Готовый перевод Tang Sanzang's Death Wish: The Suicidal Monk System / Монах-самоубийца: чем больше смертей — тем круче читы: Глава 35

Глава 35. Тан Саньцзан возвращается в Великую Тан. Ли Шиминь, родители Тан Саньцзана и его дед по материнской линии обретают Дао и становятся бессмертными

После полного слияния Цзиньчаньцзы и Тан Саньцзана их мышление во многих аспектах изменилось. Теперь Тан Саньцзан обладает как глубокими буддийскими знаниями Цзиньчаньцзы, так и современными знаниями и памятью Тан Саньцзана. В это время Тан Саньцзан всё ещё погружён в смутные сновидения и не может выбраться.

После нескольких дней комы, вызванной адаптацией к слиянию, у Тан Саньцзана начали проявляться признаки пробуждения. У-фан Цзеди, шесть великих Цзеди, шесть дин и шесть цзя, четыре чиновника-стража и восемнадцать хранителей веры, охранявшие Тан Саньцзана вокруг, увидев это, поспешили вперёд и начали вливать в него буддийскую силу, чтобы пробудить его из глубокой комы.

Во сне, во сне, во сне Тан Саньцзан внезапно почувствовал тепло в теле, а затем в этом хаотичном небе небо раскололось, и из трещины ударил золотой свет, который притягивал Тан Саньцзана.

Тан Саньцзан был притянут к месту золотого света, а затем оказался у трещины в небе. Золотой свет здесь был слишком ослепителен, поэтому Тан Саньцзану пришлось невольно закрыть глаза.

Вскоре Тан Саньцзан почувствовал, что прошёл сквозь трещину в небе и выбрался из этого хаотичного неба.

Тан Саньцзан снова открыл глаза и увидел У-фан Цзеди, шесть великих Цзеди, шесть дин и шесть цзя, четыре чиновника-стража и восемнадцать хранителей веры, которые окружали его со всех сторон и непрерывно вливали в него буддийскую силу.

Тан Саньцзан совершил буддийский поклон и сказал:

— Намо Амитофо, прошу прощения за беспокойство, скромный монах благодарит вас.

У-фан Цзеди, шесть великих Цзеди, шесть дин и шесть цзя, четыре чиновника-стража и восемнадцать хранителей веры, увидев, что Тан Саньцзан очнулся, прекратили вливать буддийскую силу.

Затем они были поражены словами Тан Саньцзана. У-фан Цзеди, шесть великих Цзеди, шесть дин и шесть цзя, четыре чиновника-стража и восемнадцать хранителей веры — все испугались, затем переглянулись, не зная, что делать. Золотоголовый Судья, как верховный командующий, сказал:

— Это наш долг, защищать святого монаха — это правильно. Раз теперь святой монах очнулся, мы удаляемся.

Сказав это, У-фан Цзеди, шесть великих Цзеди, шесть дин и шесть цзя, четыре чиновника-стража и восемнадцать хранителей веры, не дожидаясь ответа Тан Саньцзана, все вместе исчезли.

Янь Цзиньшэ, наблюдавший за этим со стороны, удивлённо цокал языком. Когда У-фан Цзеди, шесть великих Цзеди, шесть дин и шесть цзя, четыре чиновника-стража и восемнадцать хранителей веры ушли, Янь Цзиньшэ подошёл к Тан Саньцзану, приняв вид убитого горем, и сказал:

— Учитель, ты наконец вернулся. Я думал, что больше никогда тебя не увижу.

Тан Саньцзан, услышав это, непрерывно дёргал уголками рта и сказал:

— Ничего страшного. Твои два старших брата ещё не вернулись?

Янь Цзиньшэ:

— Нет. Но, учитель, я уже вернул все наши вещи. Пока ты был без сознания, я заново переделал повозку.

Тан Саньцзан:

— Намо Амитофо. Ты убивал?

Янь Цзиньшэ:

— Нет, абсолютно нет. Учитель, ты же раньше никогда не позволял убивать. Я, естественно, не осмелился нарушить.

— Учитель, ты, наверное, проголодался. Я сейчас же пойду приготовлю тебе мясо.

Тан Саньцзан, услышав это, дёрнул уголком рта и сказал:

— Не нужно. Твой учитель уже вознёсся и стал бессмертным, могу обходиться без пищи. Впредь не нужно готовить.

Янь Цзиньшэ, услышав это, недоверчиво почесал голову и сказал:

— Слушаюсь.

