Готовый перевод The plunder of the heavens starting from the system / Я — Система? Расхищение миров: Глава 21. Падение Семи Царств и эра Божественного Откровения

Глава 21. Падение Семи Царств и эра Божественного Откровения

Дальнейшие события развивались со стремительной неизбежностью горной лавины. Чжо Юаньмин, приняв командование, в кратчайшие сроки интегрировал армию Царства Лю в свои ряды. Что же касается императорской семьи и всей августейшей знати, то, став свидетелями явления истинной божественной мощи, они утратили всякую волю к сопротивлению. Понурив головы, словно побитые псы, они безропотно приняли свою участь, позволив заковать себя в кандалы.

Цзян Фань не опасался бунта с их стороны. В его глазах эти люди были лишь ресурсом, поэтому он даровал им жизнь — жизнь, полную искупительного труда в исправительных лагерях во славу строительства великого будущего для всего Человечества.

Едва армия установила контроль над землями Лю, Цзян Фань обратился к интерфейсу Системы, чтобы оценить прогресс.

[Задание: Уничтожить Семь Царств, воздвигнуть новую эру Человечества! Прогресс: 2/7]

[Награда: 300 000 Системных Баллов, один шанс Серебряной Лотереи]

Всего за несколько дней два могущественных государства канули в лету. Цзян Фань позволил себе легкую усмешку: такими темпами завершение миссии станет лишь вопросом времени, причем самого ближайшего.

Теперь требовалось лишь ускорить темп. Печати, сковывающие его истинную силу, продолжали разрушаться, и ныне он располагал уже пятью десятитысячными от своего подлинного могущества. Капля в море для бога, но океан силы для смертных.

На второй день после падения Царства Лю весть об этом, подобно лесному пожару, достигла ушей правителей оставшихся пяти держав.

Поначалу это казалось бредом безумца, но когда разведчики подтвердили страшную правду, дворцы погрузились в гробовое молчание. Царство Лю по праву считалось третьим по силе среди Семерки. То, что такой гигант рухнул столь молниеносно, не укладывалось в головах монархов.

Они прекрасно знали о стратегии Лю: те свозили зерно в столицу, готовясь к долгой, изматывающей осаде. Миллионная армия, укрытая за неприступными стенами, должна была держаться месяцами, если не годами. Но они не продержались и суток. Вывод напрашивался один, и от него леденела кровь: противник обладал силой, лежащей за гранью человеческого понимания.

На третий день, полностью завершив административное поглощение земель Лю, Цзян Фань вновь поднял знамена и двинул свои легионы вперед.

На четвертый день его армия стояла у стен Царства Лу. Битва не продлилась и часа. Точнее, это была не битва, а показательная казнь: Цзян Фань в одиночку стер оборону в порошок, словно смахнул пыль со стола.

С каждым днём его мощь росла, и подавление сопротивления миллионов смертных превратилось для него в рутину, не требующую усилий. Царство Лу прекратило свое существование. Потратив день на установление нового порядка, неумолимый завоеватель двинулся дальше, нацелившись на оставшуюся четверку.

Видя, с какой пугающей неотвратимостью надвигается Цзян Фань, последние четыре царства охватил настоящий ужас. Демонстрация силы, которую являл собой Звёздный Лорд и его войско, лишила их сна.

Гонцы загнали насмерть сотни лошадей, доставляя послания между столицами. Перед лицом гибели вчерашние соперники решили объединиться. Но муравьи остаются муравьями, даже если соберутся в огромный шар: перед поступью титана они всё так же беззащитны.

На шестой день армия Цзян Фаня вышла к границам Царства Чэнь.

Здесь его уже ждали. Союз четырех государств стянул сюда все свои резервы. Бескрайняя равнина почернела от людской массы — миллионы солдат, лес копий, море знамен. На крепостных стенах, бледные, но полные решимости, стояли монархи четырех держав, выкрикивая приказы.

Бум! Бум! Бум! Бум!

Грохот боевых барабанов сотрясал небеса и землю, пытаясь вселить храбрость в сердца миллионов обреченных.

Цзян Фань наблюдал за этим грандиозным зрелищем издалека. В его душе шевельнулось чувство мрачного восхищения, и на ум сами собой пришли строки древнего поэта:

— «Тучи черные давят на город, грозя его сокрушить, Блеск лат к солнцу обращен, золотом чешуй горя. Рога трубят, наполняя небо осенней тоской, На заставе румяна ночи сгустились в пурпурную кровь. Полусвернуты алые флаги у вод реки Ишуй, Иней тяжел, барабаны остыли, звук их глух и немой...»

Стоявший рядом Чжо Юаньмин выдохнул, потрясенный глубиной строк:

— Мой Господин обладает поистине утонченным вкусом! Эти стихи... они невыразимо прекрасны и, несомненно, будут жить в веках!

Цзян Фань лишь небрежно отмахнулся. Не он был автором этой элегии, просто момент оказался слишком уж подходящим.

— Вся четверка собралась в одном месте, — задумчиво произнес он, глядя на горизонт. — Что ж... Это даже удобно. Избавит меня от необходимости гоняться за каждым по отдельности.

В этот раз он решил не посылать армию на убой. Фигуры на доске расставлены, пора королю сделать свой ход.

— Ждите моего возвращения.

— Повинуемся Божественному Оракулу! — в едином порыве склонились военачальники.

