Готовый перевод Eternal Ages: From Blood Food to Supreme Immortal / Из скота древних рас — в повелители мироздания: Глава 24

Яркое солнце залило всё вокруг. Бескрайний лес Великой Пустоши словно укрылся тонкой золотистой вуалью — благородной и святой, скрывающей истинный облик, делая всё расплывчатым и неясным.

Среди зелёных лугов, скал, горных хребтов, ручьёв и рек — во всех формах рельефа — вдруг начал подниматься серый туман, вырываясь из земли и стремительно распространяясь на глазах, окутывая один за другим густые леса, поглощая все пейзажи.

Ловкая фигура мелькнула, торопливо проскальзывая среди деревьев, где уже стелился лёгкий серый туман, — казалось, она спасалась бегством...

Он быстро остановился, пристально вгляделся в бескрайнее море леса, примерно определяя направление. Мутный серый туман по мере его движения становился всё реже, и вскоре перед глазами возникла высокая скала, уходящая в облака. У подножия скалы расположилась деревня — это немного успокоило его напряжённый дух.

Близко. Сяо Моян смотрел на одинокий двор, выступающий из деревни, и с облегчением выдохнул: наконец-то он дома...

Ранее его преследовали люди из Деревни Бай, и на грани жизни и смерти появился Да Хуан и протянул руку помощи, позволив ему благополучно сбежать.

Но в мгновение ока вся Великая Пустошь претерпела неописуемые изменения: отовсюду из лесов поднимался и клубился туман. Хотя он не полностью застилал зрение, он всё же создавал Сяо Мояну определённые помехи, из-за чего он сбился с пути.

Он уже хотел обернуться и спросить Да Хуана, но обнаружил, что тот исчез. Обшарив всё вокруг, он не нашёл никаких следов.

Словно на этот раз он появился лишь выкроив время в своей занятости, чтобы спасти ему жизнь, — выполнив задачу, снова исчез без следа.

Сяо Моян с досадой попытался определить направление сквозь густой туман, но, поскольку у него было мало опыта, он плохо запомнил дорогу, к тому же туман сгущался, закрывая обзор. Неудивительно, что вскоре возникла опасная ситуация.

Путь впереди был совершенно неясен, многие ориентиры стали не видны. Он случайно забрёл на территорию демонического зверя, разгневал хозяина и был вынужден спасаться от преследования.

К счастью, тот демонический зверь, похоже, тоже испугался внезапно опустившегося тумана. Как только Сяо Моян ступил за пределы его территории, зверь развернулся и ушёл, больше не преследуя, и в мгновение ока скрылся в тумане, исчезнув без следа.

По пути подобная ситуация повторялась не меньше трёх раз. К счастью, каждый раз всё обходилось благополучно — как и в первый раз, звери только выгоняли Сяо Мояна со своей территории и уходили.

Никому не хочется постоянно вздрагивать от неожиданностей, поэтому Сяо Моян стал ещё осторожнее, медленно продвигаясь вперёд и внимательно следя за всем вокруг, пока наконец не вышел из Великой Пустоши.

Выйдя из леса, Сяо Моян издалека увидел, что много людей собралось вокруг того одинокого дома, что выступал вперёд.

Среди них были в основном женщины, а также немало членов охотничьего отряда. На этот раз большая часть отряда ещё не вернулась, и все ходили взад-вперёд, словно муравьи на раскалённой сковороде, с мрачными лицами.

— Моян? Это Моян вернулся!

— Хорошо, хороший мальчик, спасибо тебе, иначе...

Мо Сюн выскочил из толпы. На его груди туго обматывался длинный кожаный ремень. Он схватил Сяо Мояна за плечи, осматривая его, с напряжённым лицом. Убедившись, что с ним всё в порядке, он с облегчением выдохнул, выдавив на своём железно-сером лице жёсткую, вымученную улыбку, и пробормотал:

— Хорошо, что цел... хорошо, что цел...

Сяо Моян молчал, затем повернул голову и посмотрел на одиноко стоящего в стороне от толпы юношу, чья позиция бросалась в глаза.

Тот слегка кивнул в знак приветствия, но брови его были нахмурены, не в силах разгладиться. Затем он с мрачным лицом уставился на каменный дом. Его кулаки были крепко сжаты, костяшки побелели, а ровные, без зазубрин, ногти от напряжения глубоко впились в плоть, и капли алой крови медленно стекали вниз.

Сяо Моян молчал. Он знал, что Мо Цинлан не силён в словах, замкнут, как и он сам в детстве. Разница была в том, что сам Сяо Моян ел из сотни домов и получал материнскую заботу от всех женщин, а Мо Цинлан ютился в своём дворе и редко общался с людьми.

Семья Мо Юйтао была, можно сказать, единственной его родственной связью. Теперь же и отец, и сын попали в беду, их судьба неизвестна — для него это было несомненно мучительно.

