— Если экранное время Бохёна увеличится «намного» больше, чем сейчас, вы, Син Юмён-сси, сможете это выдержать?
Вопрос сценаристки Юк, пронзающей прямым взглядом.
Юмён на мгновение задумался о её истинных намерениях.
«„Намного“ — значит, возможно, сменится второй главный герой. „Выдержать“ — вряд ли речь об актёрской игре...»
Сможешь ли выучить реплики?
Сможешь ли вынести давление?
Такое «выдержать» — само собой разумеется. Юк Миён, видя его игру, должна это знать.
Тогда это «выдержать»...
— Разве директор Мун не выдержит это за меня?
— ...Какой умный парень, — Юк Миён улыбнулась, словно это был правильный ответ.
Даже если отношения испортятся, TW вряд ли сможет что-то сделать популярному сценаристу и звездному PD, но вот новичку подножку поставить могут. Риск того, что внезапно взлетевший новичок станет мишенью другого агентства — вот о каком бремени говорила Юк Миён.
— Нужно перестроить любовную линию. У Бохёна, которого вы сейчас играете, есть хоть капля романтических чувств к Хане?
— Я играл так, словно их нет, потому что мне казалось, что вы не планировали «такие отношения» между Ханой и Бохёном.
— Верно? Значит, всё-таки придётся добавить повод...
— Но, писатель-ним.
— Что?
Юмён немного подумал и открыл рот:
— У того, что Бохён — «второстепенный персонаж», был свой смысл. Не разрушится ли он?..
Юк Миён слегка удивилась, а затем тихо вздохнула. Молодой друг слишком заботлив.
Она тоже думала об этом. Бохён — персонаж, приданный Хане, поэтому воспринимается как «бафф Ханы», но если добавить любовную линию, сюжет может скатиться к клише «героиня, спасённая мужчиной».
Но жалеть об этом — удел сценариста. Она притворно нахмурилась.
— Син Юмён-сси, об этом должна беспокоиться я, а вы должны жадно хватать своё экранное время. Актёр-новичок без амбиций не вырастет.
— Да. Извините.
— Я понимаю, о чём вы. Над этим я подумаю, так что просто создайте мне обаятельного Бохёна.
— Понял.
Так в сценарии начал бушевать ураган изменений.
***
— Что? Никакой реакции?
— Да. Говорят, в тот день сценаристка Юк Миён приезжала на площадку. Атмосфера там вроде улеглась. Но говорят, она забрала все розданные сценарии 10-й серии, сказала, будет править.
— Что?
Ли Гюсон нервно грыз ногти.
По плану сценаристка должна была позвонить с извинениями, что не уделила внимания, а PD должен был спросить о здоровье и умолять вернуться на площадку...
Менеджер осторожно протянул USB-флешку.
— И ещё... это было в анонимном письме на твоё имя... думаю, тебе стоит посмотреть.
— Что это?
— Эм... запусти, посмотри. Я в туалет, очень надо. Извини!
Дорожный менеджер сбежал с виноватым видом.
— Вот ублюдок...
Гюмин с раздражением вставил флешку в ноутбук. Там лежал один видеофайл.
Клик-клик — при запуске сначала появилось лицо Пэк Сынхё.
Сцена противостояния Ынсона и Вольгона. Сцена, которая была запланирована на тот день, когда он объявил бойкот. Как они могли снимать без Вольгона?
Он сморщил своё красивое лицо и присмотрелся. Человек, стоящий напротив в костюме Вольгона...
«Какого чёрта этот придурок!..»
Син Юмён. Он читает реплики Вольгона.
Тук — тук — тук — нервно постукивая ногтями по столу, он смотрел видео и вскоре ухмыльнулся с облегчением: «Что это за Вольгон такой...».
Но в тот момент, когда он увидел, как Вольгон возвращается к образу Так Гюмина,
Дыхание перехватило.
Он понял, что Юмён «играл» — «Так Гюмина, которому не хватает актёрского мастерства, хотя он старается изо всех сил».
В Вольгоне остались все привычки, манеры и тон Так Гюмина.
Ах, он старался, но не смог.
Не актёр Син Юмён, а персонаж Так Гюмин.
Увидев это, никто бы не подумал, что актёр не умеет играть.
Это полностью противоречило тому, что утверждал Ли Гюсон (что такая роль испортит имидж), и его лицо вспыхнуло.
«Новичок, а смеет так меня подкалывать...»
Это была правда.
Конечно, было бы лучше, если бы он сначала оглянулся на свою игру, прежде чем злиться.
Но будь он таким человеком, он бы даже не создал эту ситуацию.
Он вскочил и, подавляя кипящий гнев, направился в кабинет директора.
— Директор.
— О, Гюсон-сси, — тот радостно поприветствовал его.
Ли Гюсон приносил большую долю выручки TW Enter. Не столько проектами, сколько побочными доходами. Особенно рекламой. Благодаря фанатам-подросткам он был приоритетной целью для рекламы, ориентированной на молодежь.
Хотя управлять им было головной болью из-за частой смены стаффа, для компании он был прибыльным товаром.
— Ну как?
