Готовый перевод My Husband Became a Child / Мой муж стал ребёнком: Глава 6: Проклятие герцогской семьи

«Элиза, ты слышала те слухи?»

Выражение лица барона Зерна было довольно серьезным. Случилось ли что-то? Обеспокоенная Элиза отложила книгу, которую читала, и посмотрела на отца, сидевшего напротив.

— Какие слухи?

— Поговаривают, будто женщины, безответно влюбленные в молодого герцога Клауда, рано уходили из жизни.

Что это за внезапная чушь? Элиза, склонив голову набок, переспросила барона Зерна:

— О чем вы? Хотите сказать, они покончили с собой от любовной тоски?

— Да нет же…

Барон Зерна замолчал на полуслове, внимательно наблюдая за реакцией Элизы.

— В чем дело?

— Ты в порядке?

— О чем вы?

— Это дела минувших дней, но я подумал, что тебе будет больно слышать о том, что молодого герцога любили другие женщины.

«Ах, точно. Отец ведь думает, что я искренне люблю Кальверна». Элиза плотно сжала губы и быстро зашевелила мозгами. Как ни крути, какая-то реакция была бы естественнее, чем полное равнодушие.

— Конечно, мне больно. Но раз это касается человека, которого я люблю, я хочу знать всё.

Поначалу от одного только слова «любовь» у неё по всему телу пробегали мурашки, а к горлу подкатывала тошнота, но теперь она привыкла и могла произносить это вполне непринужденно. Хотя тошнота никуда не делась.

— Наша дочь совсем выросла!

Барон Зерна, окончательно обманутый игрой Элизы, был глубоко тронут и даже прослезился. Глядя в лицо отца, Элиза почувствовала уколы совести, поэтому неловко улыбнулась и поспешила сменить тему.

— Так что вы хотели сказать дальше? Продолжайте, пожалуйста.

— Говорят, что причиной смерти тех женщин была не любовная тоска, а несчастные случаи. Они ушли из жизни из-за непредвиденных обстоятельств: кто-то попал в аварию в карете, на кого-то напали грабители.

— Значит, это были просто несчастные случаи, а не потому, что они любили молодого герцога.

— Сначала я тоже так думал, но…

— Вас что-то беспокоит?

Барон Зерна кивнул и осторожно продолжил:

— Говорят, то же самое происходило, когда его светлость герцог Клауд был молод. Утверждают, что тогда в результате несчастных случаев погибло более десяти женщин.

Не одна и не две, а целых десять? Слишком много, чтобы считать это простым совпадением.

«Неужели?»

Внезапно осознав этот факт, Элиза стала серьезнее.

— К тому же герцогиня Клауд тоже погибла в результате несчастного случая… Может быть, с домом Клауд действительно что-то не так?

— Быть не может.

Элиза ответила с улыбкой, словно и не была мгновение назад серьезной.

— Это всё домыслы. Уверена, люди, обожающие сплетничать, просто всё подстроили и пустили странные слухи, так что не волнуйтесь понапрасну, отец.

«Я сказала отцу не беспокоиться, но это действительно странно».

Этой ночью Элиза сидела на краю кровати, обняв подушку, и обдумывала слова барона Зерна. Если бы это был только рассказ барона, она бы пропустила его мимо ушей, но её беспокоило то, что раньше говорили герцог Клауд и Кальверн. О том, что её выбрали в жены, потому что она, похоже, не полюбит Кальверна.

«Они сказали, что причина тесно связана с домом Клауд, верно?»

Может, на семью Клауд и впрямь наложено проклятие? Что-то вроде проклятия, из-за которого умираешь, если полюбишь члена этой семьи.

«Нет. Тогда бы принцесса до сих пор не была в порядке».

О безответной любви принцессы Империи к Кальверну знали даже трехлетние дети. И сейчас ходили слухи, что, узнав о свадьбе Кальверна с Элизой, она заперлась в своем дворце и отказывается от еды. Так что, если бы по какой-то причине у влюбленных в Кальверна женщин возникали проблемы, принцесса не осталась бы невредимой. Она ведь любила его уже десять лет. Если бы что-то должно было случиться, это случилось бы давно.

— Тогда в чем же дело?

Какая тайна скрывается за всем этим? В голове была путаница, а на сердце — тяжесть. Элизе хотелось расспросить Кальверна напрямую, чтобы во всём разобраться, но из-за его прежних угроз она не могла этого сделать и всю ночь мучилась в раздумьях. Она заснула только на рассвете, но вскоре горничные разбудили её.

— Госпожа, просыпайтесь. Вам нужно скорее готовиться.