Погладив Мо Сюна по спине, давая понять, что с ним всё в порядке, Сяо Моян, приняв решение, отвечая на одну за другой заботливые расспросы тётушек, твёрдым шагом продолжал приближаться к каменному дому.

— Второй господин, раны дяди, несомненно, не опасны. Если посчитать время, охотничий отряд, думаю, скоро вернётся. Но в Великой Пустоши произошли изменения. Нельзя ли распустить жителей по домам, пусть ждут?

Пройдя сквозь толпу, у входа в каменный дом Сяо Моян увидел несколько стариков с седыми волосами, морщинистыми лицами, но ещё крепких телом. Кто-то стоял, кто-то сидел прямо на земле — все с тревогой на лицах, бросая беспокойные взгляды внутрь дома.

Сяо Моян подошёл к одному из стариков и, повернувшись спиной к остальным, тихо заговорил. Заметив, что старик поднял на него взгляд, он несколько раз слегка приподнял брови.

Взгляд старика был мутным, но глубоким. Он непонимающе посмотрел на Сяо Мояна, но, услышав его слова, в его глазах вдруг вспыхнул яркий свет. Увидев, как Сяо Моян подмигивает, он понял, в чём дело, и обрадовался. Затем, тут же скрыв радость, выпрямил спину, похлопал Мояна по плечу и широким шагом вышел вперёд.

— Хватит! Вы, женщины и дети, не шумите. Сейчас в Великой Пустоши внезапные изменения. Если не можете помочь, то хотя бы не создавайте панику. Занимайтесь своими делами, расходитесь по домам, чтобы не мешать брату Дуну.

За эти три месяца Сяо Моян узнал от Мо Дуна, что старшее поколение с детства воспитывалось на древних тайнах, передаваемых из уст в уста, и велело их запоминать, находясь под сильным влиянием старинных преданий.

С момента основания Деревни Мо в ней покоилось таинственное существо, которое не появлялось даже в самые бурные времена. Теперь же оно явилось миру, и хотя намеренно скрывалось, Мо Дун уже распространил слух.

Старшее поколение знало о его существовании, но хранило молчание. Как говорится, старый человек — что лиса: поняв, зачем Мо Дун искал лекарство, они догадались, что это существо очень дорожит Сяо Мояном. Теперь, не имея возможности связаться с ним, они тайно тревожились.

После того как Сяо Моян подмигнул и подал знаки, камень с души упал. Хотя они всё ещё не знали, как выглядит тот человек, но, к счастью, раз уж за дело взялся этот таинственный сильный, то жизнь и смерть сородичей теперь имели решение, и они могли успокоиться.

— Но, второй дядя... Чэнху и другие не вернулись, как мы можем быть спокойны? Младший вернулся, а старшие — неизвестно где...

— Да, эта Великая Пустошь странная. За полгода столько перемен: сначала демонические звери исчезли, потом этот туман... Я за тридцать-сорок лет пережил многое, но всегда было спокойно, а тут...

Тётушки, движимые беспокойством, не переставали роптать, выражая недовольство словами старика. Даже несмотря на то, что он был самым уважаемым по возрасту в Деревне Мо, они потеряли к нему должное почтение.

Старик, сурово нахмурившись, с гневом во взгляде, громко произнёс:

— Как так? Мои слова уже ничего не значат? Думаете, мне не важны ваши мужья? Мои собственные сын и внук лежат там, неизвестно, живы ли! Я что, каменный? Мне легко? А вы тут трещите без умолку — какой от этого толк?

Стоящий позади старик нахмурился, легонько потянул его за край одежды, явно считая слова Второго господина неуместными. Но не ожидал, что Второй господин обернётся, гневно уставится на него и одним взмахом руки сбросит его руку.

Женщины уже открыли рты, чтобы возразить, но, увидев это, замерли, проглотив слова. Этот Второй господин в молодости был известен своим упрямым ослиным нравом, но крайне дорожил братскими узами и очень заботился о лице своих братьев. Видя, что он так разгневан, никто не осмелился накликать на себя беду, и им пришлось с досадой и недовольством разойтись.

Мо Сюн и ещё один хотели остаться, но не смогли переспорить старика и ушли. Мо Цинлан не понимал, что сказал Сяо Моян, что так разозлило деда.

Когда все разошлись, Второй господин повернулся и с нетерпением спросил:

— Не знаешь ли, где находится тот почтенный?

Услышав это, несколько стариков засияли глазами, наконец поняв его замысел, и все устремили взгляды на Сяо Мояна.

Сяо Моян улыбнулся и сказал:

— Я тоже не знаю. Однако, встретившись ранее, я уже обсудил это дело с почтенным, он, должно быть, принял его к сведению. Но в тот же миг он исчез без следа.

Старик остолбенел. Он понимал, но долго не мог прийти в себя. Словно спущенный воздушный шар, он постепенно осел на землю, сел и, устремив на Сяо Мояна свои глубокие тигриные глаза, вздохнул:

— Ты всё же ещё ребёнок... Ты не понимаешь. Этот могучий, погружённый в сон на тысячи лет, в его глазах время — как песок... Но годы — как нож, сколько таких, как мы, пало, для него это лишь мимолётный дым, лишённый смысла. Жизнь или смерть — ему всё равно...

