Готовый перевод I Became the Tyrant's Cure in a Dark Novel / Я стала лекарством для тирана в жестоком романе: Глава 4: Тепло твоего прикосновения

«……Обычно люди не просят их потрогать, даже если они не больны, разве нет?»

«Ну, я не в том положении, чтобы привередничать».

«Может, всё-таки попробуете…?»

«Нет».

Ах… Точно. Он ведь извращенец… Нет, человек с весьма необычными вкусами.

Ответ прозвучал еще быстрее и решительнее, чем когда он предлагал яблоко.

Этот безукоризненный ответ не оставил места для возражений. Я покачала головой, вспомнив о натуре Энока, о которой на мгновение забыла, как вдруг шорох пощекотал мой слух.

«Кстати, чем это вы там шуршите… Ого».

При звуке этого шороха я снова перевела взгляд на Энока, и из моих уст вырвался чистый возглас восхищения, миновавший все фильтры разума.

Нет, это что, одежда на кнопках или типа того? Почему она так легко распахнулась?

Засмотревшись на мышцы, проглядывающие сквозь легкую ткань, я с опозданием закрыла глаза ладонями.

«Что, что вы делаете! Скорее запахнитесь!»

«……? Разве мы не договорились, что вы меня потрогаете? Вчера вам нравилось здесь и здесь. Хотите коснуться тех же мест?»

«Я… я не помню, чтобы говорила такое!»

Когда Энок невинно указал на свои большие грудные мышцы и пресс, я в замешательстве начала всё отрицать. Он слегка наклонил голову набок.

«Снова не помните?»

«Да. Я… я не помню».

«Значит, вы не больны, но при этом ничего не помните. И это то, что случилось буквально вчера вечером».

«……»

«Хм……»

Энок, который на мгновение замер, словно обдумывая мою реакцию, растянул алые губы в улыбке.

«Что ж. В таком случае нужно сделать так, чтобы вы вспомнили».

Нет… и как же вы собираетесь воскрешать утраченную память?

Заметив его улыбку, которая даже на первый взгляд казалась крайне сомнительной, я резко подалась назад, но его крепкое тело тут же сократило дистанцию.

«Зачем… зачем вы подходите?»

«Есть у меня один знакомый с ужасной забывчивостью. Так вот он говорил: если что-то забыл…»

Шорох.

В воцарившейся на миг тишине, пропитанной опасным напряжением, его большая ладонь легко коснулась кончиков моих волос.

Пока я завороженно смотрела на платиновые пряди, плавно скользящие между пальцами в черных перчатках, Энок приблизился настолько, что я почувствовала его дыхание. Он мягко сощурил свои длинные глаза.

«— …нужно повторить действия, совершенные до того, как память исчезла. Так что, Лиана, будем повторять вчерашнее, пока к вам не вернется память?»

……Извините? Не могли бы вы не говорить так, будто между нами действительно что-то было?

Всё, что произошло вчера, — это то, что хозяйка этого тела перебрала с алкоголем и пару раз вас пощупала!

В тот момент, когда я, мысленно протестуя, сглотнула слюну, глядя на излишне притягательного Энока…

«Уа-а…… Уа-а-а-анг!»

Ребенок, лежавший у меня на руках, внезапно разразился плачем.

Резко придя в себя от этого звука, я воспользовалась моментом и, слегка нахмурившись, оттолкнула его крепкую грудь, которая медленно приближалась ко мне.

«Ваше Величество, из-за того, что вы постоянно раздеваетесь, ребенок испугался и плачет. Скорее прикройтесь как следует».

«Да что я такого… И почему я должен постоянно закрываться…»

«Уа-а-а-анг!»

Пробормотав это с обиженным видом, Энок тяжело вздохнул под громкий плач младенца и поспешно запахнул одежду.

Завязав узел покрепче, он посмотрел на меня крайне недовольным взглядом.

«Я всё закрыл, почему же он продолжает плакать?»

«Не знаю…… Почему он так?»

При виде ребенка, который плакал до икоты, раскрасневшись всем лицом, на лице Энока тоже постепенно проступило замешательство.

«Может, он поранился?»

«Странно…… Еще мгновение назад он весело играл».

Видимо, он всё же беспокоился, хоть и не решался прикоснуться.

Когда Энок наклонился и встретился взглядом с малышом, плач немного поутих.

Наблюдая за этим, я бессознательно схватила его за руку и потрясла.

«Ваше Величество, что же делать? Сделайте же что-нибудь».

«……»

«Скорее. Пожалуйста».

Задавшись вопросом, почему он вдруг замолчал, я хотела еще раз встряхнуть его за руку, но только тогда осознала, что вцепилась в Энока, и попыталась отстраниться.

«Погоди».

Однако Энок перехватил мою руку, крепко переплетя наши пальцы, медленно моргнул и что-то пробормотал про себя.

«Значит… это не обязательно должно быть прикосновение к телу».

«Что?»

«Лиана, это не было заблуждением. Мне действительно приятно, когда вы касаетесь меня. Тело словно наполняется теплом…»

Хвать.

«……»

От этого внезапного признания Энока в его специфических вкусах я, впав в немалое замешательство, подняла нашу сцепленную руку и прижала её к его губам, затыкая его.

«С ума сойти. С ума сойти! Чертова рука. Почему ты заткнула именно это место?»

Поскольку три секунды еще не прошли, я подумала о глупости: «Если я быстро уберу руку, может, он и не поймет, что это я закрыла ему рот?»

Пока я предавалась этим нелепым мыслям, уголки глаз Энока, который молча наблюдал за мной, красиво изогнулись.

«Ого… Как мужчина может быть таким красивым?»

Я застыла с открытым ртом от его пленительной улыбки, заставившей забыть о его недавних смущающих словах.

