Готовый перевод I Became the Cat That Sleeps With the Obsessive Tyrant Every Night / Я стала кошкой, что каждую ночь спит с одержимым тираном: Глава 7: Проклятие кошки

Киллиан замолчал, и на мгновение воцарилась тишина.

«То, что знает только он? О чем это он?»

Сколько бы я ни размышляла, мне казалось, что я знаю гораздо больше Киллиана, поэтому я и понятия не имела, что он имеет в виду.

Взгляд Киллиана казался каким-то недовольным и даже осуждающим.

— Мя-а? — в замешательстве я склонила голову набок и пристально посмотрела на него.

В его ярких алых глазах отражалась я — белоснежный комочек с широко распахнутыми круглыми глазами.

Уголок его рта на мгновение приподнялся, но тут же вернулся в прежнее положение.

— Неважно, раз не понимаешь.

В конце концов, он произнес эти загадочные слова и снова спрятал меня во внутренний карман своего пиджака.

— Купить тебе печенья?

Выйдя из бутика, Киллиан внезапно спросил, не хочу ли я печенья. Видимо, что-то увидел.

А ведь только что бесцеремонно засунул меня в карман. Хм.

— Ми-ян!

Впрочем, от угощения отказываться нет смысла!

Всё, мимо чего проходил Киллиан, быстро проносилось мимо моего убежища в темном кармане. Бесконечные благодарности владельца бутика, лязг открывающегося и закрывающегося багажного отделения кареты, сладкий аромат ванили, витающий в воздухе, обрывки разговоров прохожих, цокот копыт и неспешное движение кареты, колеса которой скрежетали по каменной мостовой...

— Ешь.

Киллиан усадил меня на мягкое сиденье кареты.

Пейзаж городка за окном быстро сменялся — мы снова были в пути.

— Мяу-у.

Я высунула язык, пробуя на вкус кусочек галеты в его руке, а затем откусила его. Хрустящий сахар с карамельным привкусом на галете с насыщенным масляным ароматом приятно лопался на зубах.

— Есть еще вот это.

Он развернул десерт в розовой бумажной упаковке, и на этот раз внутри оказалось квадратное печенье.

Пока я ела печенье, которое он разломил пополам и поднес к моему рту, я легонько подтолкнула к нему другое печенье лапой.

— Я не люблю сладкое.

Киллиан ответил так, будто действительно понял мои намерения, и протянул мне оставшуюся половинку, мол, доедай.

Было странное ощущение, будто мы и правда понимаем друг друга.

— М-а.

В итоге, съев кусок галеты и два печенья, я покачала головой, давая понять, что больше не хочу, и улеглась на живот.

Его руки подхватили меня.

— Перепачкалась вся.

Киллиан проговорил это низким голосом и небрежно стряхнул крошки и сахар с моего носа, рта и подбородка.

— Мияо.

Я закрыла глаза, спокойно доверившись его прикосновениям.

Один из плюсов быть кошкой — это то, что тебе даже лапой шевелить не нужно.

Да, в любом мире кошки — это само очарование. А милота — это мощное оружие.

— Выглядишь довольной.

— А-о-ок... — я тут же издала жалобный звук и понурила плечи.

Конечно, минус в том, что среди всех возможных миров я попала именно в тот роман, где кошку должны убить.

В этот момент большой палец Киллиана мягко надавил мне на лоб, заставляя открыть глаза.

— Когда мы приедем туда, куда направляемся...

Его алые глаза ясно предстали передо мной, как только наши взгляды встретились.

— Я должен кое-что проверить.

Не понимая, о чем он говорит, я разок хлопнула его по руке лапой.

— Что бы ни случилось... Тебе ничего не угрожает.

Мне ничего не угрожает?

Это предупреждение, сделанное заранее, напротив, прозвучало как угроза, и моя шерсть невольно встала дыбом.

— Нечего пугаться.

Его взгляд на мгновение задержался на моей лапе, после чего он опустил меня к себе на колени.

Его рука, молча поглаживающая мою спину, была теплой, но в этом жесте чувствовалась какая-то скрытая тайна.

Длинные волосы рассыпались по коленям Киллиана.

Он потянулся за пледом, лежащим на противоположном сиденье, и, стараясь не смотреть вниз на то, что было рядом, тихо накрыл это.

Только после этого он посмотрел на девушку, уснувшую, положив голову ему на колени.

Толк.

Карета подпрыгнула, видимо, наехав на крупный камень. Киллиан невольно схватил девушку за плечо, боясь, что она упадет, но тут же с застывшим лицом убрал руку.

