Готовый перевод Taxes are Only Within Machine Gun Range! / Налоги только в радиусе пулемёта!: Глава 31: «Демонстрация талантов»

Началось!

На лице Мильтона не отразилось ни лишнего восторга, ни полного равнодушия – он изобразил ровно ту степень скепсиса, которая требовалась по ситуации.

— Новое лекарство и так дешево? — Мильтон натужно кашлянул пару раз, выражая глубокое сомнение. — Не подделка ли это?

— Это Треглитазон, импорт из США! — Гордо заявил владелец лавки. — Тебе всё равно не понять. Если бы не связи в Штатах… Пф, разве такая элитная вещь досталась бы вам, нищебродам? Так берешь или нет? Хватит задавать лишние вопросы.

Греясь в лучах славы далекой, первой державы мира, и продавая её передовые достижения «соотечественникам» словно милостыню, лавочник невольно расправил плечи.

Треглитазон…

Услышав название препарата, Мильтону больше не нужно было ни о чем спрашивать – у этой аптеки определенно были каналы поставок через Фонд «Зеленая лоза»!

Если Брэндон и Луц не идиоты, они уже должны были выскочить из машины и во всю прыть мчаться к аптеке.

По правде говоря, если бы сам Мильтон занимался контрабандой запрещенных лекарств, он бы хранил это в строжайшей тайне: продавал бы понемногу в узком кругу, а если не идет – и бог с ним. Раздавать товар на реализацию посредникам было верхом безрассудства.

После победы в холодной войне даже американские компании, кажется, окончательно потеряли всякий страх.

Заметив, что Мильтон молчит, аптекарь решил, что тот всё еще колеблется, и продолжил завлекать клиента:

— Такого дешевого лекарства осталось совсем немного. Распродадим – и больше не будет.

Он, разумеется, не собирался сообщать этому бедолаге, что одна беременная женщина, приняв этот препарат, скончалась ночью прямо в постели от инфаркта миокарда – две смерти за один прием.

Не успел он закончить фразу, как двери аптеки с грохотом распахнулись.

Владелец резко обернулся:

— Добро пожал… Э-э?

Двое мужчин, снаряженных точь-в-точь как морские котики SEAL из голливудских боевиков, ворвались в помещение, мгновенно перекрыв слепые зоны!

Идущий впереди Брэндон сделал шаг вперед и вскинул ствол винтовки, целясь в аптекаря. Следовавший за ним Луц развернулся, перевернул табличку на двери с «Открыто» на «Закрыто» и одновременно с этим с силой опустил рольставни.

Лязг!

Аптека была полностью заблокирована.

Оба – старые полицейские, опытные инспекторы, и эта процедура была им знакома до автоматизма.

Пока хозяин лавки пытался осознать внезапную перемену обстановки, Мильтон рывком выхватил пистолет, навел его на левую руку аптекаря, которую тот прятал под прилавком, и нажал на спуск.

Щелчок!

Пуля калибра.22LR вошла в предплечье.

Шлеп!

На пол выпал короткоствольный дробовик.

Только после этого раздался истошный вопль владельца:

— А-а-а-а!

Мильтон легко перемахнул через прилавок, ногой отшвырнул дробовик и одновременно с этим вцепился в горло аптекарю, с силой пережав трахею.

В аптеке мгновенно воцарилась тишина.

Мильтон достал выписанный начальником станции Вальтой ордер на обыск – документ, имевший скорее развлекательную, нежели юридическую ценность, – шлепнул его в лицо аптекарю и бесстрастно зачитал:

— В настоящий момент у меня имеются достаточные доказательства вашей причастности к делу о незаконной контрабанде медикаментов. Вы обязаны оказывать содействие следствию и не имеете права на молчание. С этого момента моя власть над вами безгранична.

Закончив, Мильтон, не выпуская шею лавочника, потащил его в туалет.

Шуму они наделали порядочно, кто-то мог заметить… Поэтому Мильтон запустил в голове обратный отсчет: всё нужно было закончить максимально быстро.

Любой план должен строиться исходя из худшего сценария.

Оказавшись в туалете и закрыв дверь, Мильтон разжал руку.

— Кха-кха… — владелец аптеки, рухнув на пол, жадно глотал воздух и хрипло кричал между приступами кашля:

— Вы… кха… полиция или погранцы? Я же всем заплатил!

Он пытался прояснить ситуацию и одновременно угрожать своими связями этим людям, которые, судя по экипировке, явно имели отношение к официальным структурам – простые грабители такое не носят.

Мильтону было плевать, кому он давал взятки и кто за ним стоит. Он холодно произнес:

— Я спрашиваю, ты отвечаешь. Понял?

