Готовый перевод Becoming a Big Shot in the 1970s [Transmigrated into a Book] / Стать боссом в семидесятые [Попадание в книгу]: Глава 69

Разобравшись во всём, Шэнь Сюй вдруг перестал торопиться. Он вышел из внутренней комнаты с говядиной и овощами:

— Хорошо, что я приготовил побольше говядины — здесь наверняка два-три цзиня. Иначе четверым не хватило бы. Я пойду на кухню, а вы трое пока накройте стол и расставьте тарелки с палочками.

Бай Чун, Шэнь Сянъжун и Шэнь Сянъян молчали, растерянно переглядываясь.

Первым нарушил молчание Шэнь Сянъян. Он посмотрел на Бай Чуна с полным недоумения выражением лица:

— Дядя Бай… это… что всё это значит?

Бай Чун ответил ему тем же растерянным взглядом.

Шэнь Сянъян промолчал.

Зато Шэнь Сянъжун спокойно произнесла:

— Убирайте стол и расставляйте посуду!

— А? — переспросил Шэнь Сянъян.

— Чего «а»? Давай за дело!

Когда Шэнь Сюй вынес готовый горшок для фондю, стол уже был убран, а на нём стояли четыре комплекта посуды и палочек. Бай Чун и брат с сестрой Шэнь заняли по одной стороне стола и молчали, никто не проронил ни слова. Увидев Шэнь Сюя, все трое выпрямились, будто перед лицом врага, и Шэнь Сюю с трудом удалось сдержать смех.

Он поставил фондю на стол и налил всем троим по бокалу вина, особенно обращаясь к Шэнь Сянъжун:

— Это вино слабое, фруктовое, со сладковатым вкусом. Девушкам можно немного выпить, только не переборщите.

А Бай Чуну он подал крепкое белое:

— Дядя, мы с вами — мужчины, будем пить вот это.

Шэнь Сянъян посмотрел налево — на Бай Чуна, направо — на Шэнь Сянъжун, затем на свой бокал с виноградным вином:

— Я тоже мужчина! Почему мне то же, что и сестре?

— Малышам какое вино? Дал тебе попробовать — и ладно.

Шэнь Сянъян возмущённо уставился на него, но Шэнь Сюй даже не взглянул в его сторону. Он сделал глоток и сказал:

— Ну, рассказывайте!

— О чём?

Шэнь Сюй бросил на него короткий взгляд и повернулся к Бай Чуну:

— Дядя Бай, вам нечего мне сказать?

Бай Чун уже открыл рот, но Шэнь Сюй добавил:

— Только без этих отговорок, дядя. Вы же понимаете — раз я всё видел своими глазами, глупости меня не убедят. Я всё равно не поверю. Конечно, если вы категорически не хотите говорить, я не стану вас принуждать. Но рано или поздно правду всё равно придётся рассказать. Разве что собираетесь прятать её всю жизнь.

Сегодняшняя ситуация совершенно выбила троих из колеи. Они не планировали сейчас открывать Шэнь Сюю правду, но и скрывать её вечно тоже не собирались.

Бай Чун взглянул на брата и сестру Шэнь. Те только недавно появились здесь и почти не знакомы с Шэнь Сюем. А у него самого с ним давние отношения — значит, начинать должен именно он.

— Дело долгое.

Шэнь Сюй положил себе в тарелку кусок говядины:

— Ничего страшного. Сегодня у нас фондю — угли внизу поддерживают тепло, еда не остынет. Я приготовил ещё много овощей и бульона, так что не волнуйтесь — добавим, если надо. Не торопитесь, рассказывайте за едой.

Бай Чун чуть не поперхнулся только что выпитым вином. Он сердито сверкнул глазами на Шэнь Сюя, но потом вздохнул:

— Ты, наверное, уже догадался. Эти двое — твои родные сестра и брат.

Шэнь Сюй кивнул, не перебивая, и жестом пригласил Бай Чуна продолжать.

— Твоего деда звали Шэнь Гопин. Это имя тебе должно быть знакомо.

— Как гром среди ясного неба.

Действительно, как гром среди ясного неба. Это имя значилось даже в учебниках.

— Твой родной отец — Шэнь Хэ, родная мать — Юань Сюцзюнь. В те годы твой отец занимался подпольной работой и некоторое время служил в марионеточном правительстве. Чтобы внушить им доверие, он участвовал в нескольких операциях по аресту членов Гоминьдана. Именно тогда и зародилась беда. Перед основанием Нового Китая Гоминьдан отступил на остров Баодао, но оставил внутри страны множество тайных агентов.

