Готовый перевод A player in the starting village is chosen as the savior. / Я в Деревне Новичков, а Меня Назначили Спасителем Мира: Глава 6. Братья навек

Глава 6. Братья навек

Напряжение между ними можно было резать ножом. Марк, наученный горьким опытом, не сводил глаз с противника, ожидая подвоха.

Вдруг тело Леви, натянутое как струна, расслабилось. Суровое выражение лица сменилось радостной, почти детской улыбкой. Он посмотрел поверх плеча Марка и приветливо крикнул:

— Дядя Барт! Вы уже вернулись?

Барт был отцом Марка, единственным официальным охотником в деревне, человеком суровым и уважаемым.

Сердце Марка екнуло, но тут же разум взял верх. Он мысленно усмехнулся: «Опять тот же трюк? Охотник дважды в одну ловушку не попадает!»

Он остался неподвижен, не позволив себе даже скосить глаза.

Однако периферийным зрением он заметил, что Леви полностью опустил руки. Его поза выражала смущение и неловкость, словно нашкодившего ребенка застали врасплох взрослые.

Уверенность Марка дала трещину.

«А вдруг... правда отец? Он же должен был быть в лесу, но кто знает?»

Это крошечное зерно сомнения, эта доля секунды колебания стали роковыми. Инстинкт сына, боящегося отцовского гнева, пересилил логику. Марк не выдержал и бросил быстрый, короткий взгляд через плечо.

Сзади никого не было. Только ветер гонял пыль.

— Проклятье!

Та же нога. Тот же угол атаки. Та же безупречно выполненная подсечка.

Бах!

На этот раз встреча Марка с землей была куда более жесткой. Из глаз посыпались искры.

— ЭРВИН!!!

Марк вскочил, как подброшенный пружиной. Его лицо пылало от гнева и унижения, ноздри раздувались. Сейчас он напоминал разъяренного молодого бычка.

— Ты лжец! Это подло! Это низко! Я тебя сейчас... я с тобой по-настоящему подерусь!

Он сжал кулаки, готовый броситься в атаку и стереть ухмылку с лица друга. Лучший стрелок будущего наемного отряда «Раскалыватели Черепов» был в ярости.

В этот критический момент Леви внезапно изменился в лице. Маска хладнокровия сменилась выражением глубочайшей скорби и уязвимости.

— Братишка... — голос Леви дрогнул. — Я только что похоронил родителей. Я остался совсем один в этом мире. А теперь еще и деревенский тиран хочет отобрать у меня последнее — клочок земли.

Он посмотрел на Марка огромными, влажными глазами, полными невыразимой печали.

— И ты, мой единственный друг, человек, которому я доверяю больше всего... ты действительно хочешь меня побить?

Кулак Марка, уже занесенный для удара, застыл в воздухе.

Он смотрел на Леви, который мастерски разыгрывал карту «бедной сиротки», и весь его гнев разбился о стену замешательства. Чувство вины смешалось с обидой.

— Но... но ведь... — Марк начал заикаться, совершенно сбитый с толку. — Это же ты! Ты нападал исподтишка! Ты меня обманывал!

Леви издал тяжелый, трагический вздох:

— Потому что я слаб. Я слабее тебя, Марк. Мне приходится использовать хитрость, чтобы выжить. Но если ты так хочешь меня ударить... что ж, давай. Бей сироту.

— А-а-а! Да ну тебя!

Марк почувствовал, как в груди закипает бессилие. Он не мог ударить. Это было бы просто неправильно.

Он махнул рукой, окончательно сдаваясь, похожий на парня, у которого наглый спортсмен увел девушку, а он даже не может возразить.

— Всё! Сдаюсь! Ты победил, доволен?! Я сдаюсь!

Как только эти слова слетели с его губ, в голове Леви раздался долгожданный мелодичный звон.

В ту же секунду мир вокруг Леви взорвался красками.

Потоки прохладной энергии хлынули в его глаза. Мутная пелена, о которой он даже не подозревал, исчезла. Мир обрел невероятную резкость. Он видел прожилки на листьях дерева в пятидесяти метрах от себя. Он различал танец пылинок в лучах заходящего солнца. Он мог пересчитать лапки мухи, пролетающей мимо.