Элиза, проснувшаяся оттого, что её трясли за плечо, переспросила сонным голосом:

— Готовиться…? К чему готовиться…?

— Как это к чему? Конечно же, к свадьбе!

Подготовка к свадьбе? Кто выходит замуж… а, я. Поздно вспомнив, что сегодня день её бракосочетания, Элиза широко раскрыла глаза. Сонливость мгновенно улетучилась. Как только она выбралась из постели, горничная схватила её за руку.

— Времени почти нет. Ну же, скорее вставайте.

Сейчас было семь утра. Свадьба назначена на два часа дня. Но фраза «времени почти нет» стала понятна Элизе только тогда, когда началась настоящая подготовка. Одно только мытье заняло целых два часа, а после этого макияж и прическа делались без передышки, и всё равно время поджимало. Горничные двигались очень быстро. Было удивительно, как при этом они не совершили ни одной ошибки.

«Но важнее то, что я хочу есть».

Элиза схватилась за пустой желудок. С самого пробуждения она ничего не ела из-за предсвадебной суеты. Если из-за нехватки времени не получалось нормально поесть, ей хотелось хотя бы перекусить. Например, сэндвичем. Печенье или торт тоже подошли бы, и даже кусочек шоколада сейчас принес бы ей удовлетворение.

— Ой, под глазами немного потемнело.

Элиза уже собиралась попросить горничную принести что-нибудь поесть, но та, что поправляла ей макияж, заговорила первой:

— Похоже, вы плохо спали прошлой ночью.

— Конечно, это так.

Горничная, занимавшаяся волосами Элизы, ответила за неё. Её голос был полон воодушевления.

— Сегодня же свадьба. Разве вы могли уснуть от волнения?

Волнение? Кто? Я? Опешив от таких нелепых слов, Элиза подняла взгляд на парикмахершу. Горничная, встретившись с ней взглядом, с преувеличенным блеском в глазах спросила:

— Верно, госпожа? Вы ведь не спали из-за трепета?

— А? Ну, что-то вроде того.

Это была наглая ложь. До этого момента она думала лишь о том, что хочет съесть, и ни капли не помышляла о свадьбе. Но если она скажет правду, горничные сочтут это странным, поэтому Элиза просто пробормотала что-то невнятное и прилегла на туалетный столик.

— Госпожа, так вы испортите прическу!

Тут же в ужасе вскрикнула горничная.

— Скорее поднимитесь, госпожа.

— Я бы и рада, но я так голодна, что у меня нет сил.

Ей казалось, что живот вот-вот прилипнет к спине. Такими темпами она упадет в обморок еще до того, как войдет в свадебный зал.

— Можно мне хотя бы слегка перекусить?

— Нельзя. Будет ужасно, если у вас появится живот.

— Даже кусочек шоколада нельзя?

— Нельзя. Я же вам не раз говорила: если появится живот, платье будет сидеть некрасиво.

Элиза не думала, что от одного кусочка шоколада у неё вырастет живот.

— Тогда можно мне немного отдохнуть? У меня шея и поясница болят оттого, что я постоянно сижу.

— Нельзя.

Какая непреклонность. Даже самый твердый кремень позавидовал бы. Пока Элиза, оставив попытки поесть или отдохнуть, позволяла украшать себя, словно куклу, раздался стук в дверь. Кто это? Неужели уже пора идти в зал? Элиза проверила время. Час дня. До церемонии еще оставалось время. Горничная, проверив, кто пришел, почтительно доложила:

— Прибыл барон Арон.

Барон Арон? Кто это? Немного подумав, Элиза вскоре вспомнила одного человека. Барон Эдвин Арон, адъютант Кальверна. А также его верный слуга. Она слышала, что он уехал в другой город по делам, но, видимо, вернулся. Впрочем, было бы странно, если бы адъютант не присутствовал на свадьбе своего начальника. Но зачем он пришел к ней? Чтобы поприветствовать перед свадьбой?

— Что прикажете делать?

— Пусть войдет.

Какова бы ни была причина, она не могла прогнать гостя. К тому же это был предлог немного отдохнуть. Когда горничная открыла дверь, вошел мужчина с волосами огненно-рыжего цвета. Это и был барон Эдвин Арон. Элиза быстро окинула Эдвина взглядом. Не такой, как Кальверн, но внешне он был весьма недурен и статен.

— Рад нашей первой встрече, леди Элиза. Меня зовут Эдвин Арон. Можете называть меня просто барон Арон или сэр Арон.

К тому же у него был приятный голос, а работа адъютанта в доме герцога Клауда была безупречна. Можно сказать, он был из тех типов, что пользуются популярностью у женщин.

— Рада знакомству, сэр Арон.