Сяо Моян нахмурился, не совсем понимая слова старика.

— Ладно, будем надеяться, что он действительно примет это близко к сердцу...

У нескольких стариков настроение резко изменилось. Моян ещё мал, пусть даже и внимателен, но ему не хватает жизненного опыта. Они же понимали: если этот таинственный сильный, явившись миру, окажется добрым и милосердным, то сам поможет. А если нет... то станет ли он вмешиваться в их жизнь и смерть?

Вдали, над Великой Пустошью, клубился белый туман, постепенно покрывая весь лес. Внутри ничего не было видно. В смутной дымке проявились десятки чёрных точек, они прыгали, затем стали вырываться из тумана, быстро приближаясь издалека.

Взгляд стариков всё время был прикован к Великой Пустоши. Увидев это, они дрожа поднялись, глаза засияли, на лицах постепенно появились улыбки, и они с облегчением выдохнули.

— Чёрт возьми! Эти твари что, с ума сошли? Мало того, что расширили свои территории прямо до наших границ, так ещё и при встрече умеют собираться в стаи и окружать? Думают, Деревню Мо можно безнаказанно обижать?

Ещё издалека послышался грубый голос отца Мо Чухоу, полный негодования.

Весь охотничий отряд собрался. Многие были ранены, хотя не смертельно, но выглядели довольно потрёпанными. Несколько человек с тяжёлыми ранами нуждались в поддержке. Все скрежетали зубами, явно разделяя настроение говорившего.

Мо Чэнху с мрачным лицом то и дело оглядывался назад, явно всё ещё не оправившись от страха. Если бы не этот внезапно поднявшийся туман, разогнавший демонических зверей, сколько бы людей осталось лежать в Великой Пустоши?

— Ладно, раньше мы отсиживались несколько месяцев. Этот поход лишь подтвердил, что перемены ещё не закончились. Великая Пустошь меняется, что мы можем сделать? Будем действовать по обстоятельствам...

Все замолчали. Слова Мо Чэнху были верны: раньше, даже если между звериными стаями возникали распри, беспорядки длились не больше месяца, и даже если иногда случались нашествия зверей, они в основном не смели приближаться к Деревне Мо на десять ли.

Теперь же ситуация совершенно иная. Очевидно, что в Великой Пустоши назревает великое потрясение, и им остаётся только ждать и наблюдать, ничего больше не поделаешь.

— М? Что случилось? Дядюшки... похоже, домашние уже заждались. Надо быстрее возвращаться и сообщить, что все живы.

Кто-то с острым зрением заметил, что старики собрались у входа в деревню, и предупредил остальных. Все сразу ускорили шаг.

Вернувшись в деревню и узнав, что Мо Юйтао с сыном подверглись преследованию со стороны Деревни Бай и были тяжело ранены, все пришли в ярость, глаза налились кровью, они готовы были немедленно броситься мстить, чтобы утолить гнев. Однако старики строго их отчитали, и им пришлось с досадой и злобой разойтись, в душе разгораясь ещё большей ненавистью к Деревне Бай.

Мо Чэнху остался один и рассказывал старикам о произошедшем.

— В этот раз демонические звери были повсюду, и всё не так, как обычно! Стаи, которые обычно постоянно враждуют, объединились, чтобы преследовать нас. Если бы не внезапный туман, неизвестно, сколько бы человек полегло! Этот туман... возник внезапно, даже звери его не ожидали. Он точно не связан с переменами в Великой Пустоши!

— И ещё странно: мы углубились в Великую Пустошь на десятки ли, и оттуда, из глубины, раздался оглушительный звериный рёв, сотрясающий небо, явно связанный с несколькими звериными королями. Когда поднялся туман, рёв прекратился, и все демонические звери испугались, забыв о погоне за нами...

Лицо Мо Чэнху было железно-серым, он то и дело оглядывался назад. Над Великой Пустошью клубился лёгкий туман, беспорядочно вздымаясь.

— Дело с Деревней Бай можно отложить. Сейчас главное — этот странный туман и звериные стаи, которые в нём всё ближе подбираются. Если не устранить их вовремя, когда туман рассеется, Деревне Мо может грозить беда. Алтарь... возможно, уже утратил свою силу устрашения!

Запретная зона радиусом в десять ли вокруг Деревни Мо образовалась не только из-за многолетней охоты на демонических зверей, но и, как передают из уст в уста старики, из-за устрашающей силы таинственного Алтаря. Этот Алтарь, диаметром в сотню метров, сделан из материала, который трудно найти, и существует с древнейших времён, не поддаваясь разрушению временем, что в Великой Пустоши кажется невероятным. Старики, конечно, были глубоко убеждены в этом.

http://tl.rulate.ru/book/164721/15665912