Готовый перевод Flowers in the Mirror, Moon on the Water / Цветок в зеркале, луна на воде: Глава 14: Императорский указ

— Если бы вы действительно знали, чего я желаю на самом деле, вам не следовало этого делать.

— Этого?

— Этого? — внезапно переспросил он. Чонъёп на мгновение замер с недоуменным выражением лица, но вскоре, уловив скрытый смысл слов Ёнджу, замолчал.

— Говорят, вы даже не являлись во дворец с утренним приветствием, лишь бы избежать встречи со мной.

— ...

— Вы навлекли на себя гнев Его Величества, заставили беспокоиться Её Величество Императрицу, а потом среди ночи, напившись, покинули дом, перевернув всё во Дворце принца Ёна вверх дном... И вы утверждаете, что всё это было ради меня?

— Нет. Это не имеет к тебе никакого отношения.

— Как складно вы говорите.

Его отношение выдавало полное равнодушие к чувствам окружающих. Ёнджу почувствовала, как внутри закипает раздражение, и глубоко выдохнула, пытаясь совладать с собой.

— Я слышала, что скоро состоится Церемония возведения в титул принца крови.

— ...

— То, о чем вы мечтали всю жизнь, уже почти у вас в руках. Не стоит быть слишком самонадеянным, полагаясь лишь на свои заслуги. Постарайтесь не упустить эту возможность и не давайте врагам повода для нападок.

— ...Кто тебе это сказал? Что моя мечта — стать Великим принцем.

— А разве это не так? До сих пор вы отдавали всё, чтобы получить признание Его Величества. Титул Великого принца станет отличным трамплином для того, чтобы стать Наследным принцем.

«О чем вообще думает эта женщина?»

Чонъёп, молча слушавший Ёнджу, нахмурился. Он не мог понять ни Ёнджу, которая считала его цели чем-то само собой разумеющимся, ни Императрицу, которая хлопотала о его титуле якобы ради него самого. Как бы он ни старался, логика их поступков ускользала от него.

— Рядом с вами много людей, которые смотрят на вас с надеждой. Не только Её Величество и Поместье Сонгукбу, но и в нашем Дворце князя Пхёнхэ есть те, кто беспокоится о вашем будущем.

— И что с того?

— Если вы и дальше будете вести себя столь своенравно, это навредит вашему окружающему кругу. Поэтому, прошу вас, не совершайте безрассудных поступков.

— ...Надо же, какой великий стратег выискался, — фыркнул Чонъёп и ответил довольно грубо. Однако в словах Ёнджу была доля правды, поэтому он не стал спорить.

Видя, что Чонъёп ведет себя необычайно покладисто, Ёнджу немного успокоилась и, после недолгих раздумий, решила открыться ему.

— Я поняла, почему вы так злились на меня. Когда вас провозгласят Великим принцем, вам придется постоянно находиться в столице и часто бывать во дворце, и мое присутствие, должно быть, вас тяготило.

— ...

— Но... сейчас я не могу просто так перестать посещать дворец.

— Почему?

— Потому что Его Величество всё еще подозревает моего отца. Вы ведь и сами знаете, по какой причине мой брат уже более десяти лет не может покинуть столицу.

Отец Ёнджу, князь Пхёнхэ, был единственным среди обладателей княжеского титула, кто не принадлежал к Императорскому дому по крови. Еще более важным было то, что в истории государства Тэхва уже было немало князей с иной фамилией, и большинство из них закончили трагически.

Стоило монарху лишь засомневаться, как даже самый преданный подданный в мгновение ока превращался в Предателя. Каждый правитель с того самого момента, как садился на трон, стремился укрепить свою власть, и удельные князья, имевшие собственные земли и частные армии, неизбежно казались императору занозой, которую рано или поздно следовало вырвать с корнем.

— Семья князя Пхёнхэ никогда не восставала против Императорского дома. Чтобы объявить верного подданного Предателем, нужен веский повод.

— Тогда почему Его Величество опасается и вас, и клан Кё, который служил Императорскому дому на протяжении сотен лет?

— Это потому что...

— Сейчас Его Величество верит, что клан Кё и Дворец князя Пхёнхэ могут восстать в любой момент. Ему просто не хватает доказательств и официального повода, чтобы подтвердить свои подозрения.

Насколько знал Чонъёп, его отец был более подозрителен, чем любой из прежних правителей. Возможно, это было предрешено с того момента, как Император взошел на трон, свергнув своего брата при поддержке клана Кё. Как и он сам когда-то, он теперь терзался страхом, что кто-то другой может собрать силы и возвести на трон нового императора.

— Приказ явиться во дворец в качестве наставницы принцессы был передан через моего брата. Именно поэтому мне было так трудно отказать. Пожалуйста, потерпите еще немного.

— И что будет потом?

— Когда придет время, я сама покину дворец, как вы того и желали.

— ...Хорошо.

Скрыв тяжесть на душе, Чонъёп согласился. Он поднялся и встал спиной к Ёнджу. Он на мгновение забыл, что ожесточенная борьба не на жизнь, а на смерть идет не только на полях сражений. Промелькнула мысль, не слишком ли сильно он на нее давил, но осознание того, что она снова уйдет, принесло лишь чувство пустоты.

В конце концов, она всё равно уйдет.

Поскольку решение о расставании всегда принимала Ёнджу, Чонъёп решил больше об этом не думать. Он лишь порадовался тому, что им больше не нужно недопонимать друг друга или винить во всем одну сторону.

