Готовый перевод My Girlfriend is an Immortal Swordswoman from Another World / Подобрал девушку-мечницу — она оказалась бессмертной!: Глава 20

В ущелье было сумрачно, окрестности безмолвствовали.

Это место было безлюдным, даже тропинок не было, но, к счастью, оба были не обычными людьми: один управлял мечом в небесах, другой скакал тигром и летал обезьяной — двигались они стремительно.

Внутри ущелья температура была очень низкой. В сумрачном густом лесу буйно разрослись сорняки, повсюду колючки. Ручей, подобный яшмовой ленте, петлял сквозь чащу, мимо диких водопадов и скал, с журчанием воды.

Свист рассекаемого воздуха донёсся мгновенно — древний Лазурный меч опустился у горного ручья. Он неподвижно завис в трех чи от земли, дрожа и издавая протяжный звон.

Вскоре сюда же добрались Е Чэнь и Цзян Цинъяо. Оглядев окрестности, они переглянулись — ничего необычного не заметили.

— Девица Цинъяо, здесь вроде бы ничего особенного? Может, ошибка?

Е Чэнь удивился. Кроме низкой температуры и веющего холодом ветра — ничего, что в горных лесах обычное дело.

Цзян Цинъяо легко ступила вперёд, убрала Лазурный меч и с радостью в голосе ответила:

— Господин Е, у Лазурного меча есть дух, это место его рождения, он ошибиться не может.

Е Чэнь хотел возразить, но побаивался этот чудотворный меч. В голову хлынули воспоминания — он и раньше видел оружие, которое можно назвать божественным, но оно ни шло в сравнение с этим Лазурным мечом, который мог пробуждаться сам, без хозяина.

Спокойным тоном он спросил:

— Цинъяо, твой Лазурный меч — как он… э…

Он долго подбирал слова, не зная, как описать это — уж слишком всё было необычно.

— У Лазурного меча есть дух, он — божественное оружие древности, у него своя воля. К тому же это место его рождения, ничего странного.

Цзян Цинъяо говорила непринуждённо, а затем продолжила:

— Господин Е, вы не задумывались? Меняются моря и поля, текут годы. На что вы надеялись найти здесь какие-то следы?

Слова были разумными, но Е Чэнь всё ещё с трудом принимал это. Он обвёл взглядом окрестности:

— Иными словами, ты уверена, что наш мир — так называемый Мир людей, и именно здесь ваш патриарх постиг Дао?

— А как иначе это объяснить?

Цзян Цинъяо выглядела так, будто это само собой разумеется. Затем она медленно опустилась на колени и поклонилась далёким горам, совершая великий обряд. С торжественным видом она произнесла:

— Предки и бессмертные на небесах, ученица Цзян Цинъяо по воле случая вернулась в Мир людей и специально пришла сюда поклониться патриарху…

Е Чэнь уже онемел. Вдруг он насторожился, вглядываясь в глубину леса, — лицо стало серьёзным. Он чувствовал, что какое-то существо наблюдает за ними.

Здесь безлюдно, кто бы это мог быть? Дикий зверь? Но обычные звери при виде человека стараются удрать, а то, что пряталось в чаще, излучало враждебность.

— Господин, осторожно! Опасно!

Очевидно, Цзян Цинъяо тоже почувствовала. Она безмолвно прочитала заклинание меча, и над её головой вдруг возник духовный меч, который раскрылся, словно ширма: один стал двумя, два — четырьмя…

— Техника управления мечом, Чжэцзин, из ножен!

С лёгким криком десятки Летящих мечей с рёвом унеслись прочь, словно молнии исчезая в чаще.

— Техника управления мечом из Шушаня? Воистину удивительно!

Е Чэнь был потрясён до глубины души. Теперь он, наконец, понял, как Цзян Цинъяо летает на мече без Лазурного меча. Он заметил, что тот духовный меч вылетел из её волос.

Чжэцзин — возможно, так зовут тот духовный меч.

— Простите, господин, что выставила себя на посмешище.

Цзян Цинъяо, казалось, было немного неловко, но она всегда держалась открыто и не боялась показывать Е Чэню свои чудесные умения.

— Пи-пи!

Из чащи донеслись несколько резких странных звуков, похожих на визг какого-то существа.

Вскоре духовный меч вернулся, окрашенный кровью. В воздухе десятки Летящих мечей стремительно слились в один, превратились в размером с шпильку и упали в руку Цзян Цинъяо.

Капля алой крови упала на землю. Она нахмурилась:

— Господин, осторожнее, оно ещё не умерло, только ранено.

Они переглянулись, и оба почувствовали странность. В эпоху, когда духовная энергия иссякла и даже люди с трудом могут практиковать, какое существо способно выжить под ударом такого духовного меча?