Тан Саньцзан:

— Цзиньшэ, ты знаешь, где находится Гора Чёрного Ветра? Тамошний Великий царь Черного Ветра забрал мою Пёструю кашаю. Мы пойдём и заберём её.

— Этот Великий царь Черного Ветра всем сердцем стремится к добру, соблюдает вегетарианство и читает сутры. Его можно взять в ученики, как и тебя, чтобы он защищал твоего учителя.

Янь Цзиньшэ, услышав это, сказал:

— Учитель, тогда подожди здесь немного. Я сначала слетаю и поищу ту Гору Чёрного Ветра.

Тан Саньцзан сказал:

— Хорошо, иди.

Янь Цзиньшэ сказал:

— Слушаюсь.

Затем Янь Цзиньшэ взлетел, оседлал облака и туман и исчез.

Тан Саньцзан, увидев это, очень позавидовал. Он вспомнил, что у него есть техника полёта, и, раз уж он вознёсся и стал бессмертным, то может её изучить. Он вызвал системную панель.

[Хозяин: Тан Саньцзан (Ли Шаньцзань).]

[Уровень культивации: Истинный бессмертный средний (бессмертный).]

[Боевые техники: Семьдесят два превращения Небесной Грозницы (низший даосский ранг), Тридцать шесть превращений Земной Трясины (низший даосский ранг), Кулак Ваджры (средний бессмертный ранг), Техника скользящих облаков (средний бессмертный ранг), Техника Небесного Образа и Земной Сути (высший даосский ранг).

Собственные техники Цзиньчаньцзы: Полет на облаках (святой ранг, средний уровень), Золотое Тело Буддизма (святой ранг, высокий уровень), Гнев Богов и Будд (святой ранг, высокий уровень).]

[Оружие: Парчовая кассая (низший посленебесный артефакт), Девятикольцевой посох (низший посленебесный артефакт).]

[Система имеет собственное Пространство хранения, Скрытие небесных тайн (никто не может вычислить действия хозяина, его прошлое или будущее).]

[Система: Система становления сильнее от смерти (версия 1.0 для мира бессмертных).]

Тан Саньцзан взглянул на системную панель и остался весьма доволен собой.

Поскольку у Тан Саньцзана были воспоминания Цзиньчаньцзы, техники Цзиньчаньцзы также вошли в его разум.

Поэтому Тан Саньцзан отказался от переданной Гуаньинь Техники скользящих облаков (средний бессмертный ранг) и изучил только Полет на облаках (святой ранг, средний уровень) от Цзиньчаньцзы. Остальные техники он не изучал, чтобы лучше умереть.

Для Тан Саньцзана, имея опыт культивации Цзиньчаньцзы, было легко освоить его техники.

Освоив их, Тан Саньцзан в приподнятом настроении взлетел в воздух, сделал несколько кругов вокруг.

Затем, насладившись, вернулся в повозку.

Вскоре вернулись Сунь Укун и Сяо Байлун. Они прилетели на место Дзенского монастыря Гуаньинь и обнаружили, что монастырь превратился в руины. Переглянувшись, они полетели дальше на запад, разыскивая следы Тан Саньцзана.

По пути на запад они как раз встретили Янь Цзиньшэ, который возвращался, чтобы доложить Тан Саньцзану о местоположении Горы Чёрного Ветра.

Сунь Укун громко крикнул:

— Младший брат! Младший брат!

Янь Цзиньшэ услышал, что кто-то зовёт его, обернулся и увидел Сунь Укуна и Сяо Байлуна. Он остановился и подождал их.

Они подошли и вместе продолжили путь. Сунь Укун сказал:

— Младший брат, что случилось? Почему тот Дзенский монастырь Гуаньинь превратился в пепел?

Янь Цзиньшэ:

— Ай, это долгая история.

Сяо Байлун:

— Тогда короче.

Янь Цзиньшэ:

— Ай, короче говоря, неизвестно почему, но монахи того монастыря сбежали среди ночи и подожгли храм.

— И прямо сожгли учителя. У-фан Цзеди, шесть великих Цзеди, шесть дин и шесть цзя, четыре чиновника-стража и восемнадцать хранителей веры с трудом спасли учителя.

Сунь Укун и Сяо Байлун, услышав это, ничего не сказали, но в душе ворчали: «Разве это „неизвестно почему“? Ясно же, что тех монахов довёл до этого Тан Саньцзан».

