Готовый перевод A Quiet Life at Hogwarts / Тихая жизнь в Хогвартсе: Глава 66 Амбиции Саурона

В первоначальных планах Клейна Лютный переулок вообще не фигурировал.

Но, как говорится:

«Планируешь одно, а выходит другое».

Желал он того или нет, но титул «Владыки» прочно за ним закрепился.

Ступая по древней синеватой брусчатке Лютного переулка, Клейн не чувствовал того спокойствия, что застыло на его лице.

С чего-то вдруг ему вспомнилась старая песня на кантонском диалекте, которую он слышал много лет назад.

«Шагнуть на путь воинов – моя судьба, не по воле своей я стал плохим парнем…»

— Владыка?

Заметив, что господин Саурон остановился, Эйвери, уже успевший сменить обноски на изысканный костюм, поспешно шагнул вперед. На его лоснящемся лице застыла подобострастная мина.

— Господин, если есть какие-то распоряжения, просто поручите их вашему слуге.

Карактакус, не желая отставать, тоже подался вперед и почтительно склонил голову перед Эйвери.

Честно говоря, с появлением этого льстивого ничтожества, статус старого Карактакуса как «официально признанного прихвостня господина Саурона» оказался под серьезной угрозой.

О, как он раскаивался!

Когда господин Саурон был еще просто «Боссом», почему он не догадался как следует укрепить их отношения?

Теперь же всё изменилось: «Босс» в мгновение ока превратился во «Владыку», признанного всеми темными волшебниками.

То, что Карактакус всё еще мог прислуживать ему, держалось лишь на прежнем знакомстве. Но людей вокруг Саурона будет становиться всё больше… Куда тогда податься ему?

А значит, нужно стараться. Нельзя позволить другим вытеснить себя!

— Я думаю, наша улица несколько… тесновата, — спокойно произнес Клейн. Не мог же он признаться, что в его голове по кругу крутится навязчивый мотив китайской песни. В его темных глазах, казалось, отразилось всё многообразие мироздания.

Встретив этот глубокий взор, Карактакус и Эйвери в благоговейном страхе опустили головы. Обдумывая скрытый смысл слов господина Саурона, они украдкой переглянулись. В их сердцах невольно вспыхнула волна необъяснимого восторга.

Эта улица… мала?

Похоже, господин Саурон уже готов заявить о своей независимости.

Лютный переулок, святыня темных магов, станет местом, откуда будет выпущено первое заклинание против Министерства магии!

«Я поставил на верную карту!»

Эйвери не знал, о чем думает Карактакус; он лишь чувствовал, что его собственная жизнь наконец обрела великий смысл.

Действительно, стоит принять правильное решение – и жизнь становится невероятно яркой!

То, что не удалось Волан-де-Морту, «Владыка» совершит непременно!

— Снесите бесполезные строения, объедините ресурсы, а затем займитесь расширением, — холодно распорядился Клейн, глядя на ветхую и грязную улицу. Казалось, этот план созрел у него давно.

Эйвери и Карактакус замерли.

Что?

Разве речь не о войне с Министерством и захвате всей Британии?

Что значит «снести и перестроить»?!

— Владыка, мы… разве мы не собираемся развязать войну? — Выдавив сухой смешок, Эйвери осторожно потер руки, озвучив терзавшее его сомнение.

Карактакус промолчал, но по его лицу было видно, что и он совершенно не понимает этого решения. Нужно просто идти напролом! Мир снаружи огромен – там хватит места для всех!

— Войну? Какую еще войну? Разве я говорил, что собираюсь воевать с Министерством? — Клейн помрачнел. Воевать? Что за шутки! Стоит ему вывести толпу темных магов из Лютного переулка, как Дамблдор тут же явится с палочкой наперевес, чтобы устроить представление в духе «искусство – это взрыв» и уничтожить его как позор Хогвартса.

Ради спокойной старости директора лучше не дергать Магический мир за нервы.

Голос Клейна стал тяжелым, обрушиваясь на подчиненных. Невидимое давление заставило температуру воздуха вокруг упасть на несколько градусов.

Карактакус и Эйвери мгновенно затихли, словно цикады в мороз.

— Ваши мысли не лишены логики, но взор ваш слишком зашорен. Я скажу это один раз. Только один. И впредь ничего объяснять не стану. Глупцам нет места за моей спиной.

Клейн понимал: хотя он и придушил пламя их амбиций, если не дать им веского повода, его номинальные последователи рано или поздно начнут бунтовать. К счастью, для него, Клейна-Искусного-Лжеца-Грин-де-Вальда, не существовало неразрешимых задач.

С его кругозором, опережающим эпоху, обвести вокруг пальца этих темных магов, чьи мозги подсохли от постоянных практик, было не так уж сложно.

— Слушаем! — Вздрогнув всем телом, Карактакус и Эйвери навострили уши, боясь даже вздохнуть. Еще недавно они самодовольно кичились тем, что первыми переметнулись к Саурону, а теперь не могли даже предугадать мысли господина. Пришло время поумерить спесь.

— Цель войны – власть и положение. Но вы совершенно не учли рисков. Или учли, но недостаточно глубоко. Что такое Министерство магии? Это место, которое можно уничтожить в любой момент. Да и всю Европу, если мне будет угодно, я могу погрузить в море огня. Но… Европа? Ха-ха. Внешний мир гораздо больше, чем вам кажется.

Клейн говорил размеренно, а Карактакус и Эйвери впадали во всё большее замешательство. О чем он? Ничего не понятно. Но то, о чем вещает господин Саурон, звучит запредельно масштабно. Мир… Какая великая амбиция!

— Министерство – не враг. По крайней мере, не главный враг. Мне не нужна верность одной страны или одной земли. Я хочу, чтобы каждый, кто блуждает во тьме, признал меня своим господином! Вы понимаете?

Клейн скользнул взглядом по их лицам и тонко улыбнулся.

«Спаситель негодяев».

Какая прекрасная цель. Она заставит весь Лютный переулок пахать столетиями без остановки. Стройте, развивайтесь, идите в ногу со временем. Перестаньте пялиться на свой клочок земли.

Бить Министерство? Зачем! Сносите старье, расширяйте владения и работайте как проклятые.

Клейн в душе похвалил сам себя за находчивость.

— Владыка, это… это воистину… — Эйвери был ошарашен. Словно громом пораженный, он хотел что-то возразить, но почувствовал, что в горле пересохло. Превратить Лютный переулок в истинную «Святыню Тьмы»? Неужели это возможно?

Однако в его глазах вспыхнул яростный огонь. В этот миг Эйвери словно вернулся в юные годы, проведенные в Хогвартсе. Тогда он так же страстно верил в безграничное будущее.

Что такое Волан-де-Морт? Его мечта ограничивалась господством над британским магическим миром. По сравнению с великим «Владыкой» – это как небо и земля.

В этом есть смысл. Огромный смысл!

Только представьте: когда темные маги со всего света будут стекаться в Лютный переулок как паломники, какую власть и богатство обретет он, Эйвери, как один из ветеранов свиты господина?

От таких мыслей можно и во сне рассмеяться от счастья.

— Владыка, ради вас я готов пожертвовать всем! — Под спокойным взглядом Клейна Эйвери опустился на одно колено. Его лицо светилось жадностью и фанатизмом.

Когда приходит время делать ставку, истинный игрок не колеблется!

http://tl.rulate.ru/book/161305/10733293