Готовый перевод Frozen Under a Bridge, Reborn to Cut All Ties / Замёрз под мостом — воскрес и послал семью к чёрту: Глава 30

Наутро Гу Шули отправилась на Восточный рынок, прихватив с собой часть лекарственных трав.

Она выбрала пустой участок ближе к центру.

Осторожно развязала узелок и аккуратно выложила принесённые пучки разных трав один за другим.

Затем смочила пальцы из фляги и легонько стряхнула прозрачные капли — роса на травах ещё не просохла, и от этой водяной дымки листья засверкали сочной зеленью, стебли налились свежестью, а в воздухе разлился чистый травяной аромат.

Не прошло и получаса, как к её лотку решительно приблизились трое.

Впереди — мужчина средних лет в шёлковой куртке, с треугольными глазами, полными торгашеской хитрости, за ним — тощий и коренастый подручные.

Сверху вниз он впился взглядом в убогий наземный лоток и заверещал пронзительно:

— Ты что творишь?! Кто разрешил тут торговать?

Тощий подручный, словно пёс, почуявший силу хозяина, подскочил, брызжа слюной почти в лицо Гу Шули:

— Эй! Оглохла? Не слышала, что Девятый господин сказал? Плату за место внесла? Это земля клана Бай! Соображаешь — вали отсюда, не мешай нам бабки делать!

Он нетерпеливо пнул край тряпки, забрызгав травы грязью.

Гу Шули не спеша поднялась, ясные глаза встретили взгляд тощего, на губах застыла холодная усмешка:

— Ха, ну и важность! Ещё до рассвета я заплатила целых два юаня за место у входа. Сам управляющий сказал: свободные места — кто первый встал, того и место! Ты правила знаешь?

Она чуть приподняла подбородок, скользнув взглядом по нечитаемому лицу Бай Лаоцзю, и голос, негромкий, но чеканный, продолжил:

— Что? Сам проспал, не занял хорошее место, а теперь думаешь, что меня, новую девчонку, легко прижать? Хочешь отобрать?

Вон сколько пустых мест, а ты вцепился в мой клочок земли. То ли я слишком беззащитна, то ли… просто ищешь ссоры?

Она шагнула вперёд, ни в чём не уступая:

— Хочешь хорошее место — вставай с петухами завтра! Или вы трое…

Она сделала паузу, и взгляд её стал острым:

— Что за клан Бай, клан Ли? Я знаю только, что это государственный рынок! Неужели твой клан Бай хочет тут царствовать? Расскажи-ка всем, пусть народ посмотрит, какой это «клан Бай» такой важный!

Бай Лаоцзю, придавленный её градом вопросов, вспыхнул от злости.

Видя, что вокруг собирается народ, а свободные места быстро тают, он злобно зыркнул на Гу Шули треугольными глазами, с трудом подавил ярость и рявкнул:

— Уходим!

И вместе с подручными поспешил занять пустое место напротив наискосок.

Тряпка с грохотом расстелилась, на ней громоздилась солодка — приторный, залежалый запах резко контрастировал со свежим ароматом трав Гу Шули.

Знающий человек сразу понял бы: верхний слой солодки ещё сойдёт, а что внизу — и смотреть не стоит.

Тощий подручный, суетливо разравнивая солодку, не забыл злобно зыркнуть в сторону Гу Шули и провести ребром ладони по горлу — угрожающий жест.

Гу Шули даже глаз не подняла, будто мимо пролетел порыв грязного ветра. Она неторопливо поправила тряпку и снова уселась.

[Дзынь! +10 очков за пощёчину.]

Из пространства донёсся холодный голос. На губах Гу Шули мелькнула едва заметная усмешка: «Трусы, что давят на слабых».

Светало, лотки постепенно заполнялись.

— Товарищ, осторожнее.

Старик с соседнего лотка с минералами протянул ей кусочек имбирного сахара:

— Клан Бай специально подмешивает в травы старый товар. В прошлом месяце одного травника, который разоблачил их… — старик внезапно замолчал.

Гу Шули проследила за его взглядом: двое рыночных инспекторов с красными повязками обходили лотки, а Бай Лаоцзю, расплывшись в улыбке, шагнул им навстречу.

Слева от неё стоял лоток худощавого старика лет пятидесяти. Он поглаживал бороду, разглядывая живые, полные сил травы Гу Шули, и в глазах его светилось одобрение:

— Девушка, какие у тебя травы ладные! Сама в пригородном саду растишь или свежие прикупила? Будто только что из земли вынули.