Вскоре они подошли к Тан Саньцзану. Янь Цзиньшэ сказал:

— Учитель, я нашёл. Гора Чёрного Ветра очень близко отсюда. Мы сейчас пойдём?

Тан Саньцзан:

— Нет. Укун, вещи принесли?

Сунь Укун и Сяо Байлун достали вещи и передали их Тан Саньцзану, сказав:

— Учитель, мы с младшим братом сходили во Дворец Дракона и на Небеса, но смогли одолжить только это. Просим прощения, учитель.

Тан Саньцзан кивнул и сказал:

— Укун, вы с Янь Цзиньшэ оставайтесь здесь сторожить вещи. Не вздумайте самовольно идти на Гору Чёрного Ветра. Сяо Бай, ты со мной сходишь в Великую Тан. Когда вернёмся, все вместе пойдём навестить Великого царя Черного Ветра.

Все, услышав это, ответили:

— Слушаюсь.

Затем Тан Саньцзан убрал вещи, взлетел в воздух и оседлал облака.

Увидев троих остолбеневших, Тан Саньцзан сказал:

— Сяо Бай, веди скорее, мы идём в Великую Тан.

Сяо Байлун, услышав это, тоже взлетел в воздух и сказал:

— Слушаюсь.

Затем Сяо Байлун повёл, а Тан Саньцзан последовал за ним по направлению к Великой Тан.

У-фан Цзеди, шесть великих Цзеди, шесть дин и шесть цзя, четыре чиновника-стража и восемнадцать хранителей веры, увидев это, лишь взглянули. Если бы Тан Саньцзан шёл пешком или ехал на повозке на восток, они бы, конечно, остановили его, но раз он летел, это было не проблемой.

У-фан Цзеди, шесть великих Цзеди, шесть дин и шесть цзя, четыре чиновника-стража и восемнадцать хранителей веры последовали за Тан Саньцзаном в Великую Тан.

Тан Саньцзан и Сяо Байлун быстро вернулись в Великую Тан. Тан Саньцзан прямо явился над столицей Великой Тан.

Простые люди, увидев это, поспешно встали на колени. Тан Саньцзан сказал:

— Намо Амитофо. Все существа равны, вам не нужно кланяться, вставайте.

— Скромный монах Тан Саньцзан просто вернулся домой проведать родных, не обращайте внимания.

Затем Тан Саньцзан спустился к воротам резиденции канцлера и вместе с Сяо Байлуном вошёл внутрь.

Из-за недавних действий Тан Саньцзана Инь Вэньцзяо и канцлер Инь уже спешили к воротам.

Ли Шиминь и Чэнь Гуанжуй тоже направлялись в резиденцию канцлера. Чэнь Гуанжуй после смерти занимал мелкую должность во Дворце Дракона, а теперь, вернувшись к жизни, снова стал обычным человеком, что было для него крайне неудобно, и он очень сожалел, всё ещё желая остаться тем мелким чиновником во Дворце Дракона.

Тан Саньцзан, сделав несколько шагов от входа, встретил Инь Вэньцзяо и канцлера Инь. Тан Саньцзан сказал:

— Мать, дедушка.

Сяо Байлун молча следовал сзади, стараясь не привлекать внимания.

Инь Вэньцзяо со слезами на лице сказала:

— Сынок, ты наконец вернулся.

Канцлер Инь тоже взволнованно смотрел на Тан Саньцзана.

Тан Саньцзан дёрнул уголком рта — ведь он ушёл не так давно — и сказал:

— Мать, дитя просто пришло навестить, потом снова уйдёт.

Тан Саньцзан взглянул на Сяо Байлуна и сказал:

— Пусть все вокруг отойдут подальше, никого не подпускайте.

Сяо Байлун сказал:

— Слушаюсь, учитель.Сяо Байлун ушёл, прямо заклинанием усыпил всех вокруг, перенёс их подальше и разместил, а затем поставил иллюзорную формацию в радиусе нескольких десятков ли вокруг Тан Саньцзана и остальных.

Не прошло и минуты, как Сяо Байлун всё сделал, вернулся к Тан Саньцзану и сказал:

— Учитель, поблизости никто не увидит происходящего.

Тан Саньцзан сказал:

— Мм, продолжай следить, чтобы никто не подошёл.

Сяо Байлун сказал:

— Слушаюсь, — и исчез из виду.