— ...

Даже видя это собственными глазами, в это всё еще было трудно поверить.

Он задернул занавески, решив, что ее превращение из котенка в человека будет слишком заметным для окружающих.

Прежде чем свет был полностью отрезан, полуденное солнце осветило лицо девушки сквозь щель в шторах.

Именно тогда рука Киллиана, державшая занавеску, внезапно замерла.

— ...

Там была девушка, которая, казалось, могла растаять, прежде чем солнечный свет коснется её.

Эта девочка с белоснежной кожей и серебристыми волосами крепко спала на коленях Киллиана. С каждым её ровным дыханием плед, которым она была укрыта, медленно поднимался и опускался.

Её розовые щеки и губы выглядели невинными и безмятежными. Он всегда считал чужую беззащитность чем-то нелепым, но эта безмятежность...

Среди фырканья лошадей и скрипа колес по камням Киллиан молча смотрел на её длинные и густые ресницы, похожие на веер.

Вчера на рассвете и сегодня... Он столкнулся с чем-то невероятным.

С явлением, которому его нигде не учили. Магия. Другого объяснения не было.

— Ха...

Киллиан медленно закрыл глаза, прислонившись головой к стенке кареты.

Империя принудительно ограничила и сократила использование магии.

Его тоже учили, что магия — это то, чего следует опасаться, а те, кто пытается сделать эту силу великой, — зло, которое должно исчезнуть из этого общества. Но видел ли он это собственными глазами?

Подобно тому как он сохранил жизнь кошке, которую называли дьяволом, он воздержался от суждений о магии, в которой не убедился лично.

Возможно, дело было в том, что у него не было к ней какой-то особой неприязни. Когда он открыл глаза, перед ним в полумраке кареты, к которому зрение уже привыкло, предстало лицо девушки.

Киллиан долго наблюдал за ней в темноте кареты, куда не проникал свет.

— Просыпайся.

Киллиан резко шевельнул коленями, из-за чего я чуть не упала, и я мгновенно вскинула голову.

Когда это я успела заснуть? Должно быть, из-за того, что я стала котенком, я стала больше спать, а его теплые поглаживания так расслабили, что я задремала и провалилась в сон.

— Ха.

Киллиан, тяжело вздохнувший при взгляде на меня, выглядел как-то странно напряженным. Случилось что-то, пока я спала?

Я попыталась окончательно проснуться и стала потихоньку сползать с его колен. Однако руки Киллиана, подхватившие меня, оказались быстрее.

В его алых глазах, похожих на зерна граната, смешались раздражение, терзания и тень усталости.

— Впредь... Не спи где попало.

Я посмотрела на него, недоумевая, что это значит, но Киллиан больше ничего не добавил, плотно сомкнув губы.

Кстати, мне кажется, у него портится настроение каждый раз, когда я сплю. А, может, потому что он сам не может уснуть, а я дрыхну без задних ног? Я слышала, что в прошлой жизни люди, страдающие бессонницей, иногда вели себя подобным образом.

В знак того, что я поняла, я прижалась головой к его ладони и отстранилась.

Вскоре карета замедлила ход.

— А-ом.

Где мы? За окном показался уединенный особняк.

В саду пышно цвели фиалки и маки, а на каменной стене развевался зеленый флаг с изображением ящерицы — вероятно, это был герб семьи.

— Я открою дверь, Ваше Высочество.

Раздался почтительный голос дворецкого, и я тут же проскользнула под его пиджак.

— Барун Дюхсен приветствует Солнце Випера, Его Высочество кронпринца. Подумать только, что я удостоюсь чести встретить Ваше Высочество здесь, в Уинстоне... Для меня это великая честь, Ваше Высочество.

Голос мужчины, приветствовавшего Киллиана дрожащим тоном, на мгновение прервался, а затем он выразил благодарность, подавляя волнение и нахлынувшую горечь.

Дюхсен? Мне показалось, что я ослышалась, и я навострила уши.

Следом раздался голос молодого человека, приказывавшего всем преклонить колени, раз уж это сделал глава семьи.

— Это честь для нас, Ваше Высочество кронпринц.

Послышался шорох, словно осыпалась листва. Все преклонили колени перед Киллианом в знак приветствия. Вновь осознав, насколько высок статус кронпринца, я невольно затаила дыхание.

Киллиан зашагал вперед, и за ним последовала череда шагов.

Бум —

Вскоре послышался звук закрывающейся двери, будто мы вошли в комнату, и в наступившей мертвой тишине заговорил мужчина.