Вернувшись после разговора с Ёнджу, Чонъёп на следующий же день отправился в тронный зал, чтобы извиниться перед Императором за свое недавнее непочтительное поведение. Император, который еще два месяца назад заставлял заслуженного воина стоять за дверями, не желая его видеть, на удивление быстро сменил гнев на милость и официально издал Императорский указ о возведении его в титул Великого принца.

Узнав об этом, Благородная наложница Квак немедленно поспешила в тронный зал, дворец Санъян.

— Ваше Величество, сегодня вы выглядите особенно довольным.

— О, правда?

— Должно быть, ваше сердце успокоилось после того, как вы даровали принцу Ёну титул Великого принца?

— Вовсе нет. Я радуюсь только тогда, когда нахожусь рядом с тобой.

Император, у которого государственные дела громоздились горой, лениво развалился на ложе и рассмеялся, обнимая прильнувшую к нему наложницу.

— Ваши слова — правда?

— Разумеется. Разве Сын Неба может лгать?

Раззадоренный Император незаметно скользнул рукой по ее тонкой талии к пышным бедрам. Но Благородная наложница Квак, слегка изогнувшись, выскользнула из его объятий и, поправляя украшения в волосах, демонстративно вздохнула.

— Ох, о чем же печалится моя прекрасная Благородная супруга, что вздох ее так тяжек?

— В Императорском доме столько радостных событий, какие у меня могут быть печали?

— Ты недовольна тем, что принц Ён стал Великим принцем раньше Хон-вана?

«Думаешь, я не знаю, что у тебя на уме?»

Император перехватил запястье своей любимицы, которая уже успела отойти на пять шагов, и усадил ее к себе на колени. Благородная наложница заговорила с притворным сокрушением:

— Принц Ён — законный наследник и совершил много подвигов, так что получение титула вполне заслуженно. Но я беспокоюсь, что принц Ён ценит слова Императрицы и Дворца князя Пхёнхэ больше, чем ваши, Ваше Величество.

— Дворца князя Пхёнхэ? С Императрицей всё ясно — она его мачеха и родная тетя, их близость естественна, но со Дворцом князя Пхёнхэ связь должна была давно прерваться...

— Неужели вы не знали? Поговаривают, что в последнее время принц Ён часто видится с Княжной, Попирающей Снег.

Заметив, что упоминание Дворца князя Пхёнхэ взволновало Императора, Благородная наложница Квак вскользь упомянула о тайных встречах.

— Что? Как это так...!

В свое время Император, следуя воле покойной Императрицы, обручил принца Ёна с законной дочерью князя Пхёнхэ, Княжной, Попирающей Снег. Однако позже он разрешил их расторжение брака, опасаясь чрезмерного усиления союза принца Ёна и князя Пхёнхэ. Полгода назад Императрица пригласила княжну во дворец в качестве наставницы, и тогда он не стал препятствовать, считая, что ему нужно иное средство влияния на князя, помимо Наследника.

— Говори подробнее.

— Мне неловко пересказывать такое Вашему Величеству лично, может быть, стоит позвать кого-то другого...

— Неловко?

«Что же происходит в моем дворце, пока я не вижу?» — в гневе Император прикрикнул на наложницу.

— Это приказ! Говори немедленно!

— Ну... говорят, один из слуг видел, как принц Ён и Княжна, Попирающая Снег, возвращались после тайного свидания в уединенном саду.

— ...

— А еще говорят, что в последнее время княжна наведывается во Дворец принца Ёна, а принц заходит в Поместье наследника. Они постоянно общаются.

«Значит, принц Ён за моей спиной плетет заговоры с мятежниками?» — лицо Императора при этих мыслях окаменело. Наложница же, подлив масла в огонь, невинно добавила:

— Принцу Ёну сейчас двадцать шесть, а княжне двадцать два. Самый расцвет сил, возраст кипучей крови. Их трудно винить за чувства, но если оставить всё как есть, честь Императорского дома пострадает.

— Конечно.

— Поэтому, Ваше Величество, поиск новой жены для принца Ёна — дело долгое и сложное. Быть может, стоит сначала найти мужа для княжны и выдать ее замуж?

— Хм, это хорошая мысль.

Император на мгновение задумался и кивнул, соглашаясь с доводами Благородной наложницы Квак. Выбор жены для члена императорской семьи никогда не был простым делом, а уж выбор супруги для принца Ёна требовал особой осмотрительности.

— Князь Пхёнхэ тоже вряд ли хочет, чтобы его единственная дочь старела в одиночестве.

— Да, да. Сегодня ты говоришь на редкость разумные вещи.

— Вы мне льстите. Я просто знаю ваши желания чуть лучше других.

Обняв Императора за шею и нашептывая лестные слова, Благородная наложница лукаво улыбнулась. Теперь принцу Ёну не видать ни титула Великого принца, ни статуса Наследного принца. А Княжна, Попирающая Снег, больше не посмеет крутиться возле него или Императрицы.

Сегодня Император, который так послушно следовал ее воле, казался ей особенно привлекательным. Находясь в прекрасном расположении духа, наложница, не колеблясь, начала распускать завязки своего платья.

Спустя несколько дней по дворцу пополз странный слух. Поговаривали, что ребенок, которого Княжна, Попирающая Снег, потеряла два года назад, был рожден с признаками гермафродитизма, и это стало небесной карой, ниспосланной княжне, чья природа несовместима с Потомком Дракона.

http://tl.rulate.ru/book/168704/13823890