Готовый перевод I'm in Trouble Because the Scheming Emperor Is My Type / Беда в том, что коварный император — в моем вкусе: Глава 8: Святая (2)

— Алленд. Посмотри туда. Тётушка Маша, похоже, не на шутку разозлилась.

— Ах ты, паршивец! Опять всю ночь шлялся и приплёлся только днём? В который это уже раз?!

— А-а-а! Маша! Я виноват!

Маша, владелица овощной лавки, вцепилась мужу в волосы.

Герик, чьё измождённое лицо явно свидетельствовало о проведённой за азартными играми ночи, беспомощно дёргался в её руках.

— Гляди, Алленд. Дядя Герик даже пикнуть не смеет. Тётушку лучше не злить. Нам тоже стоит быть осторожнее.

Алленд прибыл на место происшествия в сопровождении Хенкеля и нескольких рыцарей.

Увидев представшую перед ними картину, Император и его свита замерли.

— Повторите-ка. Я сказала, повторите! О чём это вы тут так весело болтали, чего не осмелились бы сказать человеку в лицо?

— Нет! Это недоразумение!

— Мы всё объясним, только, пожалуйста, отпустите... А-а-а-а!

— Объясне-е-ения? Я всё прекрасно слышала, так что не знаю, какие ещё объяснения вам нужны!

Алленд поначалу думал, что в докладе могло быть преувеличение.

Какое там преувеличение.

Всё было в точности так, как доложили: Святая крепко держала в каждой руке по дворянской голове, вцепившись им в волосы.

— ...

— Ваше Величество, каковы будут приказания? — спросил Хенкель.

Если бы это была обычная ссора между аристократами, следовало бы немедленно успокоить стороны и выяснить обстоятельства.

Но для этого пришлось бы разнимать Святую и дворян.

Именно это заставляло Хенкеля и остальных рыцарей колебаться.

«Разве смею я коснуться тела Святой?»

Более того, Святая была в ярости. Попытаться остановить её сейчас — значило бы пойти против её воли.

«Такую светлую и жизнерадостную особу...»

«Что же эти ничтожества натворили?»

Рыцари из тайного «культа Святой», действующего в Императорском дворце, свирепо уставились на двух бедолаг. Дворяне, которые видели перед собой только землю и не понимали, что происходит, задрожали от необъяснимого озноба.

Поскольку было очевидно, что дворяне не смогут причинить Святой вред, Алленд решил ещё немного понаблюдать за этой неловкой сценой.

— Кто они?

— Дворяне из региона Лобфен. Они прибыли в Императорский дворец для участия в собрании небольшого кружка, которому выделено здесь помещение, — без запинки доложил Хенкель.

Проверка списка тех, кто посещает Императорский дворец, была частью его ежедневной утренней рутины.

— Распорядись, чтобы этот кружок разогнали.

— Слушаюсь.

Святая всё ещё не замечала их присутствия. Обычно она за версту чуяла его приближение и либо пускалась наутёк, либо смотрела на него сияющими глазами.

«Впервые вижу её такой разгневанной».

Интересно, кто посмел её так довести?

В душе Алленда вспыхнуло неприятное чувство, охватившее всё его тело. В этот момент он встретился взглядом с Шарль, которая в растерянности топталась рядом со Святой.

«Принцесса Шарль».

Заметив Императора, она на мгновение вздрогнула. Шарль опустила взгляд в пол и склонила голову в почтительном поклоне.

— Это была шутка! Просто шутка!

— Шутка? Ого. Впервые слышу такую грязную шутку. И разве вы не знаете, что семью трогать нельзя? Наверное, вам стоит самим послушать, как кто-нибудь «поминает» ваших родителей, чтобы вы поняли, в чём провинились!

— При чём тут родители... А-а-а-а! С-святая!..

«Вот оно что. Так, значит, дело в этом».

Близкородственные браки в королевской семье Бонии часто становились темой для низких шуточек среди неблагородных дворян. Очевидно, содержание беседы тех, кого Святая сейчас держала за волосы, было примерно таким же.

