Готовый перевод Game of Thrones Viserys the Three-Headed Dragon / Игра Престолов: У дракона три головы: 16. I Варис

Перед Иллирио предстал человек грузного сложения, облаченный в куртку из жесткой вареной кожи и доспехи, поверх которых был наброшен кожаный полуплащ. Несмотря на тяжелые сапоги, он ступал по каменным ступеням почти бесшумно, точно скользя. Под стальным шлемом виднелось круглое лицо, иссеченное шрамами и украшенное короткой щетиной. На поясе у него висели кинжал и короткий меч.

Дыхание Иллирио немного выровнялось. Он махнул рукой и приглушенно рассмеялся:

— Я-то считал, что ты всесилен, словно какой-нибудь колдун, и для тебя нет ничего невозможного. Кто бы мог подумать, что в твоих сведениях о Короле-Попрошайке обнаружится такая брешь.

— Я не колдун, — голос грузного человека был хриплым и безэмоциональным, он просто констатировал факт. — Нас с этим королем разделяет океан. Мои пташки приносят вести, и я передаю их тебе слово в слово. Все это – истина. Ты и король Семи Королевств получаете одни и те же донесения, а ты порой даже больше.

Глядя на его нынешний облик и слушая этот скрипучий голос, трудно было поверить, что перед Иллирио стоит самый осведомленный человек в Вестеросе – мастер над шептунами, евнух Варис. Несмотря на искусную маскировку, магистр знал, что это он.

— Впервые на моей памяти ты допустил оплошность, — проворчал Иллирио.

— Людям свойственно ошибаться, — ответил Варис. — Старый друг, неужели ты до сих пор не понял, что я не всемогущ?

Иллирио развел руками:

— И что теперь делать? Нужно ли пересматривать план?

— Прежде я хотел бы знать, — спросил Варис, — уверен ли ты в своих догадках, старый друг?

Иллирио немного передохнул, и они начали подъем по винтовой каменной лестнице. Несмотря на внушительный вес обоих, они двигались на удивление легко, и их шаги почти не рождали эха в тишине подземелий.

— А кто еще это мог быть? — Вопросом на вопрос ответил Иллирио. — Разве не твои шпионы должны подтвердить мои подозрения?

— Истина в том, — отозвался Варис, — что я просмотрел все отчеты о передвижениях этой пары в Вольных городах. За последние годы не было ни единого упоминания об их встречах с дорнийцами. У них просто не должно было быть возможности для тайного сговора.

— Если только не заглядывать в прошлое, — продолжил евнух, — к тем временам, когда еще был жив Виллем Дарри. Оберин Мартелл посещал Браавос и в присутствии Морского владыки заключил с сиром Дарри тайный договор. Мне неизвестно его точное содержание, но оно определенно касалось созыва знамен для возвращения Железного трона. И это вполне укладывалось в наши расчеты. Однако после смерти Виллема Дарри, видя, как укрепляется новая династия, дорнийцы, казалось, умыли руки, предоставив королю и принцессе скитаться по ту сторону Узкого моря. К тому же сам король, скорее всего, ничего об этом не знал. Сир Виллем лично говорил, что мальчику намеренно ничего не сообщают, дабы тот не потребовал от Дорна немедленно поднять мечи, что навлекло бы гнев Железного трона на принца Дорана. Сир Виллем унес эту тайну в могилу. Но теперь… теперь трудно сказать наверняка.

— Возможно, этот король снова наладил связь с Дорном и даже составил план! — Воскликнул Иллирио. — Неужели из Дорна нет никаких вестей, которые могли бы подтвердить наши догадки?

Варис вздохнул:

— В Дорне полно ядовитых гадов, и моим пташкам там живется несладко.

На самом деле, за пределами Королевской Гавани, во владениях многих великих лордов, соглядатаи Вариса редко могли подобраться к самому ядру тайн. И все же Варис оставался бесспорно самым информированным человеком в Семи Королевствах.

Они достигли вершины глубокого колодца и оказались посреди каменного туннеля. Иллирио недовольно проворчал:

— Похоже, когда твои пташки улетают слишком далеко, они слепнут. — Проделав долгий путь наверх, он остановился, чтобы перевести дух.

Варис что-то нажал, и послышался низкий гул. Огромная каменная плита медленно выскользнула, закрывая зев колодца. В свете факелов она казалась кроваво-красной. Скрежет затих, и там, где мгновение назад был проход, остался лишь гладкий, монолитный камень без единой щели.

— Ты общался с этим королем лично, — негромко спросил Варис. — Неужели у тебя нет иных выводов, кроме этих подозрений?

Варис пошел вперед, указывая путь по туннелю. Иллирио последовал за ним.