Убедившись, что вокруг никого нет, Тан Саньцзан достал два Трехтысячелетних персика бессмертия, шесть небесных плодов и две Золотые пилюли Вознесения и передал их по очереди двоим, сказав:

— Мать, дедушка, сначала примите пилюли вознесения, затем плоды, а в конце — Трехтысячелетний персик бессмертия. Это поможет вам стать бессмертными.

— Мать и дедушка, не волнуйтесь, у меня этого много, ешьте спокойно.

Они оба ответили:

— Хороший сын, хороший внук.

Тан Саньцзан сказал:

— Мать, дедушка, ешьте быстрее, я буду охранять вас. У меня всего один день отпуска, завтра нужно уходить.

Они, услышав это, больше не говорили и приняли всё в указанном Тан Саньцзаном порядке.

Тан Саньцзан рядом использовал бессмертную силу, чтобы ускорить их переработку.

После приёма пилюль вознесения, с помощью Тан Саньцзана их аура начала резко расти: стадия тренировки ци, основание, формирование ядра, золотое ядро…, вскоре они достигли стадии вознесения. Поскольку Золотая пилюля Вознесения помогла вознестись, небесных испытаний не было, и их аура остановилась только на начальной стадии Человеческого бессмертного.

Тан Саньцзан сказал:

— Продолжайте скорее, не останавливайтесь.

Они оба, услышав это, приняли по три небесных плода. Плоды дали мало силы, они с трудом достигли пика Человеческого бессмертного. Затем они приняли Трехтысячелетний персик бессмертия, и их культивация начала резко расти: Земной бессмертный, Небесный бессмертный, Истинный бессмертный, Мудрец бессмертный. Инь Вэньцзяо остановилась на начальной стадии Мудреца бессмертного, а канцлер Инь — на пике Истинного бессмертного.

Персик бессмертия повышает культивацию в зависимости от таланта. У Инь Вэньцзяо и канцлера Инь талант к культивации был весьма заурядным, поэтому они смогли подняться лишь до уровня Мудреца бессмертного. В лучшем случае персик бессмертия может поднять обычного человека прямо до уровня Золотого бессмертного.

Тан Саньцзан завидовал этому: разве он сам съел мало эликсиров и персиков? Глядя на них, они съели всего несколько штук, а их культивация уже выше его. Зависть, зависть, ревность, ненависть! От зависти в душе Тан Саньцзана уже текли слёзы.

Тан Саньцзан сказал:

— Поздравляю, мать и дедушка, вы обрели Дао и стали бессмертными.

— Мать, дедушка, теперь я передам вам техники. Впредь вы будете культивировать их и увеличивать свою силу.

— Когда я буду передавать техники, не двигайтесь.

Инь Вэньцзяо и канцлер Инь от радости не могли сомкнуть губ и только кивали.

Тан Саньцзан поочерёдно коснулся пальцем их лбов и передал им Семьдесят два превращения Небесной Грозницы (низший даосский ранг), Тридцать шесть превращений Земной Трясины (низший даосский ранг), Кулак Ваджры (средний бессмертный ранг), Технику скользящих облаков (средний бессмертный ранг), Технику Небесного Бессмертного Высшего Ранга (низший даосский ранг).

Оба были несказанно рады. Канцлер Инь, немного подумав, понял, что сегодняшние события не удастся скрыть надолго — ведь все видели, с какой помпой вернулся Тан Саньцзан. Кто-то обязательно начнёт догадываться и зариться на привезённые им вещи, что будет невыгодно ему. Он сказал:

— Внук, есть ли у тебя сокровища для хранения? Дай нам пару.

Тан Саньцзан подумал и понял, что у него ничего такого нет, поэтому спросил Сяо Байлуна:

— Сяо Бай, у тебя есть?

Сяо Байлун достал два мешочка, переложил содержимое одного в другой, снял с них ограничения и передал Тан Саньцзану, сказав:

— Учитель, у меня не так много сумок для хранения, могу дать только две. Прости, учитель.

Тан Саньцзан:

— Мм, ничего страшного. — Затем он достал шесть Трехтысячелетних персиков бессмертия и передал их Сяо Байлуну, сказав: — Это в обмен на вещь.

Сяо Байлун не стал церемониться — он давно мечтал о персиках бессмертия, ему редко удавалось их есть. Он сразу же принял персики и сказал:

— Спасибо, учитель.

Тан Саньцзан передал две сумки для хранения канцлеру Иню и сказал им обоим:

— Намо Амитофо. Скромный монах отплатил матери за жизнь, отплатил деду за отмщение и снятие позора. Отныне кармические связи родства развеяны.

