Готовый перевод Invisible Cheat: My Wife is an Immortal Goddess / Невидимка с читом и бессмертная жена-убийца: Глава 19

«Я нанимала телохранителя, а не машину для производства полуночного шума! Жэнь Байвань, если ты еще раз посмеешь „нарушать покой“, я покажу тебе, что такое рукопашный бой „вплотную“!» — из „Ультиматума“ Гуань Юйяо.

На следующий день Жэнь Байвань, с двумя темными кругами под глазами, испуганно пришел в школу, опасаясь, что Гуань Юйяо приведет охрану, чтобы его арестовать.

Однако весь день прошел спокойно. Гуань Юйяо даже не взглянула на него, словно прошлогоднее шокирующее заявление в ванной было лишь его галлюцинацией.

До конца уроков староста Ли позвал его в свой кабинет. В кабинете сидели его родители с суровыми лицами, а также… спокойно выглядевшая Гуань Юйяо и рядом с ней — мужчина средних лет с уравновешенным темпераментом, явно не из простых — отец Гуань Юйяо, Гуань Хунъюй.

«Байвань, есть дело, которое нужно обсудить с тобой и твоими родителями», — сказал староста Ли, потирая руки и с выражением сложности на лице.

Гуань Хунъюй встал, на его лице играла добрая, но непреклонная улыбка. Он протянул руку Жэнь Цэнсяну: «Старина Жэнь, давно не виделись. Я до сих пор помню, как ты помог нашему конгломерату решить ту техническую проблему, и до сих пор не успел как следует тебя отблагодарить».

Жэнь Цэнсян спокойно пожал руку: «Господин Гуань, вы слишком любезны, это было простое дело, простое дело».

Гуань Хунъюй кивнул и перешел к сути: «Дело вот в чем. Моя младшая дочь, Юйяо, недавно заметила, что вокруг школы необъяснимо пропадают красивые девушки. Ради ее безопасности мы хотим нанять ей личного… кхм, „телохранителя и наблюдателя“, который формально будет одноклассником, а фактически — тайно охранять».

Родители Жэнь Байваня слушали, ошеломленно моргая.

Гуань Хунъюй перевел взгляд на Жэнь Байваня, многозначительно добавив: «Юйяо… сама указала, что именно студент Байвань должен занять эту роль. Причина в том, что студент Байвань обладает тонким умом, сильной наблюдательностью и владеет боевыми искусствами (внутренний голос Жэнь Байваня: „Я тонкий? Да я понятия не имею о боевых искусствах!“), к тому же, у наших семей есть некая связь, мы можем ему доверять».

В голове Жэнь Байваня зашумело! Все пропало! Это определенно была расплата за вчерашнее! Это не наем, это ловля на живца! Это приглашение волка в дом… нет, это приглашение врага на пир!

«Это… не очень хорошо? Байвань — обычный ребенок, откуда у него боевые искусства? Как он может защищать мисс Гуань…» — с беспокойством произнесла Сунь Цинъин.

Глядя на недоумевающее лицо матери, Гуань Юйяо поспешно и своевременно заговорила, ее голос был холодным, но вежливым: «Тетя, пожалуйста, не волнуйтесь, это всего лишь номинальный телохранитель, опасности нет. Главное — воспользоваться „наблюдательными“ способностями студента Байваня. Кроме того, чтобы сделать „наблюдение“ более удобным и избежать сплетен, студенту Байваню потребуется временно переехать в мою виллу за пределами школы».

Жэнь Байвань: «!!!» Жить вместе?! Это чтобы вести наблюдение на близком расстоянии?!

Он только хотел отказаться, как Гуань Хунъюй добавил: «Конечно, мы не заставим Байваня работать бесплатно. Мы выплатим значительный „гонорар консультанта“, и, кстати, я слышал, что у студента Байваня дома недавно проживает „дальняя двоюродная сестра“? Она тоже может переехать к нам, на вилле много комнат, и будет удобно за ней присматривать».