Цзян Фань сделал шаг. Пространство исказилось, и его фигура начала мерцать, с каждой вспышкой преодолевая огромные расстояния, приближаясь к многомиллионному войску врага.

В стане союзников началась суматоха.

— Доклад! Замечено приближение противника!

— Противник? Какова численность?

— Один человек!

Монархи на стенах переглянулись, не веря своим ушам.

— Доклад! Этот человек уже перед фронтом нашей армии!

— Доклад! Он... он парит в небесах!

Новости сыпались одна за другой, сея панику быстрее, чем чума. Вскоре разведчики стали не нужны — правители сами увидели фигуру, зависшую в вышине, словно карающее божество.

— Как смертный может попирать воздух?! — в ужасе воскликнул один из царей. — Это невозможно!

Но ответа они не получили. С небес на землю обрушился голос, подобный грому:

— [Око Кары Зловещей Звезды — Приговор!]

Звук этот пробрал каждого солдата до костей, заставив волосы встать дыбом.

Люди на земле в оцепенении подняли головы и увидели, как над каждым из их товарищей, над каждым живым существом в этом бескрайнем море, начало формироваться призрачное золотое око. Взгляд этого ока был лишен жалости.

Секунда — и сознание покинуло миллионы людей одновременно.

Когда они пришли в себя, мир изменился. Они обнаружили, что их тела намертво прикованы к деревянным крестам. Вокруг, насколько хватало глаз, простирался лес из распятий. Товарищи, командиры, враги — все были в одинаковом положении.

Паника, дикая и животная, захлестнула равнину. Это было за гранью понимания, за гранью реальности.

На крепостных стенах картина была той же. Четыре монарха, еще недавно вершившие судьбы миллионов, теперь висели, пригвожденные к зубцам собственных укреплений.

— Что... что это такое?! — Владыка Царства Чэнь трясся, чувствуя, как сердце готово разорваться от страха.

Лица остальных правителей были белее мела. Незримая рука судьбы сомкнулась на их горле, не давая вдохнуть. Все произошло слишком быстро, слишком неотвратимо.

Дальнейшее было делом техники.

Цзян Фань лично обезглавил четырех монархов, поставив кровавую точку в истории их династий. Его армия вошла в Царство Чэнь, не встретив сопротивления, а отряды наместников отправились принимать капитуляцию в оставшиеся три страны.

Так пали Семь Царств. На их руинах восстал Божественный Двор!

— Система, почему задание не засчитано? — мысленно обратился Цзян Фань, вытирая клинок. — Семь Царств уничтожены.

Тишина в ответ затянулась, вызывая раздражение.

[Дзынь! Хост лишь уничтожил старые государства, но еще не выстроил новую систему управления для Человечества. Задание будет выполнено только при соблюдении обоих условий.]

— Вот оно что... — Цзян Фань кивнул. — Ладно. Спешить мне некуда.

В конце концов, создать новую иерархию — задача несложная для того, кто держит в руках абсолютную власть.

Время потекло быстрее. Год пролетел, словно один день.

За этот год границы Семи Царств были стерты с карт, земли объединены, и само понятие "Семь Царств" стало историей. Теперь существовала лишь единая империя, управляемая из центра Божественным Двором.

В самом сердце континента, на пересечении древних путей, возвысилась цитадель новой власти. Грандиозный собор, высотой в добрую сотню метров, пронзал шпилями облака.

За этот год сила Цзян Фаня разблокировалась до предела его нынешнего таланта — одной сотой от его полной мощи. Этого хватило, чтобы сотворить Цитадель буквально из воздуха, используя божественную энергию. Стены этого здания не боялись ни ветров, ни дождей, ни времени. Более того, камень был пропитан частицами божественности, которые с годами лишь накапливались, превращая здание в истинный артефакт.

Минул еще один год. Большинство представителей Человечества, видя чудеса и мощь своего правителя, добровольно стали последователями Цзян Фаня. Его теократическая власть стала незыблемой.

Конечно, у такого строя были свои минусы, но с точки зрения Творца, плюсы перевешивали всё.

В этот день Цзян Фань официально объявил о начале Новой Эры. Летоисчисление Кайвэнь было упразднено. Наступил первый год Эры Божественного Откровения (Шэньци).

В 1-й год Шэньци Цзян Фань направил всю энергию Человечества на развитие производства. Технический прогресс, подстегиваемый божественными указами, рванул вперед.

Под его чутким руководством наука стала новой религией.

К 10-му году Шэньци Человечество уверенно шагнуло в Эпоху Пара. Началась промышленная революция. Паровые машины и примитивные двигатели стали появляться повсеместно, заменяя мускульную силу людей и животных. То, на что раньше уходили недели тяжелого труда, теперь делалось за часы.

К 50-му году Шэньци механизмы усложнились и усовершенствовались. Цзян Фань, выступая в роли великого просветителя, "подсказывал" ученым направления поиска. Одно открытие следовало за другим.

Человечество прочно обосновалось в индустриальной эпохе. Была открыта электромагнитная индукция, и вскоре электричество — эта новая, невидимая кровь цивилизации — потекло по проводам. Постоянный ток, переменный ток — тьма отступала перед светом электрических ламп.

Цзян Фань выпустил новый Оракул, объявив приоритетными направлениями физику, математику, биологию и химию.

http://tl.rulate.ru/book/166494/10901921