В это время как раз подоспели Чэнь Гуанжуй и Ли Шиминь, блуждая в иллюзорной формации. Сяо Байлун, увидев, что передача завершена, подошёл доложить Тан Саньцзану.

Тан Саньцзан, услышав, сказал:

— Впусти их.

Сяо Байлун:

— Слушаюсь. — Затем он провёл их обоих через формацию прямо к Тан Саньцзану. Остальные стражники всё ещё бродили в формации.

Однако Ли Шиминь и Чэнь Гуанжуй внезапно исчезли, и стражники перепугались, начав повсюду их искать.

Они оба внезапно почувствовали головокружение и оказались перед Тан Саньцзаном и остальными.

Тан Саньцзан поприветствовал их:

— Намо Амитофо. Скромный монах приветствует императора и отца.

Ли Шиминь успокоился, шагнул вперёд и горячо сказал:

— Названый брат, к чему такие церемонии? Неужели названый брат уже закончил путешествие за сутрами и вернулся Буддой?

Тан Саньцзан:

— Нет, скромный монах просто пришёл навестить родных, путешествие ещё не окончено.

Тан Саньцзан достал две Золотые пилюли Вознесения и передал их по одной каждому, сказав:

— Примите эту пилюлю вознесения, и сможете вознестись и стать бессмертными.

— Отец, эту пилюлю вознесения я даю в благодарность за дарованную мне жизнь. Ваше величество, эту пилюлю я даю в благодарность за средства на дорогу и за то, что помогли снять ложные обвинения с моих родителей. Прошу вас обоих принять, я буду охранять вас.

Они оба, не колеблясь, схватили пилюли и приняли их. Тан Саньцзан охранял их, и вскоре они достигли начальной стадии Человеческого бессмертного.

Увидев это, Тан Саньцзан поклонился всем и сказал:

— Скромный монах завершил мирские связи, кармические причины исчезли. Благодарю вас, достопочтенные, за то, что помогли скромному монаху. Прощаюсь.

Затем Тан Саньцзан вместе с Сяо Байлуном оседлал облака и туман и улетел.

После этого иллюзорная формация исчезла, все уснувшие очнулись. Стражники наконец нашли Ли Шиминя и Чэнь Гуанжуя и поспешили просить у них прощения.

Ли Шиминь и остальные всё ещё были в замешательстве. Через мгновение Инь Вэньцзяо пришла в себя и горько заплакала:

— Он, он назвал меня «почтенный даритель»! Он не признаёт меня своей матерью!

Остальные, услышав это, замолчали, не зная, что сказать.

Ли Шиминь, видя это, встал и попрощался. Чэнь Гуанжуй взглянул, хотел что-то сказать, но промолчал и тоже ушёл.

Канцлер Инь подошёл, похлопал Инь Вэньцзяо по спине и утешил её:

— Когда он закончит своё путешествие на Запад за сутрами, он обязательно войдёт в западную буддийскую школу, станет Буддой, и, естественно, будет соблюдать её правила, порвать с мирскими узами. Ты должна была знать это заранее. Подумай сама, подумай о своём будущем пути, ведь теперь ты не обычный человек.

Канцлер Инь вздохнул:

— Эх! Я пойду к императору просить отставку. Теперь я вознёсся и стал бессмертным, а ещё занимаю пост канцлера. Император непременно будет опасаться. Лучше мне поскорее уйти на покой, чтобы избежать участи зайца, которого убивают, когда собака становится ненужной. Ты тоже иди собирай вещи. Мы найдём место и уединимся.

Затем канцлер Инь развернулся и ушёл, приказав слугам собрать свои вещи и вещи Инь Вэньцзяо, сказав, что хочет отвезти дочь проветриться, и велел управляющему всё устроить.

Сяо Байлун, как фон, шёл за Тан Саньцзаном в полном недоумении. Он чувствовал, что этот Тан Саньцзан как-то изменился. Теперь он стал учиться буддийскому разрыву мирских связей, отсечению семи чувств и шести желаний. Странно, очень странно.

Но Сяо Байлун не осмелился спросить — у Тан Саньцзана был странный нрав, и он мог запросто выместить на нём злость.

………………

(В предыдущем тексте было изменено, поэтому теперь уровень культивации Тан Саньцзана — Истинный бессмертный средний.)

http://tl.rulate.ru/book/164635/15356589