Элиза отвела изучающий взгляд и протянула Эдвину руку. Тот с улыбкой взял её руку и легко поцеловал тыльную сторону ладони.

«Этот мужчина тоже владеет мечом».

Мозоли на ладони Эдвина были тому доказательством. Судя по их количеству, он довольно усердно тренировался в искусстве меча.

«Нужно ли адъютанту так тренироваться?»

Он ведь не рыцарь-эскорт? Это было немного странно, но она решила, что на то есть свои причины. Да и любопытство не было настолько сильным, чтобы расспрашивать. Когда формальное приветствие закончилось, Эдвин произнес с некоторой бесцеремонностью. Его приподнятые уголки губ выглядели жизнерадостно.

— Надо же, госпожа Элиза, вы отличаетесь от слухов.

— Что вы имеете в виду?

— То и имею. По пути в столицу я слышал о вас разное, но вы разительно отличаетесь от того, что я слышал.

И что же именно ты слышал? Элиза попросила его пояснить, но Эдвин лишь уходил от ответа, так и не сказав ничего конкретного. Что за человек? Элиза, почувствовав раздражение, скривила губы и повторила его же слова:

— Ох, какое совпадение. Я тоже слышала о сэре Ароне разное от молодого герцога.

Это была чистая ложь. Элиза ничего не слышала об Эдвине от Кальверна. Поэтому, если бы Эдвин переспросил, что именно он говорил, ей было бы нечего ответить, но это не имело значения. Она собиралась точно так же уклониться от ответа, как сделал он. Тогда и он почувствует раздражение, верно? Элиза пристально посмотрела на него, желая увидеть, как исказится это смазливое лицо.

— Пфф.

Эдвин не нахмурился, а, наоборот, прыснул от смеха. Что с этим мужчиной? Он сейчас посмеялся над ней? Чтобы не возникло сомнений, Эдвин продолжал смотреть на Элизу и улыбаться. Элиза смотрела на него как на сумасшедшего, но Эдвина это не заботило. Напротив, словно забавляясь ситуацией, он громко рассмеялся, а затем обернулся к горничным:

— Вы все, выйдите на минуту.

— Но мы еще не закончили…

— Достаточно пяти минут. Это не займет много времени, так что оставьте нас ненадолго.

— Слушаемся.

Горничные, которые на просьбы Элизы как попугаи твердили «нельзя», без особых возражений вышли наружу, повинуясь Эдвину.

— Хм.

Элиза фыркнула от такого поворота. Она знала, что не является для них желанной персоной, но чтобы настолько… Было и горько, и неприятно. Всё-таки она формально выше их по положению, разве можно так открыто её игнорировать?

— Они не игнорируют вас, госпожа Элиза.

Когда Эдвин заговорил так, будто прочел её мысли, Элиза вздрогнула и посмотрела на него. Встретившись с ней взглядом, Эдвин прищурился в красивой улыбке и сказал:

— Просто приказы молодого герцога для них важнее ваших.

Глаза его улыбались, но в глубине бледно-розовых зрачков таился острый, изучающий взгляд.

— Молодой герцог велел подготовить вас идеально, чтобы никто не смог найти изъяна. Так что они ни в коем случае не игнорируют вас.

Против этого было нечего возразить, но в его словах была ошибка.

— Но они ведь послушались вас, сэр Арон? Вы ведь не хотите сказать, что ваши слова важнее приказов молодого герцога?

— Разумеется, нет. Горничные послушались меня, потому что я получил разрешение молодого герцога прийти сюда. Естественно, они решили, что он выделил время и для нашего разговора.

— Это значит, что на самом деле он не давал нам времени.

— Верно. Он велел мне не мешать по пустякам, просто поздороваться и выйти. Ах, я нарушил приказ, так что, если молодой герцог узнает, мне конец.

Эдвин говорил шутливо, даже изобразил жест «секир-башка», но Элизе было не до смеха. И потому, что глаза Эдвина по-прежнему не улыбались, и потому, что он не мог выставить горничных без веской причины. Что-то здесь не так. Элиза насторожилась и спросила прямо:

— Итак, зачем вы выставили горничных?

— Я не собираюсь ничего с вами делать, так что не нужно так настороженно на меня смотреть.

Кто бы этому поверил. Поскольку Элиза не ослабляла бдительность, Эдвин с сожалением пожал плечами.

— Мы же соратники в одной лодке, а у вас совсем нет доверия.

— Соратники в одной лодке? Почему это?

— Почему?

Эдвин очень многозначительно улыбнулся и продолжил:

— Да потому, что мне известен ваш секрет.

http://tl.rulate.ru/book/168944/11791694