Готовый перевод If You Desire the Duties of Marriage / Если вы желаете исполнения супружеского долга: Глава 34: Чувства на краю обрыва (2)

Треск, треск —

Звук пламени в камине заполнял спальню Герцогини.

Хозяйка комнаты, Духа, сидела у огня в ночной сорочке и обрабатывала дерево.

Длинная и гибкая на вид ветка удивительным образом принимала форму лука.

То, что она так усердно мастерила в этот поздний час, было игрушечным луком, обещанным Маргарет.

Создание настоящего лука занимало очень много времени, но для игрушечного было достаточно и одной ночи.

Однако, хоть это и была игрушка, лук оставался луком.

Духа с серьезным лицом проверяла баланс.

Завтра был день, когда она обещала встретиться с Маргарет, поэтому работу нужно было закончить до рассвета.

В этот момент...

Бам —

С грохотом распахнулась дверь, и в комнату решительным шагом вошел Леонхарт.

Испуганная Духа поспешно спрятала ветку в складках юбки и повернула голову.

Она хотела было поздороваться, притворившись невозмутимой, но не смогла вымолвить ни слова.

Глаза Герцога, Леонхарта, были полны ярости.

Казалось, он не был так зол даже тогда, когда видел Нейта или Четвертого принца.

Пока изумленная Духа лишь безмолвно шевелила губами, Леонхарт заговорил первым.

— Я же ясно сказал.

Его голос, хоть и оставался холодным, всегда был спокойным, но сейчас он звучал крайне возбужденно.

— Никогда не входи во флигель.

«Флигель».

Духа невольно приоткрыла рот.

Она думала, что в течение этих пятнадцати дней пробиралась туда тайно от всех, но как же он узнал?

— ...О чем вы говорите?

— Оставь попытки притвориться, будто ничего не знаешь.

На сжатых кулаках Леонхарта проступили вены.

Было очевидно: стоящий перед ней мужчина гневался именно на Духу.

Духа постаралась восстановить дыхание, делая вид, что спокойна, и заговорила:

— Хорошо. Простите, что я пошла во флигель без вашего разрешения. Но...

— Из-за тебя моя единственная семья при смерти. Как ты собираешься за это отвечать?

Услышав слова Герцога, Духа забыла, что хотела сказать, и тупо уставилась на него.

Единственным членом семьи Герцога во флигеле была Маргарет.

Но раз она «при смерти», неужели...

— Неужели Маргарет стало совсем плохо...

— Кто позволил тебе так фамильярно называть имя прежней Герцогини?

Леонхарт швырнул на пол нечто, что держал в руках.

— Ты выбирала только самые бесполезные занятия.

То, что он бросил, было парой тряпичных кукол, которых Духа подарила Маргарет.

Духа молча смотрела на кукол, упавших у ее ног.

— Ты знаешь, что произошло из-за того, что ты попусту тревожила бабушку?

Маргарет, бабушка Герцога, действительно находилась в критическом состоянии.

У нее был сильный жар, непрекращающийся кашель, а по коже пошла сыпь.

Никакие лекарства не помогали улучшить симптомы, и лекари уже говорили, что сегодняшний рассвет станет решающим моментом.

— Лекарь сказал, что она наглоталась холодного воздуха и была так эмоционально возбуждена, что это стало непосильной нагрузкой для организма.

«Из-за эмоционального возбуждения».

Духа вспомнила образ Маргарет, чьи щеки краснели, а глаза сияли каждый раз, когда она видела Духу.

Она стояла неподвижно, сжимая подол юбки.

— Впрочем, тебя это вряд ли касается.

Леонхарт, сверля ее взглядом, скривил губы.

— Тебе ведь просто нужно было доказать, какой ты замечательный и добрый человек.

— ...Все совсем не так.

— Вот как. Но та женщина, которую я знаю, всегда вела себя именно так. Разве не так было и в ту ночь?

После слов Герцога Духа вспомнила тот день, когда Нейт пригласил их на званый ужин.

Она вспомнила, как он отказывался от ее предложения попытаться наладить отношения с дядей, пока не напился.

В итоге ей оставалось только прикусить губу вместо ответа.

Леонхарт нахмурился, глядя в глаза своей жены, которая, казалось, вот-вот расплачется.

На самом деле он и сам понимал, что нельзя винить одну лишь Духу.

Если и разбираться, кто виноват, то это была вина и рыцарей, не пресекших ее визиты, и горничных, не досмотревших за Маргарет.

«Прошу прощения, господин. На самом деле в тот день служанка Герцогини подходила к флигелю, а не господин Даниэль, но я не счел это чем-то важным...»

Когда он выслушал запоздалый доклад Клода, а лежащая в бреду Маргарет невольно прошептала имя «Духа», все уже случилось.

Духа, вероятно, пожалела Герцогиню, которая выглядела так, будто весь день заперта в четырех стенах.

Поэтому она и старалась ее порадовать.

Разумом он понимал это, но не мог легко успокоиться.

Потому что Маргарет была для Леонхарта слишком дорога.

— ...Проклятье.

Он бросил ругательство, неизвестно кому адресованное, и, развернувшись, вышел из спальни.

Духа тихо подняла кукол, безвольно валявшихся у ее ног.

Посмотрев на них печальными глазами, Духа медленно подняла голову.

В ее золотистых глазах читалась решимость.

*

— Каково состояние бабушки?

— Кашель удалось унять, но жар не спадает.

— Исцеляющая магия не действует, поэтому нам остается только продолжать охлаждать кожу.

— К счастью, жизненные силы ее не покинули, она держится.

С тех пор как Герцог вошел во флигель, он не отходил от Маргарет.

