Готовый перевод F1: The Making of a Racing God / F1: Дневник становления Бога гонок: Глава 4. Картинг — это не то, о чем вы подумали

Не пройдя и нескольких сотен метров, Шу Лун почувствовал, что воздух пропитан запахом бензина и горелой резины. Вибрация от рева двигателей щекотала пушок на его щеках.

— Тут рядом гоночная трасса?

— Точнее, картодром. Ты ведь всегда хотел потрогать руль? Сегодня дам тебе отвести душу!

Ка... какая машина?!

Информация, поступившая в уши, не сразу обработалась мозгом.

На его родном диалекте слово «дин», входящее в состав китайского названия картинга («ка-дин-чэ»), обычно обозначало мужское достоинство. Значит, «ка-дин» машина...

Неужели цена за прикосновение к рулю настолько высока?

Однако когда он на ватных ногах подошел к краю площадки и увидел устройства, по форме напоминающие машинки из аттракциона «автодром», он понял, что, скорее всего, что-то перепутал.

Машины из фильма «Маленькие воришки»!

Тогда Шу Лун смотрел только на то, как герои грабят банк, но сейчас вспомнил, что там был сюжет о том, как отец героини управляет мини-автодромом.

Поскольку дедушка Шу доживал свой век в этом городе, Шу Луна через связи устроили здесь в лучшую начальную школу. А Шу Сюн и Чжан Синь из-за дел по бизнесу постоянно мотались по всей стране.

До этого лета Шу Лун почти год не проводил много времени с родителями.

Поэтому, хоть Шу Сюн и был фанатом машин, до сегодняшнего дня знания Шу Луна о гонках ограничивались фильмами. Единственная гонка, которую он видел вживую, была три года назад, когда он еще не ходил в школу.

Тогда он помнил только, что по большой прямой время от времени с оглушительным ревом проносилась вереница четырехколесных «электробритв». Мама почти все время закрывала ему уши, и маленький Шу Лун совершенно не понимал, что может быть захватывающего в гонке, где нет дрифта, а машины просто ездят по кругу.

Шу Сюн планировал взять всю семью на гонку в этом году, но к моменту ее начала летние каникулы уже закончатся. Не говоря уже о дедушке, даже Чжан Синь вряд ли бы согласилась...

Пока Шу Лун наблюдал за тем, как несколько молодых парочек на трассе толкают друг друга в поворотах, Шу Сюн уже купил два билета и передал их сотруднику на пит-лейне, который выглядел довольно расхлябанно и держал во рту сигарету.

— Не стой столбом, левая нога — тормоз, правая — газ. Повеселись там с Мэнмэн!

Шу Сюн сначала помог «маршалу» с дилетантскими движениями крепко пристегнуть девочку ремнем, похожим на полоску ткани. Когда он подошел пристегивать сына, он со злорадной ухмылкой тихо прошептал: «Твой шанс настал!»

Шестьдесят восемь юаней за семь минут — цена невысокая, поэтому не стоило ожидать хорошей машины.

Четырехтактная прокатная модель. Вокруг всей рамы не только был наварен стальной каркас, но и закреплен толстый слой резины, нарезанный из старых покрышек.

Похоже, это место задумывалось как развлекательный проект в парке для привлечения туристов. Владельцы не ожидали, что люди будут ставить рекорды круга, главное — чтобы машины не разбивали, увеличивая расходы на обслуживание.

Двигатель завели пусковым шнуром. Подобно старым машинам с севшим аккумулятором, сотруднику пришлось немного подтолкнуть карт, чтобы тот неспешно поехал вперед после нажатия на газ.

К тому времени, как машина Шу Луна наконец завелась, Гань Мэннин уже скрылась за высокой стеной из шин в повороте.

Никто из взрослых не воспринимал соперничество двух детей всерьез. Однако это совершенно не мешало одному взрослому мужчине подливать масла в огонь. Соперничество в лабиринте, где никто никого не видит и никто не признает поражения, не шло ни в какое сравнение с борьбой на трассе, где результат был на виду.

К сожалению, скорость этого прокатного карта была удручающе низкой. Шу Лун прикинул, что это ненамного быстрее его бега на пределе возможностей. Реакция на газ была крайне вялой: после нажатия педали казалось, что прошел целый год, прежде чем двигатель начинал неохотно реветь.

Всего через два поворота этот медлительный агрегат, чья максимальная скорость не достигала и 30 км/ч, довел Шу Луна, привыкшего к быстрым машинам отца, до такого отчаяния, что ему захотелось выпрыгнуть и нести машину на руках!

Стоявший за пределами трассы Шу Сюн с улыбкой наблюдал за процессом. Никогда раньше не имевший опыта реального вождения, Шу Лун явно слишком торопился: он либо не знал, что нужно тормозить перед входом в поворот, либо резко дергал рулем, из-за чего метался между шинными ограждениями, как шарик в пинболе.

