Готовый перевод The Way That Knight Lives As A Lady / Как рыцарю жить как леди: Глава 9: Неожиданная победа

Янсгар более двадцати лет вел активные завоевательные войны. Причина, по которой Эрша, находившаяся по соседству на востоке, смогла выжить всё это время, заключалась в том, что Эрша была братским государством, вышедшим из того же корня.

Братья-близнецы, основавшие эти страны, утверждали, что они — дети Иштар, Хаджохар и Хабахир, и провозгласили рожденные ею звезды-близнецы символами своих государств. Эрша и Янсгар долгое время были союзниками и всегда относились друг к другу дружелюбно.

Однако в конце концов Янсгар вторгся в Эршу.

Лусифелла смотрела на пейзажи императорского дворца Янсгара. Глядя на здания, построенные в стиле, похожем на стиль Эрши, она закрыла глаза.

Эрша когда-то была такой же. Она была скромнее и меньше Янсгара, но когда устраивались балы, там всегда было очень шумно. Конечно, во время балов она всегда была занята.

Дул прохладный осенний ветер. Сменив мундир на платье, она взяла Графа за руку и осторожно поднялась по лестнице, шагнув в сияние этого великолепного императорского дворца, похожего на иной мир.

Разливались благоухающие ароматы и прекрасная музыка. Каждый шаг по холодному мрамору отдавался звонким стуком. Она шла по галерее, ведущей в бальный зал, вместе с Графом.

Там было много людей, но все они хранили молчание. Всё потому, что взгляды всех присутствующих были прикованы к ней.

Лусифелла знала, что в этих взглядах читались любопытство и сарказм. На самом деле, хоть она и была прямолинейной, её дух не был настолько железным, чтобы совсем не чувствовать боли от подобных взглядов.

Однако, поскольку объектом этих взглядов была не «Эстель», а она сама в нынешнем обличии, ей было неприятно, но она не чувствовала себя подавленной.

Вскоре двери банкетного зала распахнулись, и слуга объявил об их прибытии. Все, кто был внутри, посмотрели на неё.

Она шла медленно, твердо чеканя каждый шаг, и разглядывала лица аристократов Янсгара. Ей было любопытно, какое выражение у них на лицах. При её взгляде люди отводили глаза, стараясь не встречаться с ней взглядом.

Пока она стояла смирно, они так пялились, а теперь, когда она посмотрела на них, ведут себя вот так. Это показалось ей забавным, и она усмехнулась, взглянув на Графа Айдина. Тот смотрел на неё с беспокойством.

— Давай отойдем вон к той стене. Там на тебя будут меньше смотреть.

На слова Графа Лусифелла кивнула. Несмотря на то что ситуация была неловкой и даже постыдной, лицо Графа оставалось спокойным. Имея такого любящего отца, как Лусифелла могла решиться броситься в озеро?

Лусифелла подумала, что выносить устремленные на неё взгляды оказалось легче, чем она ожидала. Потому что рядом был Граф Айдин.

Никто не посмеет сказать ничего дурного Графу, а значит, и у неё не будет повода ввязаться в неприятности. Граф, кажется, тоже это понимал и ни на шаг не отходил от Лусифеллы.

Присмотревшись, она поняла, что Граф был идеальным и любящим отцом. В каком-то смысле из-за Лусифеллы семья понесла огромные убытки, но Граф неизменно проявлял к ней теплую привязанность.

Единственным его недостатком было то, что он всегда казался занятым.

Лусифелла посмотрела на помост, где должны были сидеть члены императорской семьи. Он всё еще пустовал. Император еще не прибыл, и, похоже, принцы, включая кронпринца, тоже. Как и её жених с совершенно невыносимым характером.

В этот момент она слегка улыбласть, пообещав себе, что выместит всё раздражение от уроков танцев и этикета, наступив герцогу Хайнту на ногу.

Однако вскоре ей стало скучно. Глядя на аристократов Янсгара в их пышных нарядах, она почувствовала, как внутри закипает гнев. Она изо всех сил сдерживалась, помня о том, что нельзя устраивать скандал.

— Граф Айдин!

Кто-то позвал его издалека. Граф обернулся.

Кто это? Посмотрев в ту сторону, она увидела мужчину с золотистыми волосами в излишне роскошной одежде, который звал его. Когда она бросила вопросительный взгляд, Граф ответил с застывшим лицом:

— Это твой двоюродный дядя.

— Что?

Она не была глупой, но Эстель плохо разбиралась в таких тонкостях родства. Кто кому кем приходится по крови... Двоюродный дядя — это кто?

— Герцог Идрис. То есть, родной дядя кронпринца по материнской линии.

