во внутренний Дисциплинарный зал.
Это происшествие вызвало немалый резонанс.
Чтобы быстро погасить волну и избежать дурной славы, внутренний Дисциплинарный зал вскоре вынес приговор обоим и объявил о нём всей секте.
Чжао Чуаньфэн, подстрекаемый другими к притеснению ученика внешних врат, был приговорён к трём месяцам заключения в подземелье Дисциплинарного зала внутренних врат!
Лю Нинкуну, как подстрекателю и зачинщику смуты, досталось ещё больше — шесть месяцев!
Эти двое, вместо того чтобы устроить пакость, сами угодили в подземелье Дисциплинарного зала, да ещё и были при всех отчитаны во внешних вратах старшим старейшиной Гу Сяосянем: одного назвали позором внутренних врат Белого тигра, другого — глупой свиньёй.
Такая весть, разнёсшись по внутренним вратам, тут же стала посмешищем.
Об этом только и говорили.
И благодаря этому ученик внешних врат, старшина цикла «жэнь» Ли Юнь, наконец-то привлёк к себе внимание учеников внутренних врат.
Правда, отношение к нему было разным.
Одним, которые и сами недолюбливали Лю Нинкуна и Чжао Чуаньфэна, было приятно, что Ли Юнь так ловко насолил их недругам, отомстив за них.
Другие отнеслись равнодушно, считая, что Ли Юню просто повезло: Гу Сяосянь как раз решил навести порядок среди внутренних врат, притесняющих внешних, вот он и выдвинулся.
Но большинству это было неприятно.
Они считали, что Ли Юнь поступает неподобающе, нарушает субординацию!
Все эти годы в Тянь Уцзуне ученики делились на внешних, внутренних, истинных и странствующих — четырёхуровневая пирамида, где внешние были основанием.
Ли Юнь, будучи учеником внешних врат, пользуясь тем, что немного преуспел и попал в милость к старейшинам, забыл о своём месте, пошёл против вышестоящих, опозорил учеников внутренних врат при всех и отправил их в подземелье.
Если так пойдёт и дальше, кто вообще будет считаться с внутренними?
Кто будет их уважать?
Некоторые даже подумывали, не пора ли дать Ли Юню понять, что значит оскорблять ученика внутренних врат?
Обо всём этом Ли Юнь, конечно, не знал.
После того как буря улеглась, Ли Юнь провёл ещё два дня в своём дворике, переименованном в «Безымянный домик». Созерцая древний меч, он накопил более десяти миллионов очков认知 и окончательно довёл «Траурный меч» до совершенства.
Немного наставив Чжан Жохань, он вместе с Гу Сяосянем покинул секту и отправился к руинам Двенадцати небесных дворцов.
...
В центре Дунъюньчжоу, гора Тяньфу.
Два дня пути под личным руководством Гу Сяосяня — и Ли Юнь наконец добрался.
Это была его первая дальняя поездка с момента переселения.
В прошлый раз, когда он покидал Тянь Уцзун, его вела Чжан Жохань в ту долину, где скрывался «Траурный меч». Но то место было недалеко, всего в трёхстах километрах от центра Тянь Уцзуна, в пределах горного хребта Тяньдун.
А на этот раз они пришли прямо к горе Тяньфу, которая находилась как минимум в восьмистах километрах от Тянь Уцзуна. Дорога действительно открыла Ли Юню глаза.
Он воочию увидел величественные реки и горы этой земли Дунъюньчжоу, различные живописные места и святыни, а также процветающие города.
Можно сказать, зрелище было ещё более захватывающим, чем он себе представлял.
Одно можно сказать точно: в мире, где главенствуют боевые искусства, жизнь, возможно, не так удобна, как в прошлой жизни, и не так разнообразна, но в ней есть величие, до которого шумным современным городам далеко.
Нельзя сказать, какой мир лучше.
Но раз уж он оказался в этом мире, у Ли Юня нет причин проигрывать в жизни, верно?
