Готовый перевод Harry Potter and the Old Ones / Гарри Поттер и Древние: Глава 4. Исход

Глава 4. Исход

Тиера, успешно пробудивший в себе магические силы, не стал задерживаться в таинственной библиотеке. Кратко изучив содержимое ящиков деревянного стола, он извлек оттуда тяжелое каменное шило — невзрачный на вид, но весомый инструмент. Следуя указаниям из дневников Мерлина, он прочел заклинание, начертанное на кольце, задом наперед, и в тот же миг реальность дрогнула, возвращая его в тесную каморку сиротского приюта.

Теперь, когда магическая энергия текла по его венам, а за плечами был опыт контакта с Внешним Богом, переход дался ему куда легче. Вместо мучительной тошноты и дурноты он ощутил лишь легкое, мимолетное головокружение.

Тиеру заперли здесь около половины десятого вечера. Это случилось в тот час, когда сестра-настоятельница, закончив вечерний обход, удалилась для молитвы. Группа сорванцов вытащила его из теплой постели, окатила ледяной водой и швырнула в эту сырую конуру.

Он не знал, сколько пролежал в беспамятстве, но сквозь щели в двери пробивался призрачный синевато-белый свет. Раннее утро, решил Тиера, около четырех или пяти часов, когда солнце едва начинает свой подъем.

Стиснув в руке каменное шило, он нанес сокрушительный удар по дверному замку.

Раз.

Два.

Три.

Бам!

Всего три удара понадобилось, чтобы в трухлявой, изъеденной временем древесине зияла дыра. Тиера бесшумно, словно тень, выскользнул в коридор.

На старых часах в приемном холле замерло время — четыре часа двадцать шесть минут утра. Каморка под лестницей на первом этаже была идеальным местом для побега: один поворот, и ты на свободе. Сейчас и монахини, и дети видели десятый сон, и лучшего момента для ухода было не найти.

Да, он уходил навсегда.

Приют давал кров и скудную пищу, но он же был и клеткой. Здесь он не мог практиковать магию. Ученик без наставника — это стихийное бедствие. Одно неверное движение, один сорвавшийся с пальцев всполох, и вместо того, чтобы просто разнести шкаф, он мог вызвать пожар, который обратит этот и без того нищий приют в пепелище. Тиера не питал к этому месту теплых чувств, но и обрекать сотни сирот на скитания по улицам ради собственных тренировок он не желал.

Однако и отказаться от магии он был не в силах. Прожив двадцать лет обычным человеком в прошлой жизни, он не мог отбросить чудесную силу, едва прикоснувшись к ней — какой бы опасной и безумной ни была эта тропа.

К тому же, здесь он был лишь нищим сиротой. В этом чужом, пропитанном капитализмом мире, даже с его знаниями из будущего, потолком стал бы заштатный общественный колледж. На обучение в государственном университете с его неподъемными ценами у него просто не было средств.

Как говорится, не разрушив старое, не построишь новое. Не оставив уютную гавань, не познаешь истин Вселенной. У него была библиотека на другой планете, а значит, крыша над головой на первое время ему обеспечена.

В той библиотеке хранились не только книги, но и артефакты, инструменты, которые Мерлин собирал веками. Например, то самое серое каменное шило, которым он только что выбил дверь, на деле было священным камнем из Авалона. В кельтских преданиях такие камни использовали друиды, чтобы наносить природные знаки на плоть и достигать вершин трансфигурации.

Тиера использовал его как лом.

В тайниках библиотеки он нашел кроваво-красный самоцвет — неудавшийся Философский камень. Там же хранился деревянный посох в половину человеческого роста, вырезанный из ветви священного древа Авалона — древний инструмент Мерлина, которым тот пользовался лишь в исключительных ритуалах. Было и множество других вещей, разобраться в которых Тиере еще только предстояло.

Помимо магических редкостей, в третьем ящике стола У Мумин обнаружил три кожаных мешочка. Они были набиты золотыми, серебряными и медными монетами разных эпох — от XI века до заката эры книгопечатания. В современном мире это были бесценные антикварные сокровища. Продажа даже малой части обеспечила бы ему безбедное существование на долгий срок.

Тиера прокрался в свою спальню. Убедившись, что соседи крепко спят, он методично собрал свои нехитрые пожитки: одежду, простыни, выданные приютом тетради, ручки и чернила. Все это он партиями переправлял в инопланетную библиотеку — на временное хранение, пока не найдет надежное пристанище в этом мире.

Напоследок он подбросил Червя Проклятия одному из спящих мальчишек, который особенно усердно издевался над ним. Не забыл Тиера и «облегчить» карманы своих сожителей. Даже в самом бедном приюте у дурных детей всегда водились деньги, украденные из ящиков для пожертвований. Прежний Тиера был наблюдателен и прекрасно знал, кто прячет монеты под стельками, а кто — между страниц учебников.

В итоге его добыча составила сорок фунтов стерлингов — неплохое подспорье для начала.

Жить в библиотеке постоянно Тиера не решался. Хотя камни, из которых она была сложена, обычно сдерживали взор Внешних Богов, эта защита не была абсолютной. Мерлин писал, что во сне духовные силы человека наиболее уязвимы. Стоило лишь на мгновение ослабить бдительность, и спящий разум мог невольно коснуться чуждого сознания через какую-нибудь древнюю рукопись.

Захватив на кухне немного хлеба и молока, Тиера решительно перемахнул через ворота приюта.

— Что ж, отныне я бродячий маг, — с горькой усмешкой прошептал он, бросив прощальный взгляд на ржавую табличку над входом: «Приют Вула».

На мгновение его охватило желание вернуться. Он понимал, что впереди его ждут лишения, которые сломили бы и взрослого. Несмотря на зрелую душу и знание сотен способов заработать, он оставался шестилетним ребенком в теле, которое накладывало на него суровые ограничения.

— Эх... — вздохнул он и, не оборачиваясь, зашагал к автобусной остановке, ведущей в центр города.

По пути он заглянул к соседней церкви. Глухо стукнул черный камень: раз, два, три... И ящик для пожертвований расстался со своим содержимым в пользу юного мага.

Память прежнего Тиеры подсказывала, что в центре, неподалеку от театра, где погибли его родители, была ломбардная лавка. Без денег в этом мире не выжить. Сначала — обменять золото на фунты, плотно поесть, а уж потом думать о великом.

Проведя без сна почти сутки, Тиера чувствовал, как силы покидают его. И телу, и разуму требовалась передышка.

http://tl.rulate.ru/book/168287/11737866