Даже Линь Ваньжу замешали в это?! Жэнь Байвань почувствовал себя так, будто он — насекомое, попавшее в паутину, и его полностью «уложили»!

Услышав, что такой важный человек, как господин Гуань, ценит их сына, да еще и за это заплатят, и даже решат вопрос с проживанием «невестки» (они знали, что они вдвоем ютились в одной спальне, и вряд ли там ничего не происходило, чтобы их сыну и невестке спалось комфортнее, они уже подумывали о покупке дома побольше), родители Жэнь Цэнсяна были вне себя от радости! Почти не колеблясь, они согласились за Жэнь Байваня!

«Байвань! Быстрее благодари господина Гуаня и одноклассницу Юйяо! Это такой прекрасный шанс!» — подтолкнула его Сунь Цинъин.

Жэнь Байвань посмотрел на Гуань Юйяо, чье лицо казалось спокойным, но в глубине глаз мелькнул огонек: «Ну что, попался! Думал сбежать от меня после того, как трогал меня?!» — и он едва не заплакал.

Что он мог сделать? Он тоже был в отчаянии! Родители согласились, мог ли он сказать «нет»?

Так вечером, под радостное «провожание» родителей, Жэнь Байвань, вместе с Линь Ваньжу, на чьем лице читалось выражение «считай, что тебе повезло» (осмелился не взять меня, и я покажу тебе, что такое вечный гнев!), и скромным багажом, словно на эшафот, переехал в отдельный особняк Гуань Юйяо.

Даже для такой хладнокровной и повидавшей многое Гуань Юйяо, при взгляде на Линь Ваньжу, дыхание невольно задержалось.

Это была красота, превосходящая воображение, почти бросающая вызов законам природы.

Девушка перед ней, с черными, как смоль, волосами, естественным образом переливалась светом зари и луны (когда она не vận dụng семицветную духовную силу, волосы не становились семицветными). Кожа ее была гладкой и прозрачной, не бледной, а излучающей теплое, сдержанное сияние, подобное нефриту, безупречное настолько, что нельзя было придраться ни к одной черточке. Каждая линия ее черт лица, казалось, была вылеплена высшим божеством с величайшей тщательностью, и все вместе они образовывали потрясающую, пугающую своей красотой композицию.

Особенно ее голубые глаза, чистые, словно хранящие звездную реку, но при этом несущие в себе природное, презрительное к мирскому отчуждение и воздушность. Она просто стояла там, и казалось, что вокруг нее витал невидимый ореол, заставляя даже роскошно отделанную виллу мгновенно превратиться в скромный фон.

Разум Гуань Юйяо мгновенно опустел. Титулы «сводящая с ума от красоты» и «холодная школьная красавица», которыми ее обычно награждали, перед этой истинной красотой казались такими бледными и бессильными, даже… немного смешными. Неконтролируемое чувство соперничества и легкое поражение, рожденное из женского инстинкта, начало зарождаться.

«В мире… действительно есть такие люди?» — в ее сердце поднялась буря. — «Этот негодяй Жэнь Байвань… чем он это заслужил? Обычно… он живет в одной комнате и спит в одной постели с такой феей?» Это осознание казалось ей абсурдным.

Затем еще одна мысль, еще более озадачивающая и колеблющая, пронзила ее: «Имея такую редкую красоту рядом, день и ночь вместе, он… он действительно все еще нуждается, или, скажем так, имеет интерес, делать то… что он делает тайно, спрятавшись?».

Логически это не сходилось. Зачем человеку, обладающему редким сокровищем, интересоваться камнем на обочине? (Хотя она ни за что не признала бы себя камнем). Неужели… ее сомнения, ее уверенность в том, что «Скрытый Дракон — это Жэнь Байвань», действительно ошибочны? Была ли упущена какая-то ключевая информация?