С другой стороны, маленькая Мэнмэн, тоже впервые севшая за руль, хоть и была напряжена (вероятно, из-за страха задеть края), ехала строго по середине трассы. Через несколько участков она даже немного оторвалась от Шу Луна.

Казалось, исход первого заезда был предрешен. Шу Сюн с усмешкой представлял, как его сын, не желая мириться с поражением, будет умолять его купить еще один заезд. Он вытащил телефон и отправил сообщение жене, сообщая их местоположение, чтобы она не забыла про них после окончания своих дел.

Поскольку на трассе были не только Шу Лун и Гань Мэннин, но и другие дети с родителями и молодежь, Шу Сюн на мгновение отвлекся и не сразу заметил неладное. Когда он нашел глазами голову своего сына, мелькавшую среди шин, он обнаружил, что тот сократил отставание до трех корпусов машины.

Что случилось? Мэнмэн тоже врезалась?

Проследив за малышами еще круг, Шу Сюн изменился в лице. Выражение его лица стало странным — смесь смеха и плача, что выглядело довольно комично.

Этот малец едет по траектории!

Удивление Шу Сюна имело причины. Автоспорт в Китае начал развиваться не так давно. Глядя на других молодых людей на трассе, можно было понять, что под влиянием популярных фильмов и аниме большинство считало дрифт самым быстрым и крутым способом вождения.

Поэтому молодежь на треке не заботилась о времени круга. В поворотах они любили резко дернуть руль и ударить по тормозам — казалось, им физически плохо, если зад машины не заносит.

Согласно представлениям Шу Сюна об опыте своего сына, чтобы догнать впереди идущую «Нацуки»... нет, это плохая примета, как там звали ту, что играла в гольф, Камиширо?

Короче, смысл был в этом. Шу Сюн ожидал, что Шу Лун выберет стиль вождения а-ля «Такуми», а не будет столь «законопослушным», как сейчас.

Траектория — это не какой-то отдельный технический навык. Будь то езда с зацепом или дрифт, поведение гонщика, удерживающего болид на линии максимально эффективного использования трека, можно назвать ездой по траектории.

Важно не «как» ехать, а понимание и планирование конфигурации трассы.

С каждым следующим кругом Шу Сюн замечал, что парень продолжает оптимизировать свою линию. Причем он был не из трусливых: иногда защитный каркас карта проносился буквально вплотную к шинным заграждениям!

Кто его научил?!

Никто. Точнее, сама эта развалюха, на которой сидел Шу Лун.

Шу Лун не знал, быстр ли дрифт, но был уверен, что заносы, выставляющие машину боком посреди трассы, точно не прибавят скорости. А чтобы не ударить в грязь лицом перед Гань Мэннин, для начала стоило не уподобляться тем дурачкам, которые крутились на месте и глупо хихикали.

Из-за серьезной нехватки мощности двигателя и педали газа, которая ощущалась как нажатие в густое тесто, Шу Луну оставалось только самому искать способы сделать траекторию максимально прямой.

Благодаря временно не полностью разблокированному пункту 【Фотографическая память】, Шу Лун через два круга неосознанно выстроил в голове модель планировки трассы. Путем сравнения результатов каждого круга он начал нащупывать влияние различных линий на скорость.

Видя, что расстояние между ним и Гань Мэннин сокращается на глазах, Шу Лун понял, что угадал правильно.

Но езда по траектории — это не то, что можно сделать, просто понимая принцип.

Во время барбекю прошел небольшой дождь. Сейчас на этом запущенном треке повсюду была мутная жижа. В сочетании со старыми «сликами», которые, вероятно, не меняли с открытия, можно представить, насколько скользко было на дороге.

К тому же у карта тормоза только на задних колесах — одно неосторожное движение, и колеса заблокируются. Даже Гань Мэннин, которая ехала крайне осторожно, несколько раз покрывалась холодным потом от потери контроля над машиной.

Но сегодня ей явно везло: до сих пор она ни разу не влетела в стену.

Тут стоит упомянуть удивительный пункт 【Мастерство трения】.

Хотя он полностью разблокировался всего несколько дней назад, он не только обеспечил качественный скачок в технике настольного тенниса, но и сегодня, как только Шу Лун взялся за руль, открыл перед ним новые горизонты.

Газ, тормоз, даже отдача от руля и сиденья под пятой точкой вскоре позволили Шу Луну четко понимать состояние карта в движении.

Это странное ощущение, будто ты ведешь прямой диалог с четырьмя колесами, сражающимися с физическими законами, доставляло Шу Луну такое удовольствие, что мурашки бежали от копчика до затылка. Одно время он настолько погрузился в процесс, что даже забыл о соревновании с Гань Мэннин, в котором на кону стояла мужская гордость.