Брэндон добавил веса словам командира коротким ударом ботинка и злобно прорычал:

— Босс имеет в виду, что за каждое вранье он будет убивать по одному члену твоей семьи. Уяснил?

«Я, черт возьми, не это имел в виду, не надо нести отсебятину…», – у Мильтона слегка дернулся висок, но в такой момент он не мог подрывать авторитет подчиненного, поэтому продолжил тем же ледяным тоном:

— У тебя есть оригинальные упаковки от Треглитазона?

— Кха-кха… Я искренне советую вам… не лезть в это дело!

Аптекарь не спешил с ответом. Он сообразил, что этим людям нужна информация, а значит, убивать его прямо сейчас они не станут.

Скоро здесь заметят неладное. Главное – дотянуть до приезда полиции или кого-то еще, и тогда кризис будет миновал.

Мильтон действительно торопился, но не позволял спешке отразиться на лице. Напротив, он принял вид человека, у которого впереди масса свободного времени.

Нельзя преждевременно раскрывать свои карты.

— Луц, — вальяжно произнес он. — Принеси мокрое полотенце и чайник с водой. Мне нужно, чтобы он стал поразговорчивее.

Луц мгновенно обернулся и притащил требуемое.

У аптекаря появилось нехорошее предчувствие, он задергался:

— Вы… что вы собирае… М-м-м!

По знаку Мильтона напарники прижали владельца к полу, а сам Мильтон накрыл его лицо сложенным в несколько слоев мокрым полотенцем.

Затем он взял чайник и начал лить воду на ткань.

Пытка водой!

Посмотрим, как ты запоешь.

Лишенный возможности дышать, аптекарь инстинктивно пытался глотнуть воздуха ртом, но с каждым вдохом в его легкие всасывалось всё больше воды. Это вызывало мучительное чувство удушья и боли, создавая порочный круг.

Это было сокрушительное воздействие на плоть и разум, способное в кратчайшие сроки сломить волю любого человека.

Под двойным гнетом удушья и имитации утопления большинство людей не выдерживают и десяти секунд.

Тело лавочника начало сотрясаться в конвульсиях.

Он не был профессионально подготовленным агентом с несгибаемыми убеждениями.

Обычный человек может едва не лишиться чувств, просто поперхнувшись глотком воды, а Мильтон, сверяясь с секундомером на электронных часах, продолжал процедуру целую минуту и тридцать секунд.

Мучения были запредельными.

Мильтон бесстрастно лил воду на полотенце – не слишком быстро, не слишком медленно.

Аптекарь в отчаянии бился на полу. Кислородное голодание заставляло его инстинктивно дышать и глотать, но вода из трахеи не выходила, а лишь прибывала новыми порциями.

Ощущение неминуемой смерти привело к тому, что лавочник непроизвольно опорожнил мочевой пузырь.

Это была типичная предсмертная реакция.

Впрочем, Мильтон не планировал замучить его до смерти – ему всё еще нужны были сведения.

Решив, что времени прошло достаточно, Мильтон убрал полотенце и кивнул Брэндону с Луцем, чтобы те отпустили пленника.

Напарники посмотрели на Мильтона с оттенком невольного страха.

«А босс-то по-настоящему крут…»

Снова получив доступ к кислороду, аптекарь в муках катался по полу, кашлял и рыгал. Ему потребовалось добрых две минуты, чтобы сознание окончательно вернулось к нему.

В воде и слизи, которые он выплевывал, уже виднелись прожилки крови.

Мильтон присел перед ним на корточки и спокойно сказал:

— Продолжим.

Брэндону очень хотелось спросить, уяснил ли тот теперь мощь «Адского мытаря», но, помня о предупреждении насчет вычета из зарплаты, он благоразумно промолчал.

Лавочник натужно откашлялся, оперся о стену и, с трудом приняв сидячее положение, слабо произнес:

— Кха… Тебе совсем плевать на тех людей, о которых я говорил… Кха! Теперь я знаю, кто ты. Мильтон Минс по прозвищу «Адский мытарь», верно?

Когда Мильтон услышал это прозвище из уст незнакомца, у него возникло ощущение, будто его ударили пыльным мешком по затылку.

Ему едва не захотелось вскочить и продемонстрировать аптекарю еще один сеанс пыточного искусства, чтобы тот понял, каково это – произносить вслух столь идиотские клички!

«Эта чушь уже и сюда докатилась?!»

Но время поджимало. Мильтон волевым усилием сохранил контроль над лицевыми мышцами и удержал в голосе тон превосходства:

— Похоже, ты меня знаешь. Отлично. Надеюсь, это сделает наш диалог более конструктивным.

http://tl.rulate.ru/book/167797/11499141