Когда Лусифелла в замешательстве наклонила голову, Граф добавил объяснений. Она кивнула, но внезапно пришедшая в голову мысль привела её в ужас.

Значит, она и кронпринц, которые, по слухам, были любовниками, состояли в родстве?

Если подумать, так и было. Она слышала, что её отец, Граф Айдин, был двоюродным братом покойной первой императрицы, матери кронпринца, и потому вполне естественно примкнул к фракции кронпринца.

В королевских родословных случаи союзов между родственниками не были редкостью, но отношения между троюродными братом и сестрой — это всё же немного странно. Это место было поистине непостижимым.

Значит, ей стоит поприветствовать этого родственника? Когда она сделала шаг, взглянув на Графа, лицо герцога Идриса явно исказилось.

Он не выглядел так, будто рад её видеть. Герцог Идрис хотел видеть только Графа Айдина.

Что же делать? Когда она невольно снова посмотрела на Графа, он тоже встретился с ней взглядом. Глядя на его суровое лицо, она разомкнула губы:

— Ступайте.

Она сама удивилась голосу, прозвучавшему непроизвольно. Она не собиралась этого говорить, так почему же рот заговорил сам по себе?

«Всё равно вы пойдете, даже если я попрошу не уходить».

Ой? Что это за мысль только что промелькнула в голове?

Она была сбита с толку внезапно возникшей мыслью.

Граф улыбнулся на её слова и несколько раз похлопал её по плечу.

— Я скоро вернусь, а ты пока пообщайся с друзьями.

С этими словами Граф повернулся к ней спиной и направился к герцогу Идрису. Лусифелла была поглощена словами, сорвавшимися с её губ, и мгновенной мыслью.

Даже зная, что она попала в чужое тело, она никогда глубоко не задумывалась об этом моменте. Лусифелла мертва? Или она всё еще в этом теле?

Только что это определенно была мысль Лусифеллы. Она попыталась сосредоточиться на этой мысли, но та больше не возвращалась.

Решив, что продолжать раздумья бесполезно, и почувствовав неприятный осадок на душе, она огляделась и смерила сердитым взглядом людей, которые шептались, глядя на неё.

Граф, скорее всего, не вернется быстро. Почему-то интуиция подсказывала ей именно это.

Как только Граф ушел, она оказалась один на один с насмешками, которые раздавались так громко, чтобы она точно их слышала.

Ситуация была явно не из лучших. По привычке она хотела скрестить руки на груди, когда о чем-то задумывалась, но вовремя спохватилась, чинно сложила руки и задумалась.

— Боже мой! И как ей только хватает наглости до сих пор показываться на людях.

— Ах, какая бесстыдница.

За возбужденными женскими голосами последовал издевательский смех остальных. Однако Лусифелла сохраняла невозмутимое выражение лица, несмотря на откровенные насмешки.

Подняв взгляд, она увидела, что не только женщины, но и мужчины поглядывали на неё. Казалось, это было доказательством того, что сплетни любят не только дамы.

— Вы уже поправились, благородная леди Айдин?

В этот момент раздался вкрадчивый голос. Лусифелла повернулась на звук: к ней приближалась женщина в зеленом платье.

Хотя она прикрывала лицо веером, даже лишенная проницательности Лусифелла видела скрытую за ним насмешку.

Должна ли она хранить молчание в ответ на заданный вопрос? Лусифелла погрузилась в раздумья.

— Говорят, в последнее время с вами столько всего случилось... Это стало весьма известным случаем. Вы ведь даже встретились с тем убийцей из Гринхилла? Говорят, вы сели в экипаж, которым управлял убийца, с вами ведь не случилось ничего непоправимого?

Слова «ничего непоправимого» несли в себе неприятный подтекст, отчего взгляды людей стали двусмысленными. Лусифелла по-прежнему хранила спокойное молчание.

— Благородная леди, неужели слухи о том, что вас душили, правда, и к вам так и не вернулся голос?

Как ей поступить? На самом деле, для Лусифеллы слова этих людей не представляли никакой угрозы. Если эти женщины сражались языками, то Эстель рисковала жизнью на поле боя.

Однако поговорка о том, что слово порой ранит больнее меча, возникла не на пустом месте. В словах этой женщины было много того, что её задевало.

— Вам просто нечего сказать? А ведь я спрашиваю, потому что так беспокоюсь за вас.

В ответ снова послышался смех. Мадам Эрен велела ей помалкивать, но, как ни посмотри, если она и дальше будет молчать, то будет выглядеть дурочкой.

— Причина, по которой я молчу... — начала Лусифелла.

Все взгляды тут же устремились на неё. В ответ на эти предвкушающие взоры Лусифелла прямо посмотрела на женщину.

