Готовый перевод Infinite Worlds: Starting with Assassin's Creed / Бесконечные миры: Начиная с Assassin's Creed: Глава 248. Чужеземный чай

После этого небольшого происшествия у даоса Сыму пропало всякое желание отдыхать. Он испугался, что если задержится ещё на день, то со всеми его «клиентами» будет покончено.

Впрочем, для Сыму, как для профессионального погонщика цзянши, было привычно бодрствовать ночью и спать днём. Так что отправляться в путь в такое время было для него в порядке вещей.

Видя это, Мастер Кау лишь формально предложил ему остаться, но не настаивал. Они были братьями по ордену, одним днём больше, одним меньше — не так уж и важно.

Перед уходом Сыму что-то тихо сказал Мастеру Кау. Тот молча кивнул, давая понять, что всё уяснил.

Обернувшись, Мастер Кау посмотрел на Чау Сана. Всё-таки его ученик. Да ещё и на глазах у постороннего — отчитывать было нехорошо.

Он лишь велел Чау Сану поскорее отправляться домой, пока его тётушка не пришла сюда его разыскивать.

После этого маленького переполоха Се Сюань тоже вернулся в свою комнату.

Если не считать доносившихся откуда-то неведомых воплей и рыданий, всё вокруг казалось тихим и умиротворённым.

На следующее утро Се Сюань, полный сил, проснулся спозаранку, чтобы умыться.

Поздоровавшись с Мастером Кау, который также поднялся рано для утренней практики, он вышел во двор и начал выполнять комплекс Тайцзи.

Мастер Кау искоса бросил пару взглядов и убедился, что молодой человек не соврал — это действительно был подлинный Тайцзицюань с гор Удан.

К тому времени, как Ман Чой, зевая, проснулся, Се Сюань уже приготовил завтрак. Он сидел за столом с Мастером Кау и ел кашу с закусками.

Мастеру Кау было немного неловко от того, что Се Сюань взялся за готовку. Как-никак, гость, да ещё и такой могущественный — как можно позволить ему стоять у плиты…

Но что поделаешь с многолетней привычкой Се Сюаня?

С тех пор, как Артур и Дженни состарились, практически вся работа по дому легла на его плечи. А уж готовить завтраки он наловчился ещё в мире «Другого мира».

К тому же, это было совсем несложно, разве что встать пораньше да потратить время на варку каши.

Ман Чой, увидев накрытый стол, глуповато улыбнулся и поспешил умываться.

Хоть тело Се Сюаня и было двадцатилетним, в душе он был уже стариком. Глядя на этого юношу, он невольно усмехнулся.

Эту сцену заметил сидевший рядом мастер.

— Юный друг Сюань, сегодня утром я обратился к Патриарху-основателю, — отложив палочки, начал разговор Мастер Кау.

Се Сюань, услышав это, тоже отложил палочки и посмотрел на мастера.

— Не буду вдаваться в подробности, но Патриарх подтвердил твои слова. Он также сказал, что двое наших собратьев по Дао с горы Лунху уже направляются сюда. Когда они прибудут, тебе нужно будет с ними встретиться.

— Что же касается базовых знаний, у меня есть несколько книг, можешь пока взять их и почитать.

С этими словами Мастер Кау вышел из комнаты и вернулся с несколькими книгами — старинными томами в традиционном нитяном переплёте.

Се Сюань поспешно встал и принял их обеими руками.

— Благодарю!

Поблагодарив Мастера Кау, он взглянул на книги. Бегло пролистав пару страниц, он, сдерживая волнение, небрежным движением открыл магический карман и убрал туда все тома.

Это действие заставило Мастера Кау снова замереть в изумлении. Ему было ужасно любопытно, но… он опасался, что это какая-то личная тайная техника, и расспросы могут быть неверно истолкованы.

Так думает большинство людей.

Точно так же, как в Азероте, хоть Се Сюань и выдал себя, говоря по-китайски и используя заклинания, никто из его боевых товарищей не задавал ему лишних вопросов, опасаясь недопонимания.

Любопытство в душе Мастера Кау бурлило. Он долго крепился, но в итоге лишь снова взялся за палочки и продолжил завтракать.

К тому времени, как Ман Чой умылся, они уже закончили есть.

Мастер Кау указал на своего непутёвого ученика, велел ему быстро доедать и убрать посуду, сообщив, что скоро поведёт его пить «чужеземный чай».