— Потому-то я и пришел к тебе, надеясь получить ответы, — сказал Иллирио. — По правде говоря, если это действительно их рук дело, мы могли бы договориться о сотрудничестве. По крайней мере, нам не следует мешать друг другу. Я подозреваю, что отказ от дотракийской конницы был самостоятельным решением короля, принятым после того, как он узнал о поддержке Дорна. Иначе дорнийцы наверняка настояли бы на том, что чем больше армия, тем лучше.

Иллирио уже принимал свои догадки за свершившийся факт. — Будь моя воля, я бы сказал, что им не следовало так спешить с контактом. Они не представляют, на что способен этот король, если дать ему волю принимать решения самому.

Было даже иронично: пока сам Визерис, Король-Попрошайка, пребывал в неведении, сразу две группы людей готовили для него планы возвращения престола.

Первой группой были верный Виллем Дарри и принц Оберин Дорнийский. Их тайный договор предполагал брак Визериса с принцессой Арианной Мартелл, чтобы Дорн поднял восстание и помог Таргариену вернуть Железный трон. Но шло время, власть короля Роберта крепла, а Визерис на восточном континенте не добился никаких успехов, и дорнийцы годами не предпринимали никаких действий.

Второй группой был союз Вариса, Иллирио и покойного генерал-капитана Золотых Мечей. Они планировали поддержать Визериса, намереваясь выменять Дейнерис на дотракийских всадников и нанести удар по Вестеросу с двух сторон. Визерис должен был идти в авангарде, а Золотые Мечи – следом.

Этот план начали осуществлять только после смерти старого командира Золотых Мечей, и теперь им заправляли Варис и Иллирио. Однако их истинная цель состояла вовсе не в том, чтобы усадить Визериса на трон, а в том, чтобы расчистить путь для «Юного Грифа», скрывающегося в тени. (Визерис когда-то пировал с офицерами Золотых Мечей, умоляя их о помощи, но те лишь посмеялись над ним после банкета. Это значило, что лишь немногие в отряде знали об истинном замысле).

Обе стороны имели свои планы и вряд ли не догадывались о существовании друг друга. И все же они не спешили обмениваться информацией или сотрудничать, предпочитая рассматривать чужие действия лишь как переменные в своей собственной игре.

Дорнийцы были бы рады увидеть Визериса во главе армии, вторгающейся в Вестерос, ведь им пришлось бы сражаться против остальных шести королевств, и чем больше мечей привел бы с собой Таргариен, тем лучше. Варис и Иллирио тоже не возражали против союза Визериса с Дорном, ведь Визерис был лишь пешкой, чье политическое наследие в конечном итоге должно было достаться Юному Грифу.

— Возможно, стоит пристальнее присмотреться к происходящему там. Дорн поднимает песчаную бурю, а мы даже не услышали воя ветра, — Варис не принял предложение Иллирио о сотрудничестве с Дорном, но и не отверг его. — Мне нужно по меньшей мере еще двадцать пташек.

Они вышли в просторный высокий зал. Вдоль стен здесь были расставлены скелеты. Огромные кости были черны, точно оникс, и в свете факелов отливали пугающим блеском. Это была драконья кость. Черепа величиной с холм и поменьше, размером с рыбацкую лодку, скалились голодными пастями. Ряды зубов, высокие, словно горные хребты, походили на копья и мечи. Их пустые глазницы, казалось, следили за тем, как Варис и Иллирио проходят мимо.

— Так много? Таких, как ты просишь, нелегко найти. Они должны быть юными и при этом грамотными… — голос Иллирио затих. — …Может, если они будут чуть постарше, им будет не так просто лишиться жизни?

Варис ответил отказом:

— Нет, юные надежнее. Будь с ними добр…

— Оставим им языки? — Попытался поторговаться Иллирио.

— Ты знаешь, как поступить правильно, старый друг, — мягко ответил Варис.

Иллирио вдруг произнес:

— Возможно, нам стоит подготовиться заранее. Мы могли бы тайно посвататься от имени Эйгона. Дорнийцам нужен король из дома Таргариенов, и им не обязательно нужен именно тот, другой. Тем более, когда речь идет об Эйгоне?

— Излишняя суета и ненужный риск, — отрезал Варис.

Иллирио не смог сдержать разочарованного вздоха:

— Но как же быть с тем, что происходит там? Мы могли обменять никому не нужную принцессу на десятки тысяч кричащих всадников – какая выгодная сделка! А теперь, стоит этому королю открыть рот, и мы лишаемся целой армии. Не слишком ли мало у нас сил, если рассчитывать только на Дорн и Золотых Мечей?

— Людей меньше, но это не значит, что мы слабее. Их план «Три наследника»… — Варис вдруг замолчал. — Видно, что они жаждут нового Танца Драконов для новой династии, но сами не хотят лезть в пекло первыми.

— Неужели одних слухов достаточно?