— ...заключается в том, что я не знаю, кто вы такая. Кто вы, раз так сильно обо мне беспокоитесь?

На самом деле это не было частью «изящной» иносказательной манеры речи благородных дам, а скорее дерзким ответом, принятым среди простых людей.

Конечно, не знать имени отпрыска влиятельного рода само по себе могло стать позором. Но у неё была своя уверенность.

Она рассудила, что если бы это была дочь из великого дома, такого как герцогский или маркизский, она бы не стала выступать сама, а выставила бы вперед кого-то другого, подобно командиру, который стоит позади своих солдат.

Доказательством служило то, что платье женщины, источавшей яд, явно контрастировало с её собственным, великолепным нарядом.

Лицо женщины, услышавшей слова Лусифеллы, мгновенно залилось краской. Ведь если бы она спросила: «Как вы можете меня не знать?», это лишь выставило бы её в смешном свете.

— Мы с вами время от времени обменивались приветствиями, похоже, ваша память недостаточно хороша, чтобы запомнить меня.

— Должно быть, так.

Когда она спокойно парировала её раздраженную колкость, среди присутствующих послышались смешки.

Хотя Лусифелла признала, что у неё плохая память, в любом случае, с того момента, как женщина первой вышла из себя, любые её дальнейшие слова выглядели лишь как пустые нападки.

Лусифелла огляделась в поисках «командира», который надоумил эту женщину.

Среди любопытных взглядов один показался ей особенно неприятным. Это была девушка с платиновыми волосами. Интуитивно поняв, кто здесь «командир», Лусифелла посмотрела ей прямо в глаза.

— Благородная леди! Сейчас перед вами я! Неужели вы игнорируете моё беспокойство?

Лусифелла снова перевела взгляд на женщину. Та казалась разгневанной из-за того, что её игнорируют, но при ближайшем рассмотрении стало заметно, что она занервничала, когда взгляд Лусифеллы остановился на той платиновой блондинке.

Внезапно Лусифелле стало любопытно. Можно ли об этом спрашивать? После долгих раздумий любопытство всё же победило.

— Можно задать один вопрос?

— Неужели вам наконец стало интересно моё имя?

Лусифелла покачала головой и сказала:

— То, что я едва не попала в беду — это уже общеизвестная сплетня, так что оставим это. Но откуда вы узнали, что я села в экипаж преступника и что меня душили?

— Что?

Женщина растерялась от неожиданного вопроса.

— Это рыцари...

— Что? Рыцари?

Теперь настала очередь Лусифеллы удивляться.

— Вы хотите сказать, что об этом вам рассказали рыцари?

Когда Лусифелла переспросила, уточняя, женщина приняла смущенный вид.

Рыцари рассказали ей об этом? Что за чушь?

— Его Величество император лично приказал рыцарям Янсгара поймать этого убийцу. В таком случае разве подробности расследования не должны были держаться в секрете?

Разве здесь не так? Неужели методы расследования рыцарей Янсгара отличаются? Они специально раскрывают всю информацию, чтобы вести следствие?

Лусифелле действительно стало интересно. В этот момент среди зрителей, окруживших их, послышались мужские голоса: «А ведь и правда», «Расследование еще идет, как она узнала об этих деталях?».

Похоже, сомнения Лусифеллы были не беспочвенны. Лусифелла издала короткий смешок, полный недоумения.

— Что же, получается, у рыцарей языки без костей?

Выражение «языки без костей» определенно не входило в лексикон леди. Хотя манера речи Лусифеллы внезапно стала грубой, затронутая ею тема была настолько серьезной, что люди зашушукались.

Информация о деле, расследование которого поручил сам император, просочилась наружу — что могло быть серьезнее этого?

На поле боя они строили из себя невесть что, а рыцари Янсгара, оказывается, ничего из себя не представляют. Если бы такое случилось в её рыцарском ордене, виновным не хватило бы и сотни кругов по плацу под палящим солнцем и купания в ледяной воде зимним днем.

Эх, какой позор. Лусифелла цокнула языком.

— Н-нет, это не так!

Благородная леди, которая внезапно оказалась виновной в оскорблении рыцарей Янсгара, была в полном замешательстве. Её вид даже вызывал некоторую жалость. Но Лусифелла не собиралась упускать возможность высмеять рыцарей.

— Я весьма разочарована в рыцарях Янсгара.

Цокая языком, она посмотрела в сторону мужчин, и несколько статных дворян, похожих на рыцарей, отвели взгляды. Когда Лусифелла снова посмотрела на платиновую блондинку, та побледнела.

Судя по всему, именно та сторона получила информацию от рыцарей и распространила её.

Герцог Хайнт должен был это видеть. Стоило бы высмеять его за то, что он не может заставить своих подчиненных рыцарей держать язык за зубами. Какое бы выражение приняло его высокомерное лицо, услышь он это?