Такие люди не стоили внимания, но Святая, видимо, не смогла пропустить это мимо ушей.

«Регион Лобфен, значит. Слышал, что там много всякого сброда, но чтобы они даже не соображали, где и что можно говорить...»

Алленд мысленно цокнул языком. Ему было крайне неприятно, что Святой пришлось выслушивать подобную грязь.

В этот момент один из дворян ухитрился вскинуть голову.

— Так вы мне все волосы вырвете!

Мужчина обрёл покой для своей кожи на голове, но Ари от резкого движения сильно покачнулась. Алленд бросился вперёд и подхватил теряющую равновесие Ари за талию.

— Я же с самого начала говорил, что это недоразумение. То, что слышала Святая — лишь обрывок фразы... И-и-ик. В-в-в... Ваше Величество.

— Ваше Величество?!

— ...

Мужчина, отряхивая помятую одежду, поднял голову и почувствовал, как его сердце ушло в пятки. Перед ним стоял Император, обнимающий Святую.

Странно было то, что Святая, низко опустив голову и тяжело дыша, пыталась дрожащими руками оттолкнуть руку Императора, покоящуюся на её талии.

Святая слабо протестовала, но её усилия были тщетны — рука Императора лишь плотнее прижала её к нему.

— У-у-у-у.

— ...Хм.

К тому же Император, казалось, был вполне доволен странными звуками, которые издавала Святая, и даже слегка улыбался.

Мужчина почуял что-то неладное, но решил, что нельзя упускать момент, пока Император в хорошем расположении духа. Стараясь произвести наилучшее впечатление, он расплылся в добродушной улыбке.

Однако мгновение спустя его скрутили подоспевшие рыцари и заставили опуститься на колени рядом с его товарищем.

— Ваше Величество, это несправедливо!

— ...

Мужчина продолжал настаивать на своём, хотя его напарник, у которого, видимо, остатки совести ещё сохранились, вёл себя тихо. Император начал перечислять их прегрешения одно за другим:

— Оскорбление членов королевской семьи иностранного государства, учинение беспорядков в Императорском дворце и нападение на Святую.

При словах о «нападении на Святую» мужчина посмотрел на него взглядом, полным несправедливости. Он надеялся, что великодушный Император Кхан Леодиус проявит сострадание к своему подданному.

Но Император был непреклонен.

— Нападение на Святую — это тяжкое преступление, приравниваемое к святотатству.

Тем временем хватка Алленда ослабла, и Святая, воспользовавшись моментом, поспешно выскользнула из его объятий.

— Сэр Хенкель.

— Слушаю.

— Передай Канцлеру, чтобы он начал процедуру конфискации имущества этих лиц и лишения их титулов.

— Будет исполнено.

— В-Ваше Величество!

— Проявите милосердие!

Двое впавших в отчаяние мужчин в ужасе взмолились. Однако Алленд даже не думал пересматривать своё решение. Он увёл Ари, которая всё ещё принимала благодарности от Шарль.

— ...Послушайте, Ваше Величество.

— Да.

На пути ко Дворцу Продинта их не сопровождали рыцари — они шли вдвоём. На зов Ари Алленд ответил коротко.

— Ну... Руку...

— Руку?

— Пожалуйста... отпустите мою руку...

— Не совсем понимаю, о чём вы.

Алленд лишь слегка покачал рукой Ари, которую крепко держал с самого момента их ухода.

Враньё.

Этот Император, обладающий просто невероятными способностями, не мог не слышать её слов.

«Это намеренно. Совершенно точно намеренно».

Ари готова была расплакаться. Думаете, она сама хотела выпускать руку Императора? У него даже руки были прекрасны.

Большая ладонь с длинными пальцами была удивительно мягкой, если не считать мозолей от меча. А тепло, исходящее от его руки, согревало до самой глубины души.

