Готовый перевод Genesis: Creator Who Chose to Live in His Own World / Создатель устал быть богом и решил стать человеком: Глава 42

Цзинь Чанъяо посмотрел на него и со вздохом произнёс:

— Всё же слишком слаб. Всего лишь 0,001% Меча-Домена Разрушения Миров, а он ещё жив. Ладно, придётся приложить чуть больше усилий.

— Нет, старший, умоляю, пощадите! Я клянусь, что клан Ли больше никогда не посмеет задеть клан Цзинь. Я отдам все сокровища, только сохраните мне жизнь.

— О-о? — В голосе Цзинь Чанъяо не было ни капли тепла. — Кажется, ты неправильно понял. Мне нужно не твоё «больше не посмеет». Я сейчас занимаюсь тем, что вырываю корни с мясом! С того момента, как вы решили напасть на людей клана Цзинь, для вас не осталось шанса выжить. А с той секунды, как ты ранил мою мать, ты недостоин даже существовать. Путь Истребления — Ложное Погребение!

— Нет! — Ли Вэйсюн, с ужасом в глазах, исчез в мгновение ока.

Чу Цинлань была потрясена до глубины души:

— Мёртв... и даже дыхания не осталось. Пустота, полностью погасившая жизнь. Путь Истребления... Кто же он такой?

— Плохо, этот человек слишком силён, уходим! — Двое старейшин Секты Тяньхэ, увидев это, тут же подхватили едва живого Ли Ина и бросились в портал переноса.

— Что?! Сбежали? Стоять! — Юнь Сянцин хотела броситься в погоню, но было уже поздно. — Проклятье, упустить врага — это грубейшая оплошность для нашей секты!

— Вэйсюн! Как ты посмел убить моего сына! Я заберу тебя с собой! — Ли Хунчан с криком ринулся прямо на Цзинь Чанъяо, но тот даже не шелохнулся, спокойно паря в воздухе. — Ха-ха, похоже, у тебя не осталось сил. Покорно прими смерть!

— А мне кажется, что мне вовсе не нужно прикладывать усилия, чтобы справиться с тобой. — Цзинь Чанъяо презрительно усмехнулся.

В тот миг, когда Ли Хунчан недоумевал, сбоку раздался голос Яочэня:

— Старик, я ведь говорил: никто из тех, кто сражался со мной, ещё не смел меня игнорировать, а ты сделал это дважды. — Он взмахнул рукой и нанёс тяжёлый удар по лицу Ли Хунчана.

— Как ты... — тот в неверии обернулся и увидел, что двое других старейшин уже мертвы. — Как они могли так быстро погибнуть?

Яочэнь встал перед Цзинь Чанъяо:

— Чтобы справиться с тобой, ему и рук марать не нужно. Суд Святого Света! — Мощная сила света обрушилась с небес. Ли Хунчан, окутанный ею, задымился и через несколько мгновений умер. — Действительно, великие злодеяния. Всего несколько секунд — и он не выдержал силы Суда. Похоже, смерть не напрасна?

Цзинь Чанъяо улыбнулся. Время вокруг остановилось. Яочэнь и Юнь Сянцин изумились:

— Остановка времени!

В следующее мгновение позади них раздался голос:

— Чэньэр, Сяоцин, давно не виделись. — Двое, не веря своим ушам, медленно обернулись и встретились взглядом с улыбающимся Цзинь Чанъяо. — Учи... учитель...

Юнь Сянцин не сдержала слёз и бросилась к нему в объятия:

— Учитель, вы вспомнили! Хотя раньше, почувствовав силу Созидания, я уже догадывалась, но... я так скучала по вам.

Яочэнь тоже подошёл, на глазах его блестели слёзы:

— Учитель.

— Хоть и не хочется это говорить, но это лишь временно, — произнёс Цзинь Чанъяо. — Мои сильные эмоции случайно вызвали резонанс Жемчужины Сотворения с моей памятью, поэтому я временно восстановил воспоминания. Но время на исходе, скоро они снова будут запечатаны.

— Как же так? Вы наконец-то...

Цзинь Чанъяо погладил их по головам и мягко сказал:

— Ладно, разве это всё ещё не я? Радуйтесь уже тому, что вы так быстро нашли меня в этой новой жизни. К тому же у меня предчувствие, что память скоро вернётся. Тогда я и поболтаю с вами всласть.

— Учени... ученики поняли, — ответили они вместе. — Мы обязательно приложим все силы, чтобы помогать этой жизни учителя, и поможем вам как можно скорее восстановить память.

— Хорошо. Вот этот метод cultivation я даю вам. С ним вы сможете быстрее повысить силу. Ведь сейчас ваша культивация подавлена, развиваться трудно. Пока не сломаны небесные ограничения человеческого пути, в этом мире не может появиться сильный уровня Императора Духа. Поэтому для вас крайне важно достичь пика этого мира. Усердно тренируйтесь, Сяочэнь, Сяоцин. — С этими словами Цзинь Чанъяо спустился вниз, подошёл к Шэнь Би, наклонился и положил руку на её рану.