Младенец, который до этого всхлипывал, с любопытством уставился на Энока.

«Ба-а!»

«О? Он перестал плакать».

Пораженная этим, я убрала руку от лица Энока, и его серые глаза с явным сожалением проследили за моим движением.

Когда я вытерла слезы, застывшие в глазах успокоившегося малыша, тот весело рассмеялся, глядя на Энока.

Это было так удивительно, что я схватила Энока за рукав и затрясла его.

«Ваше Величество, малыш улыбается, глядя на вас. Скорее, поразвлекайте его как-нибудь».

«Я?»

Энок, нахмурившись в замешательстве от внезапной просьбы, словно что-то вспомнил и закрыл лицо обеими руками.

А затем…

«Ку…… ку?»

Он резко открыл лицо. Причем сделал это настолько неловко, что неловко стало даже мне.

Это зрелище было таким забавным, что я крепко закусила нижнюю губу, а кончики его красивых ушей вспыхнули алым цветом.

«…… Не смейтесь».

«Да. Кхм. Я и не смеялась».

Кое-как подавив рвущийся наружу смех, я озадаченно наклонила голову, глядя на сияющего малыша, который тянул к нему ручки.

«Ого. Ребенок смеется, даже увидев такое?»

«Что значит „такое“? Я, между прочим, очень старался».

«Да, вы молодец. Но это и правда удивительно. Как можно смеяться, увидев это? Ему просто нравятся красавчики?»

Энок, приунывший было от моей реакции, вздрогнул от моих слов, сказанных вслух самой себе.

Алый румянец, окрасивший кончики его белых ушей, на этот раз начал спускаться по линии шеи.

«Я кажусь вам красивым?»

«Да. Объективно говоря — очень».

Высокий рост, крепкие мышцы, пропорциональное телосложение.

Черты лица, совершенные, словно выписанные с особым старанием на картине. И, прежде всего, эти загадочные глаза, которые приковывают взгляд.

Что ж, каковы бы ни были его вкусы…

Энок был красавцем с такой аурой, от которой трудно отвести взгляд — как объективно, так и субъективно.

Я просто честно сказала то, что видела и чувствовала, но почему-то от этого человек, сидящий передо мной, становился всё краснее и краснее.

«Вот как. Значит, и на ваш взгляд тоже……»

«А-бу-у!»

«Ах! Малыш, нельзя трогать!»

В тот момент, когда маленькая ручка ребенка коснулась щеки Энока, который прикрывал рукой покрасневшую шею, не привыкнув к похвалам…

Его крупное тело отпрянуло назад, словно его отбросило силой.

«В-вы в порядке? Это же ребенок. Он ведь не понимает, что делает, так что не сердитесь слишком сильно…»

Как бы он ни умолял меня прикоснуться к нему, настоящий Энок до крайности не выносил чужих прикосновений.

Опасаясь, что он может рассердиться на малыша, я попятилась, но, увидев неожиданное состояние Энока, поспешно бросилась к нему.

«Ваше Величество? Что с вами?»

Широко раскрытые от испуга зрачки, едва заметная дрожь в руках. И даже вены, посиневшие и вздувшиеся на шее.

То, что демонстрировал стоящий передо мной Энок, не было ни гневом, ни раздражением. Скорее…

«Он боится?»

Да. Эмоция, застывшая в его затуманенных серых глазах, была близка к страху.

«Ваше Величество?»

Испугавшись его расфокусированного взгляда, я бросилась к нему, но замедлила шаг из-за холода, исходящего от него.

Побоявшись, что этот холод может плохо повлиять на ребенка, я первым делом усадила малыша на стоящий рядом стул и снова подошла к нему. На коже Энока начали проступать сверкающие кристаллы льда.

«Что происходит…… Ваше Величество, Энок! Придите в себя».

Увидев, как он мучительно схватился за область сердца, я перехватила его руку, покрытую инеем. По моему телу пробежала волна холода.

«Ух, как холодно».

Но это длилось лишь мгновение.

Снежинки, распускавшиеся на тыльной стороне ладони с вздувшимися венами, начали постепенно таять от места моего прикосновения, и в глазах Энока начал медленно возвращаться блеск жизни.

Хотя его дыхание всё еще оставалось слабым.

«Вы в порядке? Ваше тело… оно слишком холодное».

На этот раз, когда я приложила ладонь к его белой щеке, на которой проступали ледяные узоры, из губ Энока, словно он наконец смог вздохнуть, вырвался сдавленный голос.

«Лиана……»

«Вы слышите меня? Ваша температура внезапно упала……!»

Я с облегчением вздохнула, видя, что сознание возвращается к нему.

Но прежде чем я успела что-либо предпринять, Энок потянул меня за переплетенную руку и крепко прижал к себе.

«Еще немного… еще совсем чуть-чуть……»

Рука, которую я подняла, чтобы оттолкнуть его, опешив от внезапного контакта, замерла в воздухе, почувствовав, как дрожит всё его тело.

«Как тело человека может быть настолько холодным?»

Он был ледяным, словно мертвец, и прижимался ко мне так отчаянно, будто я была его последней надеждой.

В конце концов, я опустила руку и похлопала его по широкой спине, после чего Энок издал долгий, изнуренный вздох.

«Ха-а……»

Когда он в изнеможении прислонился лбом к моей открытой шее, я почувствовала, как сопровождавший его холод быстро исчезает.

Мы простояли так неподвижно какое-то время.

И только когда иней, поднимавшийся по его шее, окончательно исчез, я слегка отстранилась от Энока.

«Ваше Величество, что вообще сейчас произошло……?»

«……Я же говорил вам. Когда вы касаетесь меня, мне становится тепло».

http://tl.rulate.ru/book/169305/11856960