При этих словах глаза Ман Чоя загорелись. Он с воодушевлением заработал палочками, уплетая кашу за обе щеки. Чужеземный чай — это такая диковинка!

Тут Мастер Кау задумался и посмотрел на Се Сюаня.

Он сам в этом «чужеземном чае» ничего не смыслил, а Ман Чой и подавно. А вот этот молодой человек — другое дело. Судя по его стильной одежде, так сильно отличавшейся от их нарядов, он мог быть сведущ.

Мастер на мгновение засомневался: опозориться там или спросить сейчас?

Не раздумывая ни секунды, он тут же отвёл Се Сюаня в сторонку для тихого разговора.

Почему подальше от Ман Чоя? Что ни говори, а авторитет наставника для Мастера Кау был очень важен…

Выслушав его, Се Сюань сразу всё понял. Это же классическая завязка, почти в каждом романе про Мастера Кау есть такая сцена. Он, как старый книжный червь, был с ней прекрасно знаком.

— Мастер Кау, не беспокойтесь, я действительно в этом разбираюсь, — не стал скрывать Се Сюань и прямо выложил всё, что знал. — Я несколько лет прожил в Италии, а потом долгое время провёл в Америке, так что с их привычками знаком.

Глаза Мастера Кау загорелись. Ничего себе, да он нашёл эксперта!

— Прошу, юный друг, просвети меня!~

Эта мольба в голосе была такой искренней, что Се Сюань засомневался, просил ли Мастер Кау хоть раз о чём-то так же усердно, будучи в ордене Маошань…

— Мастер Кау, вы слишком любезны, это сущие пустяки. Так называемый «чужеземный чай» — это, скорее всего, кофе.

— Кофе… — повторил Мастер Кау.

— Верно. По-английски это будет coffee.

Мастер Кау понимающе кивнул. В душе он уже уверился — парень надёжный, даже на «языке чужеземных дьяволов» говорит, отлично.

— Я сам не люблю кофе, его явный кислый и горький вкус мне не по душе. Но аромат, действительно, очень насыщенный, так что у вас будет возможность это оценить.

— Обычно в кофе добавляют молоко и сахар, чтобы смягчить кислоту и горечь. Сколько добавлять — зависит от личного вкуса.

Мастер Кау мысленно всё запомнил: кислый, горький, добавить сахар и молоко. После этих нескольких фраз Се Сюаня он почувствовал себя гораздо увереннее.

— Мастер Кау, не сочтите за наглость, но пить кофе — это то ещё мучение… А эти иностранцы ещё и напридумывали всяких ритуалов и церемоний.

— Начиная с выбора кофейных зёрен — мол, из одних мест они лучше, чем из других, например, Блю Маунтин, Манделинг, Мока или бразильский.

— Потом идут разговоры об обжарке и заваривании, а в конце ещё и какие-то правила дегустации.

— По мне, так уж лучше пить наш родной чай.

Эти слова нашли живой отклик в душе Мастера Кау. В нынешнюю эпоху огнестрельное оружие уже заняло господствующее положение, и для них, хранителей традиционных искусств, почти не осталось места.

Если бы не их действительно полезные навыки, боюсь, им бы и вовсе не выжить.

И даже так, в это время смешения Запада и Востока, некоторые люди начали верить выборочно.

Не помогли традиционные методы — они идут молиться Богу. Не помог Бог — они возвращаются к традициям.

Главный принцип — молиться тому, кто поможет…

Из-за такого разнообразия выбора Мастер Кау и ему подобные оказались в неловком положении. Поможешь — не факт, что услышишь доброе слово. Не поможешь — совесть замучает.

Вот и мистер Ям из городка Ям был из таких.

Сказать, что он традиционалист? Но он назначает Мастеру Кау встречу в кофейне.

Сказать, что нет? Но случись беда, он знает, к кому обращаться…

Поэтому приглашение мистера Яма Мастер Кау ценил очень высоко.

С одной стороны, это деньги — ему ведь нужно как-то содержать себя и двух учеников, Ман Чоя и Чау Сана.

С другой — мистер Ям был самым влиятельным человеком в городке, и хорошие отношения с ним могли бы сделать их дальнейшую жизнь намного спокойнее.

http://tl.rulate.ru/book/168112/11901401