Чудесные способности Цзян Цинъяо были таковы, что даже Е Чэнь не был уверен, что справится с ними. Если бы она обнажила Лазурный меч, он, наверное, даже не смог бы убежать. В этой дикой глуши — какое существо могло быть таким страшным?

Они оба невольно вспомнили двух чудовищ из Юбуна. Неужели это существа из мифов?

Вскоре Цзян Цинъяо отвергла эту мысль:

— Не так страшно. Если бы это было существо уровня тех двух монстров, только Лазурный меч смог бы с ним справиться. Я схожу посмотрю.

С этими словами она превратилась в порыв ветра и унеслась прочь — даже без полёта на мече она двигалась быстро, как ветер.

— Будь осторожнее!

Е Чэнь, не зная, смеяться или плакать, крикнул ей вслед. В душе он чувствовал поражение — все его годы практики были разбиты в пух и прах какой-то девчонкой.

Он не стал идти за ней, а замер на месте, долго не двигаясь. По какой-то причине его восприятие было очень острым — он мог издалека чувствовать некие таинственные ауры.

Е Чэнь повернулся и пошёл вниз по течению ручья. Именно оттуда изначально исходила аура того неопознанного существа.

Раздвигая придорожные колючки, он не спеша шёл вперёд. В его восприятии что-то находилось совсем рядом.

Вскоре перед ним открылся небольшой водопад. Вода журчала, внизу образовалась глубокая заводь — тёмно-изумрудная и бездонная, словно глаз демона, взирающий на всё сущее.

Внезапно Е Чэнь застыл. Он увидел растущее у заводи древнее дерево. Дерево было невысоким — всего несколько метров, ветви извивались, как драконы. Но самое удивительное — на ветвях висел ярко-красный плод.

Этот плод был до того красен, что слепил глаза. В сумрачном окружении он мерцал сиянием. Форма его была причудливой: похож на ананас, но кожица была кривой и неровной, словно детские каракули.

Е Чэнь спрыгнул вниз и подошёл к дереву. Он удивился — никогда не видел таких странных фруктов. Изогнутая кожица выглядела так, будто кто-то вырезал на ней странные письмена, но при этом казалась естественной.

— Пи-пи!

Вдруг раздался резкий визг, и серая тень молнией метнулась к нему. Е Чэнь фыркнул, быстро среагировал и отступил на несколько метров, уклоняясь.

С первой неудачей серая тень атаковала снова — так быстро, что невозможно было разглядеть само существо.

Чёрт!

Е Чэнь выругался про себя. Эта тварь оказалась весьма умной — заманила Цинъяо подальше, а затем напала на него.

Что это значит? Меня легче обидеть?

Он аж взбесился. Бесшумно зажав между пальцами изумрудный зелёный листок, он взмахнул рукой, и листок устремился вперёд, как светящийся поток.

Срывание листьев и полет цветов — всё может ранить!

— Пи-пи!

Раздался хриплый визг. Серая тень была пронзена листком насквозь и рухнула вниз, но тут же вскочила и запрыгнула на дерево — всё ещё живая.

Е Чэнь наконец разглядел, что это за существо, и тут же закатил глаза — в душе закипели сомнения.

Он насторожённо отошёл подальше от воды, не зная, что там за монстр. И только потом нашёл время разглядеть существо, напавшее на него первым.

Это оказалась обезьяна, не больше одного чи ростом. Сейчас она сидела на корточках на дереве, скаля зубы. На правом плече зияла рана — кровь уже остановилась. Это оставила Цзян Цинъяо.

А на правой лапе была ещё более заметная рана — словно её пронзило острым лезвием. Кровь текла ручьём, от острой боли обезьяна издавала непрерывные странные крики.

Е Чэнь изумился: обезьяна выжила и после удара Цзян Цинъяо, и после его атаки.

Он хорошо знал силу своего удара: Срывание листьев и полет цветов способно рассекать металл и нефрит. Не то что обезьяна — даже слон вряд ли выдержал бы.

— Свист!

Донёсся звук разрезаемого воздуха. Издалека прилетела Цзян Цинъяо с озабоченным лицом:

— Господин, вы целы? Эта тварь очень хитрая.

Тут она заметила плод на дереве и воскликнула:

— Духовное дерево с письменами?

— Осторожно!

Е Чэнь встрепенулся, но вдруг почувствовал опасность. Он резко оттащил Цзян Цинъяо в сторону. Из заводи за их спинами выпрыгнула огромная тень, распахнув кровавую пасть, и бросилась на них.

— Хм, тварь!

Цзян Цинъяо гневно вскрикнула. Череда неожиданностей разозлила её. Из её волос вылетела струя света, быстро превратившись в духовный меч, который пронзил пасть насквозь.

— Р-р-р!

Кровавый дождь брызнул во все стороны. Огромное чудовище перевернулось и упало в воду. Вода взметнулась вверх, покраснев от крови — явно получило тяжёлое ранение.

— Хочешь сбежать?