— Кто бы мог подумать, что родные в этой жизни будут такими хорошими... — Он радостно улыбнулся. — Тогда я сохраню эту семейную привязанность ради этой жизни. По крайней мере, пока я не наслажусь ею, когда память вернётся. Путь Великого Дыхания, Дыхание возвращается к истоку — Исцеление. — Зелёный сияющий свет хлынул в рану, и повреждения начали восстанавливаться.

— Я изменил память всем присутствующим. Они будут думать, что я — тот самый я, который когда-то в Тайном измерении получил шанс, и что старший оставил мне козырь. Так не раскроется правда.

Двое неловко переглянулись: какие-то запутанные отношения.

— Ну а перед уходом... — Цзинь Чанъяо обернулся с улыбкой. — Давайте-ка посчитаемся, мои дорогие ученики.

Услышав это, оба задрожали всем телом:

— Учи... учитель, пощадите.

В следующий миг — «А-а-а!» — раздались вопли.

— Бесстыжие! Хотя обстоятельства были особенными, но пользоваться моим положением так долго — у меня есть немного личной обиды, которую нужно выместить. И ещё, Сяоцин, упустить врага — это серьёзный проступок. Похоже, пост главы секты вскружил тебе голову, требуется взбучка. Сяочэнь, во время боя ты явно расслабился и был невнимателен. Как мой старший ученик, заслуживаешь более сурового наказания.

Оба жалобно молили о пощаде:

— Учитель, ученики поняли свою ошибку, не бейте больше.

— Хм! Слушайте сюда. Я, не восстановивший память, конечно, не привыкну к вашему «учитель». Так и быть, разрешаю вам называть меня так в этот период. Но за каждого следующего, кого вы найдёте, вы сначала должны как следует врезать от моего имени и только потом разрешить им так меня называть. Поняли?

— Ученики поняли, — быстро ответили они. Учитель есть учитель.

Золотое сияние вокруг Цзинь Чанъяо начало угасать, волосы постепенно укорачивались. Он с сожалением обернулся:

— Ладно, время вышло. Учитель пока уходит. Мелкие, прощайте.

— Прощайте, учитель, — с грустью ответили они.

Цзинь Чанъяо перевёл взгляд на Юнь Цинцзэ, стоявшую рядом с Шэнь Би:

— Ты... почему... — не успел он договорить, как золотое сияние рассеялось. Цзинь Чанъяо потерял сознание и начал падать с воздуха. К счастью, Юнь Сянцин вовремя подхватила его.

Время вернулось в обычное русло. Все ещё находились в замешательстве от только что произошедшего. Дальнейший порядок взяли на себя Яочэнь и Юнь Сянцин.

Шэнь Би прикоснулась к животу:

— Странно, мои раны... Это тот старший, что вселился в Яоэра? Но когда... — Она нащупала одно место и расширила глаза. — Д... даже тот канал, который в своё время был повреждён силой Крайнего Холода, восстановился. Невероятно. — Она посмотрела в небо, о чём-то задумавшись. — Кризис клана миновал. Когда же вы вернётесь?

Юнь Цинцзэ смотрела на потерявшего сознание Цзинь Чанъяо, и её сердце трепетало: «Что-то произошло? Почему мне всё время кажется, что только что появилось что-то знакомое, а потом исчезло?»

А тем временем на вершине одной из гор медленно проявилась тень Цзинь Чанъяо:

— Единственный здесь, от кого пахнет Вселенной, — это ты. Неужели в той великой битве кто-то из человеческой расы выжил, не пав?

На уступе горы спиной к нему стоял старик:

— Вы слишком любезны, господин. Возможно, из-за того, что старик слишком незаметен, посредственность позволила мне сохранить жизнь. Не знаю, зачем господин пожаловал...

— Ничего особенного. Раз ты знаешь мою личность, прошу в будущем присматривать за тем мной. И да, утечка ауры слишком заметна, не мог бы ты помочь уладить это?

— Старик, конечно, согласен.

— Благодарю. — Фигура Цзинь Чанъяо медленно таяла. — Кто во Вселенной не посредственен? Какой бы долгой ни была жизнь, каким бы высоким ни было Cultivation, в конечном счёте все ограничены понятиями, все имеют предел. Но только этот изменчивый и упорядоченный порядок способен по-настоящему что-то изменить. Слабость не делает посредственным, только заблуждение может. Например, я.

Старик улыбнулся:

— Из какого же времени вы родом?

Цзинь Чанъяо усмехнулся уголком рта и, обернувшись, сказал:

— Для меня время — тоже лишь определение понятия. — И исчез.

Старик пробормотал себе под нос:

— Неужели и старика втянули в верховную партию? Пусть лишь на мгновение, пусть всего лишь несколько незначительных фраз.

Тем временем в разных уголках человеческого мира произошли похожие всплески энергии:

— Печать открылась. Наконец-то проснулись.

— Энергия, способная повлиять на преждевременное открытие печати... Это вы?

— Аура настолько слабая, что доказывает — вы очень далеко от меня.

Одна из фигур усмехнулась:

— Эпицентр энергии совсем рядом со мной. Человеческая раса? Тогда стоит прямо туда и наведаться. Я иду к вам. — В следующий миг она исчезла.

На этом великая битва не на жизнь, а на смерть наконец завершилась.

http://tl.rulate.ru/book/162229/13486821