— Конечно, нет. Поэтому пташки должны выяснить их истинные намерения. И ты тоже – ведь этот король у тебя в руках.

— Хватит ли времени? — Затревожился Иллирио. — Как здоровье старого Десницы? — Он уже давно считал, что смерть Джона Аррена станет поворотным моментом.

По пути в Королевскую Гавань Иллирио обдумывал множество вариантов: например, продолжить убеждать Визериса обменять Дейнерис на дотракийцев или даже принудить его к этому силой. Но каждый раз он отвергал эти мысли. Если у Визериса и дорнийцев действительно есть план, и они смогут заявить о себе, ценность Дейнерис только возрастет. И если уж менять ее на армию, то лучше отдать предпочтение вестеросской знати, а не дотракийским дикарям. В конце концов, сколько великих домов подняли мечи за Таргариенов, когда только вспыхнуло восстание Узурпатора?

Раз уж стало ясно, что за спиной Визериса стоят союзники и у него есть свои виды на будущее, план с дотракийцами стал безнадежен.

— Он стар, но еще не настолько, чтобы умереть от дряхлости, — ответил Варис. — Впрочем, мастер над кораблями в последнее время активно ищет встреч с ним. Я полагаю, это опасный знак.

Мастер над кораблями, о котором говорил Варис, – это Станнис Баратеон, младший брат короля Роберта и нынешний лорд Драконьего Камня, один из тех самых «трех наследников», о которых упоминал Визерис.

— Что пронюхал Станнис? Почему он идет к Деснице, а не к королю? — Иллирио почувствовал, как голова идет кругом. — …Война не должна вспыхнуть раньше, чем мы будем готовы. Мы все еще не знаем помыслов того короля и дорнийцев, их шаги могут не совпасть с нашими ожиданиями. И пока старый Десница жив, союз Оленя, Сокола, Волка и Рыбы против Льва может лишь укрепить власть Роберта. Ты можешь это затянуть?

— Ты бы еще попросил меня остановить время. Неужели ты и впрямь считаешь меня колдуном? — Положение становилось сложным, и Варис тоже чувствовал растущее давление.

Иллирио усмехнулся:

— Я всегда верил, что твое искусство не уступает никакой магии.

— А не я ли только что оплошал со сведениями о Короле-Попрошайке? — Парировал Варис.

— Людям свойственно ошибаться. Но я по-прежнему верю в твое всемогущество.

Они миновали огромный зал с драконьими костями и подошли к тяжелой деревянной двери. Варис потянул за массивное железное кольцо. Дверь поддалась не сразу, издав пугающе громкий скрежет. Они продолжили путь по туннелю.

— Обстановка в Семи Королевствах крайне запутанная, — Варис начал перечислять трудности, с которыми столкнулся. — Старый Десница хочет отдать своего сына на воспитание Станнису и перед смертью передать ему титул Хранителя Востока. Но у короля свои планы: он намерен отдать ребенка лорду Тайвину, а Джейме Ланнистера заставить снять белый плащ и сделать его Хранителем Востока.

— Твой король лишился рассудка? — Иллирио не верил своим ушам. — Отдать власть над Востоком и Западом Ланнистерам… почему он так доверяет семье своей королевы?

— Увы, король просто еще больше не любит своего родного брата, — вздохнул Варис. — А его второй брат тоже не сидит сложа руки. Лорд Ренли и Рыцарь Цветов намерены убедить лорда Тирелла отправить Маргери ко двору. Ей четырнадцать, она невинна, прекрасна и покорна. Они планируют, что Роберт возьмет ее в свою постель, а затем женится, сделав новой королевой.

— …

— Но больше всего меня тревожат недавние действия мастера над кораблями, — продолжал Варис. — Полагаю, он докопался до тайны брата и сестры Ланнистеров и теперь ищет союза с Десницей.

— …

— А теперь еще и ты приходишь ко мне с вестью, что дорнийцы и твой король плетут заговоры у меня за спиной, — сетовал Варис. — Знай же, что король уже спрашивал меня, нет ли новостей с той стороны Узкого моря.

Иллирио наконец вставил слово:

— Он что-то заподозрил?

— Его просто бесит, что об отродьях дракона давно ничего не слышно, — сокрушался Варис. — Кто-то снова напомнил ему прозвище «Узурпатор», а король терпеть не может, когда его так называют. Я вот думаю, не скормить ли ему слухи о том короле и Дорне.

— Как можно?! — Возмутился Иллирио.

Варис мгновенно посерьезнел:

— Я – мастер над шептунами. Если у меня не будет новостей, не сочтут ли меня никчемным? А никчемность в Королевской Гавани – это смертный приговор. Я не смогу и шагу ступить.

— Это лишь ускорит начало войны, а мы не готовы, — возразил Иллирио. — Дорн – наш потенциальный союзник.

