На самом деле Лин Хань сейчас проходил индивидуальный экспресс-курс выпечки в одной из кондитерских.
Его морские божественные высочества, чьи пальцы никогда не знали черновой работы за долгую жизнь, теперь боролись с мукой, сахаром и маслом. Тесто, разбрызгивающееся во время замешивания, испачкало весь прилавок.
Сегодня день рождения Сун Мяои, по крайней мере, по её удостоверению личности.
Пропустив столько лет её взросления, Он не хотел упустить первый важный день после её обретения. Поэтому, как бы трудно ни было испечь торт, Он должен был это сделать!
Владелица кондитерской, наблюдавшая всё это время, теперь была в полном отчаянии. Если бы не высокая плата за обучение, которую заплатил Лин Хань, и не его приятная внешность, зачем бы ей терпеть такие страдания!
За столько лет работы она впервые встречала ученика с таким полным отсутствием кулинарного таланта!
— Учитель, — Лин Хань молча поднял ещё один, объявленный непригодным, венчик. — Можно мне новый?
—.....
----
В это же время Сун Мяои взбивала смесь утренней росы с почвой с помощью электрического миксера.
Этот процесс должен был продолжаться до тех пор, пока в грязи не останется ни единой частицы или пузырька. Роса должна была быть собрана на рассвете, когда солнце только встало, с тычинок цветов, а затем отфильтрована и дистиллирована.
Во время перемешивания Сун Мяои должна была точно вкладывать свою духовную силу: на йоту меньше — и смесь становилась бы липкой и комковатой, на йоту больше — и она становилась бы слишком жидкой для нормального использования. Это была весьма утомительная работа.
Е Цзюэр перетирала другой драгоценный материал в ступке из натурального чёрного кристалла.
Цветок Тысячелетнего Ю, растущий только на отвесных скалах, впитывал небесную и земную ци. Этот цветок умирал, едва оторвавшись от земли. Его нужно было моментально высушить после сбора, чтобы сохранить ценные компоненты.
А затем, измельчённый в тончайший порошок и растворенный в духовной почве, он становился лишь первым шагом в создании Божественного артефакта.
Фэн Тяньвэй сейчас боролась с рыбой. Эта рыба, обитающая в глубинах океана, особенно в бездонных морских желобах, с чешуёй, похожей на кристалл, называлась Пурпурной Духовной Рыбой.
Они росли чрезвычайно медленно, но жили очень долго — сантиметр в год, и только через десять лет становились по-настоящему полезными.
Мастер нисхождения божества должен был неповреждённо снять самую большую чешуйку с Пурпурной Духовной Рыбы и высушить её, а затем измельчить в порошок. Но уже сам процесс снятия чешуйки мог поставить в тупик многих героев.
Только благодаря огромному состоянию семьи Фэн у Фэн Тяньвэй было достаточно пространства для ошибок. Если бы это был начинающий мастер нисхождения божества из обычной семьи, один только этот этап снятия чешуйки мог бы серьёзно опустошить их кошелёк.
Чан Юочи рассказывал истории горшку с саженцами. Да, истории. Эти плоды, называемые Облачными Узорами, были чрезвычайно капризны: стоило им расстроиться — и они погибали, возбудиться — и погибали, почувствовать одиночество — и тоже погибали.
Только если их развлекать пением, танцами или рассказами, они милостиво давали один плод.
А использование этого плода тоже было делом тонким. У Облачного Узора было всего десять минут лучшего «периода использования».
Если в течение этих десяти минут не удавалось «безупречно снять кожуру», повредив хоть немного мякоть, драгоценный Облачный Узор мгновенно становился непригодным.
После того как он рассказал несколько анекдотов, ветка Облачного Узора слегка задрожала, и едва различимый слабый свет промелькнул в воздухе.
Чан Юочи, у которого уже сводило лицо от напряжения, сосредоточился как никогда: «Быстрее, вы там готовы? Плодовое дерево вот-вот даст плод!»
— Грязь готова, — Сун Мяои, не оставляя ни капли, вылила почву в форму, также изготовленную из чёрного кристалла.
— Порошок из Тысячелетнего Ю готов, — Е Цзюэр высыпала цветочный порошок на поверхность почвы.
— Порошок из чешуи Пурпурной Духовной Рыбы готов. — После того как три рыбы были испорчены, Фэн Тяньвэй наконец-то добилась успеха.
В тот же миг, как только Облачный Узор был получен, Чан Юочи, используя навыки чистки, отточенные тысячами тренировок, счищал тончайшую, как крыло цикады, кожуру. Он даже не моргал, когда холодный пот стекал ему в глаза.
Получив целую мякоть, Чан Юочи немедленно поместил её в стоящую рядом соковыжималку. Отфильтровав бесполезные остатки мякоти, он вылил весь сок без примесей в форму.
— Запечатать! — прежде чем материалы успели вступить в бурную реакцию, Сун Мяои накрыла форму крышкой.
Е Цзюэр затем равномерно обмотала щели формы специальным скотчем, убедившись, что ни одна капля внешнего воздуха не проникнет внутрь. Все четверо одновременно облегчённо выдохнули.
— Предварительная подготовка считается успешной.
Фэн Тяньвэй поставила тяжёлую форму на подоконник, куда падали и лунный, и солнечный свет. Только тогда она заметила, что за окном уже давно село солнце.
— Время уже позднее. Вы останетесь у меня на ночь или мне отправить вас домой?
— Я останусь здесь. Мне всё равно завтра утром нужно будет прийти снова.
Е Цзюэр растирала цветы несколько часов, её рука сейчас дрожала, как у больного паркинсоном. Вернувшись домой, она всё равно не смогла бы готовить.
— Тогда и я останусь, — Чан Юочи «бульк-бульк» осушил большую бутылку минеральной воды. — Всё равно дома делать нечего.
— Мне нужно спуститься в город, — раз уж пообещала Лин Ханю, Сун Мяои не хотела нарушать слово. — Я завтра приеду на такси.
— Тогда давайте создадим групповой чат, — Фэн Тяньвэй достала телефон. — Добавим туда Лин Ханя. Он всегда занимает первое место на уроках ментального микроконтроля, и он наверняка очень поможет при «наполнении духом» Божественного артефакта в будущем.
----
Водитель семьи Фэн довёз Сун Мяои до места, которым поделился Лин Хань — жилого комплекса, который снаружи выглядел непримечательно, да и внутри был таким же.
Сун Мяои изначально думала, что морской божественный владыка, пребывающий в человеческом мире, будет жить в роскошном особняке и ездить на дорогой машине. Может, это у неё было предвзятое мнение?
Как только она нажала на дверной звонок, входная дверь «скрип» открылась. Войдя внутрь, Сун Мяои услышала два «бах» — звуки, похожие на взрыв чего-то, после чего множество цветных лент и золотая пыль посыпались вниз.
Гостиная, где не был включён свет, была очень тёмной, но там мерцал слабый, неровный свет свечи. Лин Хань, медленно появляющийся с тортом несколько «грубой» работы, казалось, задействовал все лицевые мышцы, которые годами не имели «применения», и широко улыбался.
— С днём рождения.
http://tl.rulate.ru/book/164103/14581663
Сказали спасибо 0 читателей