— Доложил президенту. Он сказал, что замолвит словечко перед директором KBK.
— Говорят, на площадке всем всё равно. Обидно даже.
— Ну что за люди... Актёр упал в обморок, а они даже не спросили, как здоровье. Ладно. Скажу, чтобы надавили посильнее.
Только тогда довольный Гюсон улыбнулся своей белозубой улыбкой.
— Да. И ещё этот новичок, Син Юмён, сильно мозолит глаза.
— Хм... он уже в проекте, что поделаешь.
— Не прямо сейчас. Но ведь способов много, верно? — Гюсон с нажимом закончил фразу, давя на директора.
***
TW Enter — гигант индустрии.
Входящее в топ-3 развлекательное агентство и дочерняя компания крупной корпорации.
Юсок, узнав о случившемся на съёмочной площадке, нахмурился.
— У этого парня и раньше была плохая репутация.
— Говорят так. Сейчас, конечно, всё обернулось хорошо, но вот последствия... TW работает грязновато...
Юсок беседовал с руководителем 1-й актёрской группы.
Хотя менеджером Юмёна он был лично, но дорожный менеджер и стилист, которым нужно официальное трудоустройство, были приписаны к 1-й группе, поэтому Хочхоль доложил ситуацию руководителю 1-й группы, а тот пришел к Юсоку.
— Если всё пойдет плохо, нас могут облить грязью. Конечно, сценарист и PD защищены успехом проекта, но если они решат специально придраться к Син Юмён-сси или другим нашим актёрам...
«Почему именно они...»
Если бы это было другое агентство, он бы легко решил проблему, использовав одну-две карты из рукава.
Но TW — это противник, которого он больше всего не хотел трогать.
Дочерняя компания «того места».
Др-р-р — телефон завибрировал на столе. Он равнодушно открыл «раскладушку», но, увидев имя отправителя, его лицо исказилось.
«Мать».
Он проверил новое сообщение, иконка которого мигала.
«Слышала, у тебя проблемы с TW? Президент доложил, что дело мелкое, но связано с тобой. Я сказала им не мешать твоему хобби. Заезжай как-нибудь».
Казалось, он слышит её тихий, мягкий, шуршащий, как змея, голос.
— Это ведь просто хобби? Слишком не жадничай.
— Ты добрый и умный ребенок, поэтому я верю, что ты будешь соблюдать черту, пока я смотрю на это с умилением.
Юсок слегка тряхнул головой, отгоняя этот голос.
— Директор, вы в порядке?
— Этот вопрос решён. Не волнуйтесь и идите.
— Что?.. А, да. Понял.
Руководитель группы удалился с растерянным видом,
А Юсок долго держал холодную ладонь на глазах.
***
Ли Гюсон вернулся.
Улыбка, которая всегда была словно высечена на его губах, впервые исчезла.
— Извините, что создал проблемы для съёмок. Я полностью выздоровел.
— Ничего страшного. Что поделать, если заболели. Гюсон-сси, у вас, видимо, слабое здоровье?
— Да, немного...
«Бедняга, в будущем я дам вам много времени на отдых» — PD Пан Хак, пряча кинжал за улыбкой, сказал:
— Давайте скорее снимем срочные сцены из фильма.
— Да, PD-ним. Извините.
Он поклонился под 90 градусов. Под опущенными волосами челюсти его были сжаты до дрожи.
Это было поражение звезды, достигшей пика высокомерия.
Накануне его вызвал президент, предупредил не нарываться и добавил несколько угроз. А также приказал вежливо извиниться перед PD и вернуться на площадку.
Он покорно склонился, так как был в невыгодном положении, но его лицо, уязвлённое в гордости, было бледнее обычного.
Взгляды других актёров и стаффа тоже не были тёплыми.
Особенно ветеран Ли Окхён, известная своим прямым характером, открыто цокнула языком и отвернулась от него.
Син Юмён, который смеялся с другими актёрами в углу. Встретившись с ним взглядом, Ли Гюсон заскрежетал зубами.
— 3, 2, 1 — Мотор!
— Ваше Величество. Наша страна едва оправляется от последствий войны с царством Кончок, закончившейся в июне. Земля нашей прекрасной родины, где скоро начнется сбор урожая, снова окрасится кровью.
Ли Гюсон, стараясь забыть видео, увиденное накануне, напряг живот и произнёс реплику.
Кто прислал это? Наверное, PD?
От злости и раздражения, что та игра стояла перед глазами, было трудно произнести реплику так, как он репетировал.
— Стоп! Гюсон-сси, это не просто плохая игра, а ощущение «игры, которая не получается, несмотря на старания». Ещё раз.
— Но как можно стараться и не… — Гюсон хотел возразить, но осёкся.
Образец того, как это сыграть, был прямо там.
Весь стафф видел ту игру и сейчас сравнивает с его игрой.
«Бл...» — лицо горело.
— Ваше Величество. Наша страна едва оправляется от последствий войны с царством Кончок, закончившейся в июне. Земля нашей прекрасной родины, где скоро начнётся сбор урожая, снова окрасится кровью.
