Готовый перевод I Want to Be a Wicked Daughter-in-Law / Я хочу стать плохой невесткой: Глава 17: Неожиданный приём (1)

Закончив сборы, я поднялась в экипаж. Откинувшись на сиденье, которое было мягче кровати, я внезапно почувствовала обиду.

«Что это такое? У меня есть такое мягкое кресло, а я даже не могу на нем поваляться».

Но если бы я это сделала, прическа точно бы растрепалась. Я с силой надавила ладонью на соседнее место. Сиденье мягко прогнулось под рукой, а затем спружинило обратно, от чего мне стало еще досаднее.

Видимо, со стороны казалось, что я не нахожу себе места от волнения. Серулиан произнес спокойным тоном:

— По поводу ужина можете особо не переживать. Весьма вероятно, что Ваша Светлость даже не сядет за стол, а лишь поприветствует вас и сразу уйдет к себе в комнату.

— Даже при том, что это наша первая встреча, на которой он должен присмотреться ко мне?

Я была в недоумении. Пригласить человека и просто кивнуть на прощание? На мой вопрос Серулиан ответил невозмутимо, словно в этом не было ничего особенного:

— Он со всеми одинаково немногословен. То, что он вообще покажется вам на глаза — уже большое событие. Эдель и так пользуется особым отношением.

У него что, лицо золотом покрыто? Оказывает особую честь, просто показавшись! Даже император бы так себя не вел.

Пока я возмущалась, Калима добавила с улыбкой:

— Зато в бою он просто великолепен.

— Лишние разговоры, — прервал её Серулиан.

Судя по всему, этот человек совершенно не умеет общаться, но при этом мастерски владеет мечом и всегда на передовой. Чем больше я слушала, тем меньше понимала, что он за личность.

«Наверное, он выглядит как угрюмая глыба камня? Интересно, он так же хорош собой, как Серулиан? Или у него настолько холодный вид, что о внешности и не задумываешься».

Пока я представляла себе Герцога Люка, Серулиан тихо вздохнул.

— Эдель.

Прежде чем он успел что-то сказать, я уверенно похлопала себя по груди и ответила:

— Да! Не волнуйтесь.

— ...Вы знаете, о чем именно я беспокоюсь?

— Конечно, знаю! — бодро отозвалась я.

— Я стану самой ужасной невесткой в мире! Буду еще более злобной и несносной, чем в прошлый раз.

— ...

Серулиан замолчал, а Калима расхохоталась.

Хотя они оба не выглядели серьезными, я была настроена решительно. Ведь принцесса Ванелинн наверняка ждет меня, словно ядовитая змея.

«Возможно, после того случая она уже успела оскорбить Серулиана».

Мне стало его жаль — ведь ему приходится жить с ней под одной крышей каждый день, поэтому я добавила чуть мягче:

— Если будете нервничать, просто доверьтесь мне.

Я человек слова. И никогда не задерживала сдачу рукописей.

Калима, долго смеявшаяся до колик, вытерла слезы и произнесла:

— Какая вы решительная. Пожалуйста, позаботьтесь о нашем Командоре.

— Я его защищу!

Пока мы перешучивались, Серулиан резко отвернулся.

Вскоре экипаж прибыл к поместью Герцогского дома Люк. Перед тем как выйти, я еще раз прокрутила в голове слова Серулиана.

«Герцог Люк. Угрюмый, равнодушный. Только покажется на глаза».

Решила, что тоже просто поздороваюсь и всё.

С этим твердым намерением я выглянула из открывшейся двери экипажа, но...

«Вы об этом не предупреждали!»

Вместо Серулиана, который должен был подать мне руку, там стоял незнакомый высокий мужчина.

Рыжие волосы, спокойные голубые глаза. Высокий рост и стройное телосложение. В его облике чувствовалась какая-то небрежность, но это лишь придавало ему атмосферности. Он напоминал человека, который в одиночестве стоит в лесу среди пылающих багрянцем кленов.

Морщинки в уголках его глаз казались сухими, словно старая бумага. Клянусь небом, я видела этого мужчину впервые.

«Кто это?»

Я в растерянности забегала глазами, и тогда Серулиан произнес спокойным голосом:

— Это Его Светлость Герцог Люк.

— Что?

Почему Ваша Светлость здесь?!

Это было, так сказать, проявлением прихоти.

Перед тем как был назначен ужин, Эдель, закончив черновик статьи, в свободное время набросала письмо Герцогу Люку.

Увидев розовый конверт с цветочным узором, Серулиан склонил голову набок.

— Я же говорил вам, что в отношении Его Светлости подобные вещи бесполезны.

— И всё же я сказала, что это лучше, чем ничего.

— Хм.

Серулиан принял письмо. Казалось, аромат, исходящий от Эдель, пропитал и конверт.

Посмотрев на него какое-то время, Серулиан слегка кивнул. В конце концов, решать, читать это или нет, предстояло Герцогу.

— Для начала я передам это.

В результате Герцог Люк вышел встречать Эдель лично.

Глядя на мое замешательство, Герцог Люк нахмурился. Он произнес грубоватым тоном:

— ...Кажется, это ты написала, чтобы я вышел тебя встретить?

— А, ну да, я так и написала.

На самом деле посыл был совсем иным. В письме говорилось:

<Приближается знаменательный день нашей первой встречи. Если вы поприветствуете меня с самого начала, это станет добрым знаком для нашей счастливой супружеской жизни.>

«Нет, ну где здесь просьба выйти и встречать?! Я же просто просила не выставлять меня за дверь!»