Словно врожденный инстинкт: Шу Лун тонко и ясно чувствовал предел каждой шины на грани срыва. В процессе прохождения кругов он даже самоучкой начал применять элементы техники «трейл-брейкинг» (торможение в повороте).

— Этот заезд скоро закончится, родители, обратите внимание.

«Маршал» с каменным лицом щелкнул секундомером. Это вывело Шу Сюна из транса, в котором он мысленно переживал каждый круг вместе с сыном. Вероятно, этот невежественный обыватель и не понял бы всех тонкостей, но без оплаты новой сессии никто не позволил бы проехать лишний круг.

У края трассы начали махать черно-белым флагом. Это было оговорено заранее: тот, кому показывают флаг, уходит на последний круг и после пересечения черты должен остановиться.

Однако в этот момент Шу Лун все еще был плотно заблокирован Гань Мэннин. Защитные дуги двух машин почти соприкасались.

Трасса была небольшой, ширина полотна позволяла ехать максимум в два с половиной карта. Гань Мэннин, которая уверенно держалась по центру, могла полностью перекрыть траекторию малейшим маневром.

Очевидно, девочка заметила, что Шу Лун постоянно «целует» ее машину в зад. Если раньше она была погружена в вождение и не особо думала о победе, то теперь, когда до финиша остался всего шаг, она не собиралась просто так отдавать позицию!

Азарт борьбы проснулся в девочке, и она начала намеренно обороняться.

Но поскольку ее навыки вождения были на уровне новичка, впервые выехавшего на дорогу, под высоким давлением Шу Луна ее защитные действия были, скажем так, бессистемными и грубыми. Пару раз она едва не впечатала Шу Луна в стену.

Ничего не поделаешь, остается только последний правый поворот под прямым углом перед финишной прямой!

Из-за входа на пит-лейн в этом месте было меньше всего шинных заграждений, а рядом находилась площадка для неиспользуемых машин — это было одно из немногих просторных мест на всем треке.

Прямо перед точкой торможения Шу Лун решительно пошел вперед. Он слегка подтолкнул заднюю правую часть карта Гань Мэннин, создавая иллюзию обгона с этой стороны.

Основываясь на наблюдениях за несколько кругов преследования, Шу Лун понял, что и Гань Мэннин, и он сам подсознательно считали внутренний радиус более коротким и приоритетным для обгона.

Как и ожидалось, Гань Мэннин, почувствовав толчок, тут же сместилась внутрь, оставив на внешнем радиусе широкий коридор.

Коварный план сработал, но на лице Шу Луна не было радости. Разница в линейной скорости была невелика, а влияние сопротивления воздуха на такой черепашьей скорости стремилось к нулю. Надеяться на простой обгон на прямой было бессмысленно.

Теперь его единственный шанс — затормозить позже, чем Гань Мэннин, и, используя все доступное пространство трека, втиснуться вперед до выхода из поворота!

Нестандартная точка торможения означала, что все ориентиры, найденные Шу Луном ранее, стали бесполезны.

Теперь он мог полагаться только на свое общее чувство скорости и пространства, а также на понимание возможностей машины, полученное за предыдущие двенадцать кругов.

Резкий удар по тормозам. Вырвавшись вперед за счет позднего торможения, Шу Лун начал входить в поворот, продолжая удерживать тормоз, постоянно корректируя усилие ногой, чтобы не допустить блокировки передних колес и потери управления.

Однако Шу Лун все же просчитался. Он неверно оценил способности своего противника.

Не то чтобы Гань Мэннин была скрытым мастером — просто увидев, что Шу Лун ее обходит, импульсивная девчонка подсознательно бросила тормоз и ударила по газу...

И вот результат: баланс машины в повороте и так держится на волоске. Поняв, что машина полностью потеряла управление, Гань Мэннин просто зажмурилась и с застывшим телом врезалась в бок машины Шу Луна.

Идеальный разворот «полицейским маневром» (PIT)!

Машину Шу Луна тут же начало крутить. Но в этот момент победа была уже видна, разве мог он позволить упустить такой шанс!

Подобно тому как тело привыкает к динамике езды на велосипеде и удержание равновесия превращается из осознанного действия в автоматическое.

Шу Лун, у которого уже сформировалась система логики управления картом, еще до того как мозг принял решение, начал контрруление. Одновременно правая нога начала ритмично поддавать газ — каждое нажатие помогало вернуть машину на нужный курс.

Внешнее левое заднее колесо уже зацепило траву на обочине, подняв туман брызг. Задняя часть рамы пронеслась мимо ограждения пит-лейна в таком опасном лимите, что у зрителей перехватило дыхание.

(Конец главы)

http://tl.rulate.ru/book/166258/10844237