От докладов лекаря и мага-целителя на его прекрасное лицо легла густая тень.

— Причина до сих пор не установлена?

От ледяного голоса Герцога лекарь в замешательстве склонил голову и принялся усердно оправдываться:

— Э-это... Поскольку прежняя Герцогиня страдает от недуга души, ее тело также подвержено влиянию эмоционального состояния. Вот почему я говорил, что ей необходим абсолютный покой, но как же всё так обернулось...

— Значит, сделать ничего нельзя?

— Нет! Если будет Клауден, она сможет мгновенно поправиться.

Клауден — это редкая трава, которую за ее способность излечивать почти любые болезни, кроме внешних ран, называли «маленьким чудом». Она росла только на самых высоких утесах.

— Если есть такое лекарство, почему вы тратите время, а не доставите его немедленно?

— Дело в том, что...

Не успел лекарь открыть рот, как за окном вспыхнула молния.

Грохот, шум дождя —

Дождь, который с раннего вечера едва капал, внезапно превратился в яростный шторм.

Даже через окно было видно, что из-за непогоды видимость практически нулевая.

— Если подняться на скалы в такой день, даже самый искусный травник или лесник рискует погибнуть. Как только погода прояснится, я немедленно отправлю людей на поиски травы.

— Я пойду сам.

— Нельзя!

Когда Леонхарт без колебаний собрался выйти наружу, его путь преградили адъютанты.

Это были Клод и Барон.

— Категорически нельзя, господин. Лучше мы отправимся сами.

Клод встал перед Герцогом и произнес решительным голосом:

— Вы — глава дома Эсбаден. Вы не должны рисковать жизнью ради подобного дела.

— Ты считаешь, что спасение моей бабушки — это всего лишь «подобное дело»?

От леденящего душу голоса Герцога Клод сглотнул слюну.

Однако, не отступая, Клод опустился на одно колено.

— Разве вы не знаете, что на ваших плечах лежит не только жизнь прежней Герцогини, лежащей на той постели?

Домочадцы дома Эсбаден, многочисленные вассалы, следующие за родом, и подданные Империи, живущие на землях поместья.

Все они полагались на одного человека — Герцога Эсбадена.

— Пожалуйста, не забывайте клятву, которую вы дали, когда унаследовали титул Герцога.

Леонхарт замолчал в ответ на слова своего адъютанта.

Потому что он прекрасно знал: тот прав.

Разве он не клялся, когда после смерти родителей, преодолев множество смертельных опасностей, занял этот пост?

Клялся стать человеком, который больше всех достоин титула Герцога Эсбадена.

— Господин, мы с Клодом соберем людей и первыми отправимся туда, где растет трава. Как только ветер и дождь стихнут настолько, чтобы можно было хоть что-то видеть, мы поднимемся на утес.

В этот момент подал голос молчавший до этого Барон.

— Мы отправимся вместо вас, доверьтесь нам.

Герцог недолго смотрел на него, а затем отвернулся.

— ...Хорошо.

На этот короткий, но твердый ответ оба воина четко отсалютовали и поспешно выбежали наружу.

Каждая минута была на счету: нужно было собрать лекарей, умеющих различать травы, и сопровождающих, знающих дорогу к скалам.

— В таком случае я принесу еще лекарств, которые помогут сбить жар.

Когда маг и лекарь покинули комнату, в ней остались только Леонхарт и пара немых служанок.

Леонхарт хотел было взять за иссохшую руку свою бабушку, неподвижно лежащую на кровати, но тут же отстранился.

Он мрачным взглядом посмотрел на свою огрубевшую ладонь.

Он думал, что став Герцогом Эсбаденом, сможет получить что угодно и защитить что угодно.

Но это было не так.

Если бы он знал, что титул Герцога — это бремя, не позволяющее сделать даже малое ради человека, вырастившего его как родного сына, он бы не стремился к нему с таким усердием.

Грохот —

Бледное лицо Герцога Эсбадена то появлялось, то исчезало в отражении окна в свете молний, бьющих в землю.

*

Ш-ш-ш —

— Госпожа, нельзя! Это опасно даже для вас!

Лайла кричала сквозь бушующий ветер и дождь, накинув капюшон.

— Госпожа, ни за что! Как вы собираетесь взбираться на скалы в такую погоду!

— Отпусти, Лайла.

— Даже если вы не пойдете, Герцог отправит рыцарей! Зачем вы это делаете?!

Ее единственная хозяйка, Духа, сидела верхом на лошади, так же плотно натянув капюшон.

— К тому времени, как они отправятся, будет уже поздно. Нужно ехать сейчас.

— Вы же даже дороги не знаете, куда вы собрались!

— Дорогу я знаю. В окрестностях есть только один утес, где может расти Клауден.

— И-ик, не пущу! Ни за что не пущу!

— Пусти, Лайла!

— А-а-а! Вы думаете, я ради этого, рискуя жизнью, ходила во флигель?!

Лайла по просьбе Духи тайно проникла во флигель и узнала о состоянии Маргарет и лекарстве.

«Клауден» — трава, исцеляющая все болезни, растущая только на вершинах скал.

Духа хорошо знала это растение, которое высоко ценилось и в Башале.

— Даже если вы поедете сейчас, нет гарантии, что вы его найдете! В любом случае Клауден...

— Я смогу найти!

— Не упрямьтесь...!

Грохот —

Это был момент, когда хватка испуганной громом Лайлы ослабла.

Духа, не колеблясь, ударила ногами по стременам и взмахнула поводьями.

— Принцесса, не уезжайте! Принцесса!

Духа на полной скорости мчалась сквозь дождь, оставляя позади отчаянные крики своей служанки.

http://tl.rulate.ru/book/169281/13673255