Если бы выпустили грелки, повторяющие форму, текстуру и тепло его рук, Ари таскала бы их с собой даже в самую лютую жару.

Но...

— Ох... Мне кажется, я сейчас умру! Сердце просто разорвётся!

От прикосновений Алленда она совсем потеряла голову. Особенно когда он обнимал её за талию. Она тогда даже забыла, что вообще делала секунду назад. Казалось, её сердце колотится так сильно, что она вот-вот отправится на встречу с богом Сейканом.

— Умирать нельзя, — с улыбкой сказал Алленд и, наконец, отпустил её руку. Вместо этого он подстроился под её шаг и пошёл рядом.

Ари, слегка покраснев, украдкой взглянула на него.

«Кажется, сегодня у Его Величества хорошее настроение».

Вот это удача.

Ей нравился и его холодный образ, и его нежность. Но, конечно, нет ничего лучше, чем видеть своего кумира в добром расположении духа. Хотя за всё время это случалось лишь трижды, включая этот раз.

«Чем реже, тем ценнее!..»

Ари, тоже придя в приподнятое настроение, начала щебетать о произошедшем:

— ...Хотя мне их даже немного жаль. Они ведь в один миг стали нищими, верно?

Она разозлилась и вцепилась им в волосы из-за их притворства, но не ожидала, что наказание будет настолько суровым. «Всё-таки это другой мир», — подумала она, но, к своему удивлению, не почувствовала ни капли тоски по прошлому.

Ари посмотрела на Алленда и широко улыбнулась:

— Но вы были таким крутым, Ваше Величество!

Уголки губ Алленда поползли вверх, но после следующих слов Ари замерли на месте.

— Уверена, Принцесса Шарль снова влюбилась в вашу крутость!

Ари решительно сжала кулачки.

— То, что вы увели меня оттуда, чтобы уладить ситуацию, немного снижает баллы, но дальше я дойду сама. Ваше Величество, возвращайтесь к Принцессе!

Её глаза, похожие на ночное небо, засияли — она считала, что сейчас самый подходящий момент, чтобы заработать очки симпатии.

Алленд коротко и сухо усмехнулся.

— Они получили бы такое наказание, даже если бы Святая не вмешалась. Оскорбление принцессы другого государства — серьёзный проступок. Им ещё повезло, что дело не дошло до смертной казни.

— ...С чего вдруг такой тон? Мы же только что говорили о Принцессе...

— Но масштабы действительно выросли. Святая привлекла к себе столь яркое внимание.

Алленд лучезарно улыбнулся. Ни один цветок в роскошных садах Императорского дворца не мог сравниться с этой красотой. Ари невольно вздрогнула.

«П-почему у него вдруг испортилось настроение?»

Предчувствие было нехорошим. Это был «Алленд с дурным характером».

— Впервые вижу, чтобы кто-то хватал дворян за волосы прямо в Императорском дворце.

— Упс.

— Для любого другого это было бы... учинением беспорядков.

— Ой.

Алленд в раздумье коснулся подбородка. Его лазурные глаза встретились с чёрными глазами Ари, в которых читалось явное смятение.

— Разумеется, я не могу просто так признать Святую виновной и наказать её.

Ари вздохнула с облегчением. В это короткое мгновение она уже успела представить себя нищенкой с пустой миской на обочине дороги. Алленд тем временем напомнил ей слова, сказанные на балу:

— Вы ведь обещали, что ничего не будете предпринимать, и просили не волноваться.

Казалось, он вырвал фразу из контекста, выбрав лишь то, что ему было удобно, но Ари не смела возразить. Конфискация имущества. Лишение титула. У Ари не было ни того, ни другого, но был дворец, из которого её могли вышвырнуть. А ведь ей хотелось и дальше любоваться лицом своего кумира.

— Поэтому я верю, что впредь вы будете вести себя благоразумно.

Под сияющей, как солнце, улыбкой Императора Ари оставалось лишь покорно кивнуть.

http://tl.rulate.ru/book/169314/13684366