Однако я не могла поставить Герцога в неловкое положение, раз уж он удостоил меня своим присутствием. Я растянула губы в улыбке и осторожно вложила свою ладонь в его руку.

Мой мозг журналиста до мозга костей мгновенно перестроил эту неловкую ситуацию в мою пользу.

«Сегодня бог заголовков точно на моей стороне! "Герцог Люк лично встречает простолюдинку-невесту!" Если написать так, тираж взлетит до небес».

Так и до того недолго, что мой отпуск обернется увольнением, и я стану журналистом-фрилансером. Буду продавать статьи исключительно о доме Люк!

«Думаю, это отлично сработает».

В любом случае, эта ситуация помогала Серулиану, одновременно была пощечиной принцессе Ванелинн и шла на пользу моей карьере.

Я отбросила волнение и бодро спустилась из экипажа. Затем лучезарно улыбнулась.

— Спасибо за такой теплый прием, Герцог. Вы очень добры.

От моих слов окружающие широко раскрыли глаза и уставились на меня.

«Ой, неужели я слишком явно перегнула палку?»

Ведь по одному его лицу было видно, что Герцог — человек суровый и холодный. Сказанного не воротишь, и когда я уже готова была смутиться, Герцог спросил густым голосом:

— Сказала, тебя зовут Эдель?

— Да, Эдель Азиан.

Герцог пристально посмотрел на меня своими голубыми глазами и спросил:

— А родители?

Ого? Допрос о семье?

«Не слишком ли это мелкий вопрос для самого Герцога?»

Это было настолько буднично, что даже удивительно.

«Когда вернусь к работе, обязательно напишу об этом. "Неожиданно обычные родители жениха из аристократической семьи"».

Думая об этом, я честно ответила:

— Мать скончалась, а отца у меня никогда и не было.

Он ведь знает, что я дочь матери-одиночки, раз дал согласие на брак?

Я невольно попыталась уловить его реакцию. По его профилю с высокой переносицей и густыми ресницами было трудно прочесть мысли.

«Почему-то его лицо кажется знакомым?»

Я никак не могла встречаться с Герцогом раньше, но его черты казались мне до боли знакомыми.

«Где же я его видела?»

Эти глаза с глубокими веками, мягкие рыжие кудри... В общем, я точно где-то его видела!

Пока я мучилась, пытаясь вспомнить, Герцог внезапно повернулся ко мне, и мне пришлось поспешно опустить взгляд.

Он задал совершенно неожиданный вопрос:

— Ты совсем ничего не знаешь об отце?

— Что? О моем отце?

Я моргнула. Всё, что я знала — это слова матери при жизни.

— ...Мама говорила, что он был мусором, не подлежащим переработке.

В тот же миг лицо, казавшееся бесстрастным, резко исказилось.

Эту перемену в выражении было просто невозможно не заметить. Я почесала щеку.

«Неужели стоило так реагировать? Может, я выразилась слишком прямо?»

Серулиан тоже говорил, что я бываю чересчур резкой. Язык сплетен, которым я пользуюсь, для аристократов может звучать слишком вызывающе.

Я сложила руки и, неловко улыбнувшись, ответила:

— Прошу прощения, Ваша Светлость. Я еще плохо знакома с этикетом.

Герцог произнес суровым тоном:

— Отец.

— Что?

— Называй меня «отец».

— Ох.

Вокруг послышались вздохи, будто людям не хватало воздуха. Я округлила глаза и огляделась. Слуги низко склонили головы, пытаясь скрыть свои мысли, но их дрожащие плечи выдавали крайнюю степень потрясения.

«И что в этом такого удивительного?»

Мы скоро станем одной семьей, так что называть его отцом — вполне естественно. Я не понимала, почему все так всполошились.

«А, может, потому что он велел так называть его слишком рано?»

Ну да, до свадьбы это нарушение этикета. Я широко улыбнулась и открыла рот:

— О, я не могу этого сделать.

Я лишь притворилась милой невесткой, которая с улыбкой отказывает, но вокруг снова послышались звуки сглатываемой слюны.

— Ох!

— Нет, так ответить Его Светлости...

Что я сказала не так? Это же вы только что выглядели недовольными тем, что он велел называть его отцом!

Пока я хлопала глазами, не понимая, что происходит, Герцог, казалось, недовольно поджал губы и спросил:

— Почему это не можешь?

Его глаза отличались от ясных голубых глаз Серулиана. Скорее, они напоминали глубокий темно-синий цвет ночного неба.

Когда он слегка нахмурился, тень легла на его взгляд, и цвет стал еще насыщеннее.

Я невинно моргнула и склонила голову набок.

— Мы ведь еще не поженились. Называть вас отцом я смогу только после свадьбы.

— ...

От моих слов челюсть Герцога, казалось, окаменела. Пока я прокручивала в голове, не сказала ли какую-нибудь глупость, Герцог внезапно позвал сына:

— Серулиан.

— Да.

Герцог посмотрел на Серулиана с бесстрастным лицом и спросил:

— Когда вы собираетесь играть свадьбу?

Серулиан почтительно ответил:

— Нам подходит любой день.

— Сделайте это как можно скорее.

От слов Герцога мои глаза полезли на лоб.

http://tl.rulate.ru/book/168952/11792312