— Стоп! Если вкладывать столько силы, не будет ощущения, что вас подавляет Квон Доджун. Ещё раз.
— Стоп!
— Стоп! Ещё раз.
— Стоп!
Из-за того, что кто-то сильно завысил планку для этой сцены, а PD Пан Хак оказался неожиданно злопамятным, съёмки в тот день были для Гюсона путём по шипам.
Но, возможно, это было даже лучше.
Потому что после этого его экранное время начало стремительно и заметно сокращаться.
Съёмки снова пошли гладко, и на следующей неделе вышла в эфир 7-я серия «Введения в актёрское мастерство».
Основные события первой половины быстро сменяли друг друга.
Доджун обнаруживает, что Хана тайком репетирует актёрское мастерство. Он поражён её талантом, но раздражённо спрашивает, что она творит. Хана честно признаётся ему: у неё тоже есть мечта стать актрисой, и когда-нибудь стать такой, как он.
Её простое и искреннее признание сильно трогает Доджуна. После долгих раздумий он рекомендует Хану в компанию как трейни. «У неё есть талант, посмотрите её. Только держите в секрете, что это я порекомендовал». Хана проходит прослушивание и становится стажёром.
В ходе тренировок раскрывается удивительный талант и усердие Ханы. Она каждый день тренируется как на войне, а Гюмин утешает её, уставшую. Доджун, видя это, охвачен необъяснимым гневом, а Джунгён, заметившая состояние Доджуна, хочет растоптать Хану. Поэтому Джунгён сближается с Ханой и приглашает её на «вечеринку в конце года для хороших актёров»...
— Введение в актёрское мастерство —
— 7 серия —
— Мими-я…
«Мяу…»
— Онни красивая? Хе-хе. Меня сегодня пригласили на важное мероприятие. Это моя лучшая одежда, знаешь?
«Мяу…»
— Вот именно. Зачем позвали меня, я ведь даже не дебютировала. Та актриса, Рю Джунгён, она сама со мной заговорила! Она такая красивая. Сказала: «Вы Хана-сси? Доджун говорил, что вы талантливая актриса. Это просто расслабленная встреча знакомых, приходите без стеснения». Представляешь?
«Мяу…»
— Не верится? Онни тоже. Рю Джунгён-сси можно верить, но вот тот наглец Квон Доджун вряд ли назвал бы меня талантливой, да? Ладно, онни пошла. Присматривай за домом.
И в тот момент, когда она вышла из дома и пошла к автобусной остановке, выбежал Бохён и схватил её за запястье.
— О? Бохён-а. Ты был дома? Отлично. Обязательно поужинай с бабушкой.
— Хана-я, ты мне веришь? — внезапно бросив реплику, не связанную с рассказом Ханы, Бохён улыбнулся своей фирменной мягкой улыбкой.
— Конечно, после бабушки я верю тебе больше всех на свете!
— Хорошо, тогда верь оппе и пойдём со мной ненадолго.
— А? У меня встреча...
— Я отвезу тебя, не опоздаешь.
Место, куда Бохён привёл Хану — универмаг.
Хана была в шоке с того момента, как вошла туда, нет, с того момента, как Бохён подъехал на машине, которая с первого взгляда выглядела дорогой, и посадил её внутрь.
Он казался... не тем Бохёном, которого она знала.
— Зачем мы здесь...
— Там, куда ты идёшь, есть дресс-код.
— Мне такого не говорили...
— Хана-я. Я на твоей стороне, верно?
— Конечно!
— А тот человек на твоей стороне или нет?
— Хм... ну...
— Тогда верь мне. Я ведь не сделаю тебе ничего плохого?
Так заткнув ей рот, Бохён начал умело выбирать в бутиках подходящие ей платья, обувь и аксессуары.
— Эй, у тебя же тоже нет денег. Что ты делаешь! Возвращать ношенное — это плохо...
— М-м... я тебе кое в чём соврал... отругаешь меня вечером. Сейчас нет времени, скорее.
Мгновенно подобранные вещи, и специалист, появившийся из ниоткуда, чтобы уложить ей волосы и сделать макияж.
Пока Хана крутилась в водовороте событий, её образ был завершён.
— Наша Хана красивая, — Бохён улыбнулся глазами-полумесяцами и поставил её перед зеркалом.
«О-о» — она открыла рот.
— Это... я… — красавица в зеркале глупо открыла рот, словно доказывая, что это действительно она.
— Спину прямо, взгляд уверенный. Что я тебе говорил?
— Роскошная внешность, визитки, кошельки — это всё скорлупа. Важно ядро.
— Верно. Хана и так красивая. Но нет причин, чтобы тебя игнорировали на собрании людей, для которых важна скорлупа. Ни внешностью, ни душой ты им не уступаешь, так что иди с гордостью.
— Ханы нет, я здесь?
Она высунула язык.
Бохён легонько щелкнул её по лбу — тук — и отвёз к месту вечеринки.
И тем, кто больше всех удивился преображению Ханы, была не Рю Джунгён, а Квон Доджун.
С выходом 7-й серии зрительский форум взорвался снова.
http://tl.rulate.ru/book/166148/11060044
Сказали спасибо 3 читателя