Этот мимолетный ступор и переворот в душе заняли в реальности всего несколько секунд. Сильное самообладание Гуань Юйяо быстро подавило бушующие эмоции. Она глубоко вздохнула, заставив себя вырваться из оцепенения перед лицом подавляющей красоты Линь Ваньжу, и рациональность снова взяла верх.

Нет, нельзя делать поспешные выводы, основываясь только на внешности. Возможно, в этом и заключается гениальность Жэнь Байваня? Использовать крайнюю «явность», чтобы скрыть нечто «скрытое»? Появление этой «двоюродной сестры» само по себе полно загадок. К тому же, аномальные данные объективны, а ощущения прошлой ночи в ванной… тоже не могли возникнуть на пустом месте.

Сомнения не рассеялись, а наоборот, с появлением Линь Ваньжу, стали еще более запутанными.

Но госпожа Гуань есть госпожа Гуань. Она быстро взяла себя в руки, спрятав свою маленькую долю разочарования за холодностью, и начала играть роль «хозяйки».

Она прокашлялась, указала на кожаный диван в гостиной, который выглядел дорого, но уж точно не «комфортно», и объявила Жэнь Байваню: «Это твоя кровать».

Жэнь Байвань выпучил глаза, указал на себя: «Я сплю на диване? А Ваньжу, где будет спать?»

Гуань Юйяо указала на комнату рядом с ее главной спальней, с отличным освещением и встроенным эркерным окном: «Она будет спать в комнате рядом с моей главной спальней».

«Почему?!» — Жэнь Байвань мгновенно вскочил, указывая вверх и вниз: — «В этом особняке, по меньшей мере, пять этажей и бесчисленное множество спален, которые пустуют и покрываются пылью, а мне не дают спать? Министр Гуань, это вы так обращаетесь с „временным личным телохранителем и наблюдателем“! Я пожалуюсь своему отцу… нет, вашему отцу!»

Гуань Юйяо сложила руки на груди, слегка приподняв подбородок, и окинула его взглядом, словно таракана: «Потому что это мой дом». Она произнесла каждое слово по слогам, с холодной победной улыбкой на губах. — «Потому что ты — „временный“ телохранитель и наблюдатель, нанятый моим отцом. Выбирай: диван или…» — она указала на дверь снаружи, — «бордюр».

Жэнь Байвань кипел от злости, уже готовясь начать спор и разыграть трагическую сцену «пролетариат против угнетения капиталистической дочерью».

В этот момент Линь Ваньжу, которая до сих пор молча играла роль фона, слегка приоткрыла свои багровые губы, и ее голос, хоть и звучал неземно, но был полон неоспоримой решимости: «Я… я буду спать только с ним».

Бух!

Это слово, подобно раскату грома, взорвало сердце Жэнь Байваня от восторга, он чуть не упал на колени перед своей «феей».

(Внутренний монолог: «Видишь? Вот это жена! Вот это дух договора! Гуань Юйяо, ты слышала? Это юридически защищенные… э-э-э, договором связанные отношения совместного проживания!»)

Гуань Юйяо же была поражена до глубины души. Она недоверчиво посмотрела на Линь Ваньжу, затем на Жэнь Байваня, который с видом «я ничего не могу поделать, она от меня не отстанет» ухмылялся, и почувствовала, что ее мировоззрение получило удар уровня ядерного взрыва.

(Внутренний монолог: «Эта фея ослепла или этот негодяй наложил на нее заклятие? Спать с таким вот? Ради чего? Ради его ничтожности? Ради его трусости? Ради того, что он скрипит зубами и бормочет во сне?»)

Она глубоко вздохнула, пытаясь разумно убедить (или, скорее, запугать и отпугнуть) эту неземную фею: «Мисс Линь… вы, возможно, не знаете его. Он не только храпит и скрипит зубами во сне, но может еще и лунатить, воровать еду и даже драться с воздухом! Жить с ним — это даже не гарантирует личную безопасность!»