После образования Нового Китая они всячески использовали этих агентов для создания хаоса и подрыва власти Коммунистической партии. Один из них, с кодовым именем «Сова», был довольно влиятельным главарём этой сети.

Отец Совы погиб на поле боя от руки твоего деда. А старшего брата Совы арестовал твой отец, когда тот ещё работал в марионеточном правительстве. Через три дня после ареста его брат предал своих и в итоге был убит рукой твоего отца.

Можно сказать, Сова питал к семье Шэнь лютую ненависть. В то время твой дед был одним из руководителей страны, а твой отец тоже занимал высокий пост. Оба были крайне важны для государства. Если бы им удалось устранить их, страна понесла бы огромные потери и, несомненно, погрузилась бы в хаос.

Шэнь Сюй стал серьёзнее:

— Значит, чтобы выполнить задание с Баодао и отомстить лично, он и начал действовать?

Хотя это прозвучало как вопрос, тон был утвердительным.

Бай Чун кивнул:

— Да! К счастью, твой отец был очень проницателен и вовремя заметил угрозу, не позволив Сове добиться своего. Однако поймать его так и не удалось. Когда Сова скрылся, твой отец понял: беда ещё не кончилась. Он сам не боялся Совы, но опасался за жену.

— В молодости твой отец говорил: «Если нет Родины, какая семья?» Поэтому он полностью посвятил себя служению стране и долго не женился. Только после победы в войне сопротивления, по рекомендации знакомых, он женился на твоей матери. И как раз тогда ей сообщили, что она беременна.

— Сова был хорошо подготовлен. Он давно изучил семью Шэнь и, конечно, знал про семью Юань. Твой отец боялся отправлять мать обратно в дом Юаней — оба места казались ему небезопасными. Оставить её в доме Шэней тоже было рискованно: хоть он и принимал все меры предосторожности, но даже тигр иногда дремлет, да и в жизни бывает всякое. Он не мог рисковать жизнью жены и ребёнка.

— Тогда я предложил отправить её в мой родной городок. Вокруг генерала всегда много соратников, сражавшихся вместе с ним. Сова вряд ли сможет следить за каждым. Тем более, я никогда не выделялся особо среди них. А уезд Яншань — обычный захолустный городишко, никому в глаза не бросается.

— Твой отец согласился. Он отправил твою мать туда. С ней ехали её няня и двое товарищей, переодетых под двоюродных братьев твоей матери. В деревне Юйлань я заранее всё подготовил: все считали, что твоя мать — моя жена, которую я взял где-то на стороне. Я ведь долго не бывал дома из-за войны, поэтому никто не усомнился.

— Мы думали, что план идеален, но Сова всё равно вычислил их. Возле дома твоего деда и отца охрана была слишком сильной — второй попытки Сове не представилось. Он долго искал шанс, но так и не нашёл. Тогда он решил ударить через твою мать.

— Несколько месяцев он выслеживал её и напал внезапно и жестоко. Няня и оба товарища, охранявшие твою мать, погибли. Лишь её саму, видимо, хотели взять живой — и благодаря этому она сумела сбежать, прикрываемая погибшими.

— Когда твой отец узнал об этом, у него кровь застыла в жилах. Но ни он, ни твой дед не могли покинуть Пекин. Они были слишком важны, за ними следили слишком многие. Поэтому они лишь послали людей.

— Раз уезд Яншань уже раскрыт, оставаться там стало бессмысленно. Твой отец решил вернуть мать в Пекин. Возглавил отряд я.

Бай Чун посмотрел на Шэнь Сюя с виноватым и скорбным выражением лица:

— В общем, это я виноват в твоей судьбе.

Шэнь Сюй покачал головой:

— Дядя Бай, вы ни в чём не виноваты. Продолжайте.

— Твоя мать была уже на седьмом месяце беременности, и путешествие в таком состоянии было крайне опасно. Но людей с нами было мало, а Сова всё ещё прятался где-то рядом. В такой ситуации безопаснее было вернуться в Пекин, где дом Шэней надёжно охраняется. Так мы и двинулись в путь.

— Но едва мы тронулись, как у твоей матери начались преждевременные роды. Всё произошло очень быстро — воды отошли прямо в повозке. Когда твой отец узнал, что с матерью случилось ЧП, он в панике приказал немедленно отправить охрану. Но он совсем забыл, что нужны женщины для помощи при родах! Мы все были мужчины, и большинство из нас даже не были женаты — кто из нас знал, как принимать роды? Все метались в растерянности.

— Тогда твоя мать заметила дымок впереди — значит, где-то деревня — и предложила послать кого-нибудь поискать повитуху. Дальше всё так, как рассказывала бабушка Цай. Ты уже знаешь.