Варис завел его в очередной коридор:

— Ты просишь меня тянуть время, а я прошу тебя действовать быстрее. Когда, по-твоему, наступает момент полной готовности? Даже самый искусный жонглер не может вечно удерживать в воздухе столько шаров.

— Старый друг, ты не просто жонглер, ты истинный чародей. Я лишь прошу тебя продолжить представление еще немного.

Варис сменил тему:

— Тебе нужно как можно скорее выудить сведения у твоего короля. А если не выйдет, будь готов ко всему. Он сказал, что под Семью Королевствами спрятаны чаны с диким огнем – и в этих словах нет ни капли лжи.

Проблема, с которой Иллирио пересек Узкое море, вернулась к нему самому:

— Но тот король ничего не собирается делать. Он просто ждет смерти старого Десницы.

— Он у тебя в руках, — отрезал Варис.

Иллирио вдруг добавил:

— Когда он пытался перетянуть меня на свою сторону, он просил собирать для него драконьи кости и яйца.

— Он хочет пробудить драконов? — Любой, услышав такое, пришел бы к тому же выводу.

— Он все-таки Таргариен, — заметил Иллирио.

— Кровь Эйгона V, — предостерег Варис. — Не стоит давать пламя ребенку, который может в нем сгореть.

Эйгон V был прадедом Визериса, пятнадцатым королем династии Таргариенов, известным как «Эг» или «Король, который не должен был им стать». В годы его правления драконы уже вымерли. К концу жизни он стал одержим легендами о них и даже посылал людей в Асшай за знаниями. Когда родился его правнук Рейгар, он собрал родных и друзей в Летнем замке для празднования. Там он вместе с алхимиками попытался вывести драконов из яиц. Попытка закончилась страшным пожаром, в котором погибли сам король, его старший сын принц Дункан и лорд-командующий Королевской гвардии сир Дункан Высокий. Это событие вошло в историю как Трагедия в Летнем замке. После него трон перешел к деду Визериса, Джейхейрису II, а затем к отцу – Эйрису II, Безумному Королю.

Иллирио понимающе кивнул:

— Я бы тоже не хотел, чтобы мой сад превратился в Летний замок для этого короля.

Туннель наконец закончился, выведя их в комнату, похожую на тайный кабинет. Варис передал Иллирио несколько листков с записями, явно недавно систематизированными:

— Вот сведения о Мелларио из Норвоса и о Квентине Мартелле. За последние годы Квентин дважды посещал Норвос, якобы ради встречи с матерью. Один раз он плыл через Пентос и Ступени, другой – через Тирош. Точные детали еще должны прояснить мои пташки на востоке, но не надейся на многое. Упущенную однажды истину редко удается найти в первозданном виде.

Норвос – один из девяти Вольных городов. Леди Мелларио происходила из знатной купеческой семьи этого города и была супругой принца Дорана Мартелла. Квентин был их вторым ребенком. Брак Мелларио и Дорана был заключен по любви, но не стал счастливым – половина их совместной жизни прошла в ссорах и разлуке.

К слову, это было косвенно связано с падением династии Таргариенов. Дом Айронвудов был могущественным в Дорне, но их прежний глава погиб после поединка с Оберином, братом принца Дорана, из-за чего между домами возникла вражда. Когда вспыхнуло восстание Роберта, чтобы сплотить местных лордов и мобилизовать дорнийцев на сторону короля Эйриса, принц Доран отправил своего сына Квентина в дом Айронвудов на воспитание. Леди Мелларио пришла в ярость, разругалась с мужем и, бросив Дорн, вернулась в родной Норвос. Квентин вырос у Айронвудов, обучился воинскому искусству и завел крепкую дружбу с их молодежью, фактически погасив старую вражду и обретя немалое влияние в этом доме. И вот теперь, спустя десять лет, он дважды посетил мать в Норвосе.

Теперь, когда возникли подозрения о связи Визериса с Дорном, подозрение падало не только на вечно странствующего Оберина, но и на Квентина Мартелла и время его визитов в Норвос. И хотя Варис не мог пока это полностью подтвердить, лицо Иллирио потемнело от досады:

— Так и есть, это дорнийцы.

Варис не стал ни подтверждать, ни опровергать это, лишь добавил:

— Какова бы ни была правда, старый друг, ты должен понимать: наша собственная готовность – вот что важнее всего. Не вини меня за спешку. Спроси лучше себя – готов ли ты встретить шторм?

В оригинале Иллирио всегда казался тем, чьи планы слишком сложны и медленны, из-за чего наемники Золотых Мечей в конце концов потеряли терпение и, бросив все расчеты магистра, высадились в Штормовых землях и на Ступенях, начав свое вторжение в Вестерос.

http://tl.rulate.ru/book/167883/11626484