Линь Ваньжу даже не подняла век, лишь спокойно выдохнула: «Как он выглядит во сне, мне известнее, чем тебе».

«……» Гуань Юйяо окончательно задохнулась. Разговор не клеился!

Жэнь Байвань воспользовался моментом, обнял Линь Ваньжу за плечо (она незаметно ущипнула его), и самодовольно посмотрел на Гуань Юйяо, словно говоря: «Слышала? Мы — „любящая пара“! Тебе не догнать!»

Гуань Юйяо, глядя на эту «парочку», почувствовала, как необъяснимый гнев поднялся к самой макушке. Она с трудом сдержала желание вышвырнуть их обоих вместе с багажом и процедила сквозь зубы ультиматум: «Хорошо! Спите, как хотите! Но Жэнь Байвань, я предупреждаю тебя: в общественных местах ты должен держаться от меня на расстоянии трех метров! Это требование „телохранителя“!»

Жэнь Байвань посмотрел на холодный, прекрасный профиль Гуань Юйяо, вспомнил прошлой ночью в ванной — и не смог удержаться от язвительного замечания: «Школьная красавица, твои требования… звучат так, будто ты хочешь меня „использовать“? Я продаю свое мастерство, а не тело. Только если добавишь денег!»

«Жэнь! Бай! Вань!» Гуань Юйяо наконец сорвалась, схватила подушку, лежавшую рядом, и метнула ее в него: «Ты отправляешься в боковую комнату! Немедленно! Сейчас же! Еще слово — и гонорар консультанта будет вычтен!»

«Принято!» Жэнь Байвань проворно схватил багаж, потянул Линь Ваньжу и, со скоростью молнии, запер дверь, оставив Гуань Юйяо в гостиной, чья грудь тяжело вздымалась от гнева, она чуть не взорвалась на месте.

Наступила ночь, вилла погрузилась в тишину.

Однако в комнате Жэнь Байваня царила иная картина.

Линь Ваньжу с любопытством осматривала эту «дворцовую» спальню, трогая все подряд. А Жэнь Байвань, пережив шок в ванной и чувство унижения, остро нуждался в разрядке.

Он посмотрел на черные, как смоль, волосы Линь Ваньжу, которые под мягким светом казались еще более сказочными, и на ее невинное, но чарующе красивое лицо. Вспомнив о некоторых «преимуществах» договора, он почувствовал прилив страсти.

«Ваньжу~», — он приблизился к ней, его голос звучал соблазнительно.

Линь Ваньжу настороженно обернулась и холодно произнесла: «Что тебе? Муравей, держись подальше от меня!»

«Мы теперь — духовные партнеры, нужно же нам время от времени укреплять отношения…» — Жэнь Байвань хихикнул и попытался обнять ее за талию.

«Отстань! Кто хочет укреплять с тобой отношения!» — по телу Линь Ваньжу вспыхнуло сияние, она попыталась оттолкнуть его.

Но сила договора снова едва заметно активировалась, из-за чего ее сопротивление Жэнь Байваню необъяснимо ослабло. Жэнь Байвань воспользовался моментом, притянул ее в свои объятия, подхватил на руки и, склонив голову, поцеловал.

«Ммм… ты!» Линь Ваньжу сначала сопротивлялась, но вскоре смягчилась под его властным и знакомым дыханием (реакция договора и тела), а сияние сменилось двусмысленным розовым оттенком…

Так, когда Жэнь Байвань бросил ее на белоснежную кровать позади, приглушенные вздохи, сладкие стоны, легкое поскрипывание кровати… начали едва слышно разноситься по, казалось бы, не слишком хорошо звукоизолированной вилле.

В главной спальне, за стеной.

Гуань Юйяо лежала на кровати, крепко зажимая уши подушкой, ее лицо было пепельно-серым!