Он твёрдо решил: на этот раз обязательно получить наследие Двенадцати небесных дворцов.
Получить наследие, а затем обрести внутреннюю силу.
Обладая системой, он наверняка скоро, словно скрытый дракон, вырвется из пучины и взмоет в заоблачные выси.
Только вот —
едва ступив на гору Тяньфу,
он сильно удивился.
Так называемые руины Двенадцати небесных дворцов оказались просто руинами.
Среди бескрайних горных хребтов повсюду были развалины, запустение. Снаружи совершенно невозможно было понять, где же скрыто наследие.
И ведь такие руины четыре顶级 клана Дунъюньчжоо постоянно охраняли, прочно оцепив всю эту территорию.
Неужели в этом была такая необходимость?
Разве не достаточно было бы охранять единственный вход — Яогуантай?
Ли Юню было трудно это понять.
— О! Старейшина Гу, вы лично пришли? Давненько я вас не встречал... А это кто?
Вдруг
поблизости появился мужчина в синем длинном халате с группой людей и с улыбкой направился к ним.
Подойдя ближе, он принялся с интересом разглядывать Ли Юня.
— Опять ты? У вас в Тянь Ецзуне что, людей больше нет? Почему всё тебя, Юань Бугун, сюда отправляют? Ты что, опять провинился?
Похоже, они были довольно хорошо знакомы, и Гу Сяосянь тоже пошутил. На лице его появилась лёгкая улыбка, совсем не похожая на ту суровость, что была в Тянь Уцзуне.
Затем Гу Сяосянь представил их друг другу.
Ли Юнь узнал, что этого мужчину зовут Юань Бугун, он старейшина внешних врат Тянь Ецзуна.
Четыре顶级 клана Дунъюньчжоу: Тянь Уцзун, Тянь Ецзун, Тянь Нуцзун и Тянь Яньцзун. Тянь Уцзун был в лучших отношениях с Тянь Ецзуном, в худших — с Тянь Нуцзуном, а с Тянь Яньцзуном — так себе.
Среди четырёх顶级 кланов самым сильным считался Тянь Нуцзун.
Это Ли Юню объяснили ещё до отъезда.
Ли Юнь быстро сориентировался и сам подошёл поздороваться с Юань Бугуном.
Что касается Ли Юня,
Гу Сяосянь, то ли намеренно, то ли проговорившись, сказал только, что он ученик внешних врат, но не упомянул, что он новый старшина цикла «жэнь».
Даже так,
когда Юань Бугун узнал, что Гу Сяосянь привёл Ли Юня попытать счастья и поискать в руинах наследие Двенадцати небесных дворцов, он невольно прищурился.
Улыбаясь, сказал:
— Ну и ну, паренёк-то молодой! Восемнадцать-то хоть есть? Уже такую ответственность на себя берёшь! Поистине, герой с младых ногтей!
Гу Сяосянь только улыбнулся, взглянул на Ли Юня и промолчал.
Ли Юню пришлось сложить руки и ответить самому.
— В ответ старейшине Юаню, ученику в этом году восемнадцать, уже три года как в секте. Скоро большие соревнования внешних врат, если не войду в первую тысячу, придётся покинуть секту.
— А среди соучеников столько скрытых драконов, я совсем не уверен в себе.
— Вот и пришлось, не убоявшись бесстыдства, просить старейшину Гу привести меня попытать счастья. Надеюсь хоть немного выслужиться, чтобы ещё пару лет в секте остаться... Право, бесстыдство.
— Никакой я не герой... Эх.
Говоря это, он для вида изображал смущение.
Юань Бугун опешил и не знал, верить ему или нет.
Но, поразмыслив, решил, что паренёк с виду простоват, да ещё и при Гу Сяосяне, вряд ли будет врать и запрягать лошадей в телегу, как говорится?
http://tl.rulate.ru/book/170209/12349248
Сказал спасибо 1 читатель