Одновременно с этим его мышцы свело странной судорогой, которая тут же сменилась ощущением силы и знания. В его разум, в саму его плоть впечатывались навыки, которых у него никогда не было. Как правильно держать лук, как делать поправку на ветер, как дышать перед выстрелом — все это теперь было частью его существа.

Леви выдохнул, стараясь скрыть дрожь возбуждения. Эта грязная победа того стоила. Он не злодей, но выживание требует жертв, и пара синяков на гордости Марка — не самая высокая цена. Не подсыпать же другу слабительное, в конце концов.

Но не успел он насладиться триумфом, как перед глазами вспыхнуло новое синее окно.

Леви мысленно присвистнул. «Оскверненный гоблин».

Он уже начал понимать логику Системы. «Псом скверны» оказалась его безобидная дворняга. «Лучником Раскалывателей Черепов» был его друг Марк.

Значит, «Оскверненный гоблин» — это, скорее всего, обычный гоблин, живущий в лесу.

Вот только гоблин — это не дружелюбный пес и не наивный друг, который боится ударить сироту. Гоблины — это злобные, хитрые твари, вооруженные отравленными кинжалами и жаждой убийства. Это уже не игра. Это смертельный риск.

Леви стряхнул оцепенение и подошел к надувшемуся Марку.

— Ну, не дуйся, — он хлопнул друга по плечу. — Мы же братья навек. А братья должны прощать друг друга.

Марк дернул плечом, пытаясь сбросить руку Леви, но без особого энтузиазма.

Леви, не теряя времени, взял еду, которую Марк принес ему ранее, и впихнул ее обратно другу в руки.

— Ешь. Это тебе в качестве извинения. Не стесняйся.

Марк покосился на еду, потом на Леви, хмыкнул и начал жевать. Гнев его улетучивался так же быстро, как и появлялся.

Когда Марк расправился с последним куском, Леви, словно между делом, спросил:

— Твой отец скоро вернется? Я бы хотел его увидеть.

Чтобы выполнить квест, нужно найти цель. А во всем Окхейвене только старый Барт знал леса как свои пять пальцев.

— Отец ушел ставить силки. Скоро должен быть. Хочешь подождать у нас? — предложил Марк, решив, что Леви хочет обсудить долг.

Он схтил Леви за руку и потащил в сторону своего дома.

Хватка у парня была железная. Леви даже не пытался вырваться — это было бесполезно. Теперь он еще отчетливее понимал, почему ему пришлось жульничать.

Новичковый подарочный набор лишь исцелил его тело, сделав его здоровым подростком. Но Марк... Марк с десяти лет жил лесом. Каждый мускул в его теле был выкован бегом по пересеченной местности, лазанием по деревьям и тасканием туш. В честном бою Леви не продержался бы и трех секунд.

Вскоре они подошли к дому Марка.

По сравнению с лачугой Леви, это был почти дворец. Каменный фундамент, толстые стены из самана, крыша, крытая дранкой. Но внутри было тесно.

Кроме Марка, здесь жили его младшие брат и сестра. Семья охотника жила бедно. Барт был лучшим в своем деле, но драконовские законы поместья требовали отдавать почти всю добычу лорду. Охотнику оставались лишь потроха да обрезки.

Мать Марка, уставшая женщина с лицом, изрезанным ранними морщинами, штопала одежду у очага. Увидев Леви, она лишь вежливо кивнула:

— А, Эрвин... заходи.

И тут же, словно невзначай, подозвала младших детей к себе, в дальний угол комнаты. Тень проклятия, лежавшая на «друге ведьмы», все еще пугала суеверных деревенских жителей.

— Садись, — Марк указал на грубую скамью. — Отец скоро придет.

В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь треском лучины.

Вдруг младшая сестра Марка, Марлин, воспользовавшись тем, что мать отвлеклась, бочком подобралась к Леви.

http://tl.rulate.ru/book/160945/10454921