Цзян Цинъяо сложила знаки меча. Из её волос один за другим вылетели ещё два духовных меча, в воздухе вновь разделившись на десятки. Они закружили, готовые ринуться в воду и добить врага.

Е Чэнь удивился, что у неё не один духовный меч. Он остановил её:

— Цинъяо, довольно!

— Господин, эта злая тварь хотела нас убить!

Цзян Цинъяо обернулась, недоуменно глядя на него, не понимая, почему он её сдерживает. Но всё же послушно убрала мечи. Один за другим ледяные клинки развернулись и улетели обратно, исчезнув в её чёрных волосах.

Выражение лица Е Чэня было странным. Он смотрел на бурлящую воду и понял, что это за существо, но никак не мог понять, как оно выросло до таких размеров.

Это была гигантская саламандра — в народе её ещё называют «рыба-младенец». Она любит жить в таких горных ручьях. Но эта особь была метров четыре-пять в длину. Как она могла так вырасти?

Обезьяна, саламандра.

Это всё охраняемые государством животные. Как они в этом безлюдном лесу превратились в злых духов, способных ранить людей?

Е Чэнь отвёл взгляд и посмотрел на древнее дерево. В это время обезьяна очень осторожно тянула лапу к плоду. Она кралась на цыпочках, словно человек с разумом.

Когда взгляд Е Чэня упал на неё, обезьяна, злобно заскалив зубы, принялась прыгать по ветвям, издавая пронзительные «пи-пи».

— Что ты назвала это дерево?

Видя, что обезьяна так разумна, Е Чэнь одновременно разозлился и умилился. Он спросил у Цзян Цинъяо.

— Духовное дерево с письменами.

Цзян Цинъяо ступила вперёд, и обезьяна снова заверещала. Сначала она отбежала далеко, но потом вернулась и начала делать странные движения на дереве, словно умоляя их.

Даже Цзян Цинъяо не могла сдержать улыбки:

— Господин, эта обезьяна, видимо, съела плод с духовного дерева и уже обрела разум.

Е Чэнь насторожился. Цзян Цинъяо начала объяснять: это удивительное духовное растение, способное выращивать плоды с письменами, наделённые чудесными свойствами.

Однако выражение её лица было странным. Вскоре она пришла в неописуемый восторг и не удержалась от радостного возгласа:

— Замечательно, господин! Такие духовные деревья растут только в местах, что возродились после упадка мира. Мир людей просыпается!

Пока она ликовала, Е Чэнь наконец понял, в чём дело.

Согласно её словам, Духовное дерево с письменами вырастает в опустошённых местах, когда земля возрождается и духовная энергия просыпается. Его плоды могут даровать обычным людям необычайные способности и даже позволяют вознестись на небо среди бела дня.

Е Чэнь слушал и не мог поверить. С начала нового века подобное случалось не впервые — разве появление иных не объяснялось тем же принципом, что и у этого дерева?

Когда он высказал свои сомнения, Цзян Цинъяо обрадовалась ещё сильнее. Она была так взволнована, будто вот-вот сама станет бессмертной.

— Небеса! Предки и бессмертные, в Мире людей открылась такая великая возможность! Патриарх, благослови! Ученица Цзян Цинъяо оправдает ваши надежды!

Наконец она снова упала на колени и принялась кланяться дереву.

Но тут она вспомнила, что на дереве сидит вонючая обезьяна. Разгневавшись, она тут же призвала духовный меч, собираясь убить обезьяну и замять дело.

— Цинъяо, в чём же заключается твоя возможность?

Е Чэнь со смехом снова остановил её, не то обезьяна точно погибла бы.

— Господин, и Духовное дерево с письменами, и те иные, о которых вы говорили, — все признаки указывают, что Мир людей скоро пробудится, вернётся к древней среде. Практика больше не будет проблемой. В разрушении рождается новое, в упадке происходит возрождение. В Мире людей кто-то станет бессмертным!

Е Чэнь понял, но всё равно удивился. Цзян Цинъяо же в волнении продолжала:

— Стать бессмертным! Сколько лет уже в Духовном мире никто не становился бессмертным? Грядёт великая вселенская катастрофа. Если в Мире людей кто-то вознесётся, он обязательно сможет…

Тут она вдруг задумалась о чём-то и погрустнела, но затем снова загорелась:

— Да! Если в Мире людей кто-то станет бессмертным, он обязательно вознесётся в Духовный мир и спасёт положение! Всё предопределено. Небеса велели мне вернуться в Мир людей, чтобы стать бессмертной здесь! Бессмертный меч Лазурного меча из Шушаня вот-вот возвысится!

Чёрт, неужели девчонки бывают такими пафосными?

Е Чэнь, глядя на неистовую, взволнованную Цзян Цинъяо, в страхе поспешно отвернулся. На лице его было написано одно слово: «страх!»

http://tl.rulate.ru/book/165076/13358321