Гу Шули была благодарна за предупреждение:

— Спасибо, дядюшка. В основном свои, кое-что по горам собрали. На лотке — образцы.

Перекинувшись парой слов, она повернулась направо. От соседнего лотка разило едкой смесью обработанных трав — мешки громоздились кучей, не разобрать, что внутри, голова кружилась от запаха.

Примерно через полчаса Восточный рынок по-настоящему ожил.

Гу Шули поспешно достала приготовленный картонный щиток с яркой надписью «ОПТОМ» и поставила его на видное место.

Место у неё было отличное, травы — свежие и сочные, словно жемчужина среди сушёных товаров рынка. Проходящие торговцы и приказчики из аптек останавливались, разглядывали, спрашивали цену.

Проводив покупателя, который тщательно осмотрел качество трав, Гу Шули не успела перевести дух, как перед лотком присела женщина лет сорока в синей хлопковой куртке.

Она не спешила спрашивать цену, а по-хозяйски поднимала каждую траву, ощупывала пальцами прожилки, даже отламывала крошечный кусочек и подносила к носу, втягивая аромат.

Эта тщательная проверка длилась добрых десять минут.

Наконец женщина подняла голову, лицо её сияло радушием, но в глазах прятался расчёт:

— Травы у тебя что надо! Почем продаёшь? Мне нужно много, назови настоящую цену?

Сердце Гу Шули ёкнуло, но она постаралась сохранить спокойствие, глубоко вздохнула и чётко назвала цену:

— Товарищ, у меня на лотке пятнадцать видов трав. Кроме женьшеня и унаби, которых маловато, каждого остального — по тысяче цзиней. Если возьмёте всё, цена, конечно, будет сговорчивой.

Цао Е взяла отличный корень женьшеня и со знанием дела заметила:

— У этого корня чашечки чёткие, двадцать лет, не меньше. Шкурка — натуральный бледно-жёлтый, гладкая, блестящая, усики целые, не обломанные. Выкопан не больше двух дней назад. Редкий свежий товар высшего сорта…

Она перевела разговор с торгашеской хитрецой:

— Но, понимаешь, это же необработанное сырьё. Мне, сестрице, придётся тратиться на работу, дрова, время на обработку. С учётом этих расходов… может, цену чуть сбросишь?

Она окинула взглядом весь лоток:

— А давай так: я сегодня всё, что у тебя есть, забираю оптом! И тебе хлопот меньше, как?

Гу Шули ответила ясным взглядом:

— Тогда будьте добры, назовите настоящую цену. Если подойдёт, всё ваше, не придётся мне мелочиться.

Цао Е на миг задумалась и быстро выпалила ряд цифр:

— Двадцатилетний женьшеня, такого вида, — тридцать пять юаней за цзинь. На Восточном рынке это предел!

Унаби — у тебя оно сырое, не сушёное, не обработанное, — два с половиной за цзинь… Дальше: истод — восемь, атрактилодес, ангелика — похоже, однолетние, даю по пять мао за цзинь, астрагал — один юань один мао, пория — два три, дудник — восемь мао, одуванчик — пять фыней, боярышник — один семь.

Я назвала цену честно, всё по рынку!

Гу Шули опустила глаза, быстро прикидывая в уме. Цена — ни высокая, ни низкая, середнячок. Но качество своих трав она знала — это суть, взращённая на духовном источнике, с которой не сравнится и дикий высший сорт. Золотое утро только началось, и продавать за бесценок? Нет уж!

Она подняла глаза, улыбка оставалась вежливой, но во взгляде появилась непоколебимая твёрдость:

— Товарищ, вы знаток, только что смотрели внимательно и сами всё поняли.

Смею сказать: на всём Восточном рынке не найдёте второго такого лотка со свежими и качественными травами.

Ваша цена — для товара среднего качества. Мне сердце не позволяет так уступить… Придётся вам посмотреть в других местах.

Цао Е опешила. Не ожидала, что эта девушка окажется такой самостоятельной и не пойдёт на поводу! Она думала, та хотя бы ещё попытается задержать, поторговаться, а в итоге уступит ей, «крупному покупателю».

Она сделала вид, что встаёт и уходит, но краем глаза следила за Гу Шули, ожидая, когда та крикнет: «Товарищ, постойте!»

Однако Гу Шули уже повернулась и естественно обратилась к подошедшему пожилому господину, спрашивая, какие травы ему нужны, — ни малейшего намёка на то, чтобы удержать «крупного покупателя»!

Ноги Цао Е застыли на месте.

«Ну… так не пойдёт!»

http://tl.rulate.ru/book/165221/15683404