— Знают ли в Императорском дворце о том, что Ваше Высочество прибыли сюда?

Голос был похож на тот, что принадлежал мужчине средних лет, которого я слышала первым, но звучал несколько моложе.

— Тебе это интересно? — буднично спросил Киллиан, слегка повернувшись в сторону говорившего.

— Разве покойный Император не говорил, что магия сродни обману, и не связал по рукам и ногам всех магов? Благодаря этому я с самого рождения и по сей день ни разу не покидал Уинстон. Я даже не знаю, как выглядит Императорский дворец. И вдруг я встречаю кронпринца. Разве это не удивительно?

— Твое лицо полно обиды, — в тоне Киллиана прозвучала странная усмешка. Его низкий, ледяной голос почему-то показался мне чужим, и по спине пробежал холодок.

— Хэрид, замолчи. Ваше Высочество. Моему сыну всё еще не хватает воспитания, и он проявил дерзость, поэтому, прошу вас, проявите милосердие...

— Это не имеет значения, Дюхсен. Вполне естественно, что твой сын питает неприязнь к Императорскому дворцу. Причина, по которой я прибыл сюда сегодня без предупреждения, заключается в том, что мне нужно кое-что проверить.

— ...Если вы изволите спросить, я сделаю всё возможное, чтобы ответить.

Как только Барун Дюхсен закончил говорить, Киллиан медленно достал меня.

Зачем он это делает?!

От внезапного порыва холодного воздуха я вздрогнула, а точнее, я была настолько ошарашена тем, что Киллиан показывает меня другим, что мои лапы невольно заскребли по воздуху. Разве можно вот так просто показывать меня другим людям?

Как только Барун, ожидавший на коленях, увидел меня, его серые глаза мгновенно побледнели от ужаса.

— Ваше Высочество!

В то же время раздался голос другого человека, в котором сквозила ледяная ярость.

Дрожа от звука скрежета зубов, я посмотрела на источник шума.

— Как вы могли принести нам... такое зловещее существо?!

Это был мужчина с фиолетовыми волосами и серыми глазами.

Хэрид Дюхсен?

Как только я услышала фамилию Дюхсен, передо мной предстал человек, чья внешность в точности соответствовала описанию в оригинале. Сын лишенного власти графа Баруна Дюхсена, молодой маг, который в далеком будущем восстанет против Императора Киллиана.

Но ведь их встреча должна была произойти через несколько лет. Как же так вышло?

Нет, важнее другое: что задумал Киллиан, показывая меня им? Я только и думала о том, как бы прожить рядом с ним, не попадаясь людям на глаза, но о такой ситуации я даже не помышляла. От неистового страха мое тело задрожало как осиновый лист.

— Неужели никто в Императорском дворце не хочет марать руки? Что ж, тогда я сам убью её для вас!

Хэрид, охваченный враждебностью, без колебаний выхватил кинжал, чтобы убить меня. Острый ужас, словно разбитое окно, мгновенно накрыл меня.

Дзинь!

В тот же миг у горла Хэрида замерло острое лезвие.

— Кто позволил тебе обнажить этот клинок? — низкий голос Киллиана сурово прорезал воздух.

— Ваше Высочество!.. — в спешке выкрикнул Барун, всё еще стоявший на коленях.

Казалось, если меч Киллиана хоть немного шелохнется, он перережет горло Хэриду.

— Барун Дюхсен.

Киллиан непринужденно произнес имя Баруна и еще сильнее прижал меч к подбородку Хэрида.

— Тебе стоит смотреть не на сына, а на кошку. Не так ли?

Алые глаза под черными волосами лениво взглянули на Баруна, и тот, побледнев, с трудом повернул голову в мою сторону. Увидев меня, глаза Баруна снова задрожали от неверия.

— С этого момента рассказывай всё без единой капли лжи.

Киллиан вел себя жестоко и холодно — это было несравнимо с тем, каким я видела его до сих пор.

— Не смей даже пальцем её тронуть.

Образ тирана Киллиана, который я беспечно считала делом далекого будущего, внезапно стал реальностью.

— Если не дай бог с ней что-то случится, я сделаю с твоим сыном то же самое.

Единственным, кто мог сейчас спокойно улыбаться, был Киллиан.

— А теперь...

Удерживая Хэрида в заложниках, он, казалось, ослабил хватку на эфесе, но тут же крепко сжал его.

— Выясни, что за проклятие лежит на этой кошке.

http://tl.rulate.ru/book/169311/11857455