Шэнь Сюй глубоко вздохнул. Хотя он не пережил всего этого сам, по словам Бай Чуна он ясно представил, через какие муки прошла его родная мать.

Как она, будучи беременной, сумела вырваться из лап Совы? Как скрывалась, избегая его поисков? Неудивительно, что сразу после родов она потеряла сознание.

Бабушка Цай говорила, что мать уже была на пределе сил, но ради ребёнка героически держалась. Услышав плач новорождённого и убедившись, что малыш жив, она больше не смогла и провалилась в беспамятство.

Какая же это была мать!

Шэнь Сюй не был настоящим сыном этой женщины, но в этот момент его сердце бешено заколотилось, а в груди разлилось жаркое чувство.

Этот ребёнок был рождён ценой нескольких чудесных спасений, ценой самой жизни. И всё же его тайком подменили.

Каково было ей, узнав правду?

Взгляд Шэнь Сюя наполнился тревогой.

Видя, что он молчит, Шэнь Сянъян поспешил объяснить, боясь, что у того останутся обиды:

— Родители и дедушка не знали, что вас подменили. Если бы узнали раньше, обязательно бы тебя искали.

— А как сейчас обстоят дела дома?

Услышав слово «дом» в контексте семьи Шэнь, Шэнь Сянъян обрадовался, но, вспомнив о текущей ситуации, радость тут же погасла на его лице:

— Дедушки уже нет. Родители в лагере.

— Можешь подробнее?

Глаза Шэнь Сянъяна наполнились слезами:

— На самом деле ещё при жизни дедушки некоторые пытались навредить нашей семье. Но из-за дедушки не осмеливались идти до конца. После его смерти они стали действовать открыто. Весной прошлого года они арестовали родителей и держали под стражей три месяца. Хотели уничтожить отца, используя его прошлое в марионеточном правительстве.

Здесь Шэнь Сянъян в ярости сжал кулаки:

— Отец тогда каждый день ходил по лезвию бритвы, сотрудничая с врагами, чтобы собрать разведданные. Он с трудом дожил до победы, выполнил свой долг… А теперь они называют его предателем!

Шэнь Сянъжун видела ситуацию яснее:

— Возможно, они прекрасно знают о заслугах отца и о том, что он делал в марионеточном правительстве. Но им всё равно — им нужен любой предлог. Обвинение в измене достаточно тяжёлое: если его утвердить, отцу не выжить, а семья Шэнь будет уничтожена раз и навсегда.

По сути, всё дело в том, что дедушка и отец занимали слишком важные посты. При этом семья Шэнь не входила в их круг. Раньше они пытались переманить их на свою сторону, но дед и отец не только отказались, но и заняли противоположную позицию. Это их разозлило, и они решили не щадить семью Шэнь.

Пока дедушка был жив, они боялись его влияния и возможной мести, поэтому терпели. Но мелкие пакости не прекращали. А после его смерти не упустили такой шанс.

К счастью, дедушка всю жизнь воевал и воспитал множество солдат. У семьи Шэнь остались верные друзья. Пусть некоторые из них сами попали в беду, а другие едва держались на плаву, но кое-кто сохранил влияние.

Именно благодаря им врагам не удалось довести дело до конца. Обвинение в измене не прошло, и родителям дали лишь ярлык «чёрной пятерки капиталистов», отправив в лагерь.

Шэнь Сюй нахмурился:

— А как вы оказались в деревне Шаншуй? И что с тем, кто меня подменил?

Шэнь Сянъян ударил кулаком по столу:

— Шэнь Сянъань — просто скотина! Настоящий отпрыск рода Чжоу! В нём вся подлость Чжоу! Двадцать лет родители и дедушка баловали его, отдавали всё лучшее, дедушка даже готовил его в преемники… Как он мог…

— Ещё когда родителей только арестовали, он опубликовал заявление об отказе от отца и матери. А потом вступил в комиссию по сбору улик и помогал искать доказательства, чтобы заслужить одобрение новых властей.

Шэнь Сянъян всхлипнул, с трудом сдерживая слёзы. Шэнь Сянъжун, хоть и старше его, но всё же девушка, отвернулась, и слёзы потекли по её щекам.

Её взгляд потемнел, уголки губ горько дрогнули:

— На самом деле ему не нужно было так торопиться. Беда надвигалась давно, и родители уже продумали, как нас защитить. Даже если бы он не подал заявление, они сами бы это сделали, чтобы нас спасти. Они не хотели, чтобы мы страдали вместе с ними. Поэтому отец и оставил нам запасной путь.

http://tl.rulate.ru/book/167721/11431263