Но где же этот человек? Лусифелла нахмурилась, высматривая своего так называемого жениха, но, как назло, в нужный момент его нигде не было.

— Разве вы не знаете, что ваш жених тоже рыцарь? Честь вашего жениха...

— Честь Его Светлости герцога опорочила не я, а вы, леди.

Лусифелла уже говорила без обиняков, будь что будет.

Её манера речи оставалась прямой, но, как бы то ни было, она смягчила концовку, и вместе с её красивым голосом это прозвучало довольно убедительно. При этих словах женщина с досадой отступила, издав недовольный звук.

«Я... победила?»

Судя по лицам присутствующих, она, сама того не желая, одержала победу. Вопрос об имени был случайным ходом, а когда ей стало любопытно узнать об источнике информации, она просто высмеяла рыцарей.

В этот момент прозвучали трубы, и все повернулись к входу в банкетный зал. Троекратный звук труб означал появление императора.

При этом сознание Лусифеллы мгновенно обострилось.

Император. Тот самый человек, который развязал войну.

Тот самый мужчина, которому она так сильно хотела снести голову, идет сюда.

Её охватило нетерпение. Снова проснулась странная профессиональная привычка. Лусифелла невольно напряглась и крепко сжала кулаки в перчатках.

Император даже издалека казался статным стариком. Как он выглядит, она не могла разобрать, так как не могла подойти близко.

Зато по одной его походке она поняла, что, несмотря на возраст, император был крепким мужчиной. Он разительно отличался от последнего короля Эрши.

За императором следовали императрица, кронпринц и второй принц.

Тот блондин — кронпринц? Она тут же отвела взгляд. В этот момент она встретилась глазами с герцогом Хайнтом, который входил вслед за принцами. Она отвела глаза.

Всё её внимание было сосредоточено исключительно на императоре.

Император воссел на трон, установленный на помосте, и беседовал с аристократами, пришедшими поприветствовать его.

Сердце бешено колотилось. Убить его? Смогу ли я его убить? В душе Лусифеллы внезапно громко подала голос Эстель. Она лучше всех знала, что это невозможно.

Во-первых, у неё не было оружия, не было сил, чтобы нанести смертельный удар, и прежде чем она успела бы приблизиться к императору на достаточное расстояние, её голову снесли бы мечи рыцарей, стоящих подле него. И одним из тех, кто отрубил бы ей голову, был бы герцог Хайнт.

Рядом по-прежнему ловили на себе насмешливые или любопытные взгляды, но в её голове роились лишь кровавые мысли о том, как убить императора.

Долго пронаблюдав за императором, она с трудом заставила себя успокоиться и огляделась. Внимание людей, прежде прикованное к ней, переключилось на императора.

Лучше воспользоваться моментом, уйти и вернуться позже. Поняв, что она слишком взбудоражена из-за одного лишь императора, Лусифелла, избегая чужих взглядов, осторожно направилась на второй этаж банкетного зала.

Из-за появления императора на втором этаже никого не было. Лусифелла шла туда, куда вели её ноги.

Как и в королевстве Эрша, здесь были предусмотрены комнаты отдыха. Лусифелла без колебаний открыла самую роскошную дверь в конце коридора и вошла внутрь.

Увидев мягкий диван в комнате отдыха, Лусифелла со вздохом опустилась на него.

Комната отдыха в Янсгаре была для неё чужим местом, но она вела себя так, словно была здесь завсегдатаем. При этом она не чувствовала ни малейшего диссонанса в своих действиях.

Сидя на диване, она сняла туфли на высоком каблуке. Лишенная чувства прекрасного, она воспринимала эту обувь лишь как неудобные кандалы.

Когда ногам стало легче, она вздохнула и откинулась на спинку дивана. Стараясь не испортить прическу, она задумалась о том, что же она делает.

В конце концов, всё, что она делает — это притворяется аристократкой, облачившись в наряды знати Янсгара, чтобы приспобиться к жизни в теле Лусифеллы.

Неужели ей действительно стоит попытаться убить императора? Но даже это не вернет Эршу.

Она хотела узнать, где Лиам, но если бы она могла это выяснить, император давно бы нашел его и отрубил ему голову. В итоге она ничего не могла поделать.

Погруженная в мрачные мысли, она не заметила, как кто-то открыл и закрыл дверь. Послышались шаги, приближающиеся к ней, и только тогда она резко обернулась.

— Ого, Луси. Ты всё-таки ждала меня?

Мужчина с красиво зачесанными каштановыми волосами улыбался. У двери стоял кронпринц.

http://tl.rulate.ru/book/168731/13828706