Она думала, что, держа Жэнь Байваня под своим бдительным оком, сможет лучше его контролировать и найти доказательства его «Скрытого Дракона». Но она никак не ожидала, что первое, от чего ей придется страдать, — это такое моральное загрязнение!

Едва слышные звуки, словно перышки, щекотали ее нервы, вызывая раздражение, и она совершенно не могла уснуть. В голове даже непроизвольно всплывало самодовольное лицо Жэнь Байваня и странное ощущение, будто он коснулся ее прошлой ночью в ванной…

«Бесстыдник! Подлец! Ублюдок!» — Гуань Юйяо проклинала Жэнь Байваня в душе тысячу раз. Еще больше ее раздражало то, что такая святая, чистая и безупречная, как небесная фея, в глазах любого должна была быть лишь объектом для восхищения на расстоянии, а не для прикосновений, но он действительно добрался до нее! Чем больше она думала об этом, тем больше злилась, ворочаясь, и лишь под утро кое-как уснула.

На следующее утро.

В столовой Жэнь Байвань, полный сил и энергии, напевая себе под нос, наливал себе и Линь Ваньжу молоко. Линь Ваньжу же, с легким румянцем на щеках и легким упреком во взгляде, смотрела на него, но уголки ее губ слегка приподнялись.

Гуань Юйяо, с весьма заметными темными кругами под глазами, бледная и шаткая, спустилась вниз. Ее холодный, академический вид был немного ослаблен этой сильной усталостью.

Увидев сияющего Жэнь Байваня, она пришла в ярость.

Глубоко вздохнув, с трудом подавив желание выругаться, Гуань Юйяо подошла к Жэнь Байваню и, как можно спокойнее, но с легкой дрожью и скрипом зубов, прошептала:

«Студент Байвань… ты и твоя „двоюродная сестра“ ночью… можете говорить потише…»

Она запнулась, словно ей было трудно произнести, и наконец добавила: «Я… я вчера плохо спала».

Жэнь Байвань сначала опешил, а затем, увидев редкое жалкое выражение лица Гуань Юйяо и ее обиженный взгляд, все понял.

На его лице появилась крайне раздражающая, но полная внезапного понимания ухмылка. Затем он наклонился к Гуань Юйяо и, так, чтобы слышали только они вдвоем, язвительно рассмеялся:

«Министр Гуань, простите, что помешал вашему отдыху. Главное, моя „двоюродная сестра“, она немного… прилипчивая. Может быть…» — его взгляд скользнул по Гуань Юйяо, и ухмылка стала еще зловещее, — «в следующий раз, когда будет шумно, вы можете прийти к нам вместе? Больше народу — веселее, может, даже сможем обменяться опытом „наблюдения“?»

«Жэнь! Бай! Вань!» — Линь Ваньжу уставилась убивающим взглядом на ухмыляющегося Жэнь Байваня. Это бесстыдник явно насильно добивался ее, так что значит «я» прилипчивая? Ее, в отличие от Гуань Юйяо, не волновало, сколько людей будет.

В то же время, второй, более резкий крик раздался одновременно:

«Жэнь! Бай! Вань!» — Гуань Юйяо наконец не выдержала, ее лицо мгновенно покраснело, испытав и стыд, и гнев, она замахнулась, чтобы ударить его!

Жэнь Байвань был готов к этому, он хихикая увернулся, потянул за собой Линь Ваньжу, которая хотела его убить, но не могла, и умчался из столовой.

Глядя на их «сговорившиеся» спины, Гуань Юйяо дрожала от гнева, ее грудь сильно вздымалась.

Впервые она начала сомневаться, было ли правильным решением привезти этого бесстыдного «Скрытого Дракона» поближе к себе…

Этот «личный надзор» с самого начала, казалось, стремительно несется в сторону полного неконтролируемого хаоса!»}

http://tl.rulate.ru/book/162928/14093821