Готовый перевод Battlefield Priest's Diary / Дневник полевого священника: Глава 13. Господин священник прибыл

Глава 13. Господин священник прибыл

Пум-пум-пум-пум!!!!

Серия выстрелов заставила сознание Цинь Хао окончательно проясниться, но представшая перед глазами сцена отличалась от прежней.

Он не стоял на том маленьком пригорке, а сидел в траншее, прижимая к себе винтовку Мосина.

На поле боя по-прежнему рвались снаряды, а вдалеке несколько немецких солдат уносили на носилках раненого офицера.

Это…

Смена точки появления? Или «сохранение»?

По сравнению с двумя предыдущими заходами в этот мир, время сейчас было примерно на пять минут позже. В этот момент он вспомнил так называемую награду из дневника — Маленький шаг вперед от стартовой точки.

Что ж, по крайней мере, не нужно снова соревноваться в скорости с пулеметом «Максим», и это уже можно считать удачей. Но Цинь Хао знал, что сейчас есть вещи поважнее.

Засунув руку в карман, он затаил дыхание и с облегчением нащупал то самое поддельное удостоверение, в недрах которого покоилось рекомендательное письмо.

Отлично, предположения подтвердились. Теперь следующий шаг…

Знакомый звук шагов снова раздался поблизости.

Время для спектакля.

Павка был старым воякой, но на самом деле он не был так стар, как казалось — в этом году ему исполнилось всего тридцать четыре.

Уроженец глухой деревушки под Минском, он пошел в армию больше десяти лет назад ради куска хлеба. За эти годы вместе с русской армией он исколесил немало мест и повоевал со многими.

От Дальнего Востока до Средней Азии и вот до этой богом забытой дыры.

Сначала противником были японцы, потом афганцы, персы, австрийцы, а теперь настала очередь немцев.

Враги менялись один за другим, и товарищи по котелку менялись так же часто: кто-то сбежал, кто-то остался калекой, а большинство за какую-то нелепую идею сложили головы в богом забытых местах.

Ему везло. Кроме одного раза, когда он отморозил палец на ноге, за десять лет службы он не получил ни одного серьезного ранения.

Потомок крепостных крестьян, он не испытывал ни малейшего желания умирать за государя императора. Армия для него была лишь местом, где кормят, и он никогда не собирался лезть на рожон. На войне у него был свой секрет выживания, позволявший всегда выходить сухим из воды.

Но в этот раз встреча с германцем была иной.

Он никогда не видел такой плотности пулеметного и артиллерийского огня. «Максимы» косили людей со скоростью жнецов в разгар жатвы.

Офицеры, истошно вопя «За Веру, Царя и Отечество», гнали солдат на убой, словно скот, и едва затихала одна пулеметная очередь, как приходил черед следующей партии.

Видя, как тают ряды вокруг, Павка начал поддаваться панике.

Чтобы самому не идти в атаку, нужно было как-то договориться с командиром или заградотрядом.

Опыт подсказывал: ему нужен «козел отпущения», какой-нибудь желторотый новичок. В идеале — идиот, грезящий о подвигах, или тот, кого можно поймать на чем-то и заставить плясать под свою дудку.

Имея такого под рукой в момент опасности, Павка знал сотню способов подставить его под пулю вместо себя.

Он быстро приметил цель.

Человек азиатской внешности прислонился к стенке траншеи, впав в ступор с какой-то книжицей в руках. Выглядел он как легкая добыча.

Но едва Павка замедлил шаг, приближаясь к нему, тот обернулся. У незнакомца были темные, пронзительные глаза, которые, казалось, видели его насквозь.

Он произнес тоном человека, знавшего его вечность: — Эй, Павличенко, ты как раз вовремя.

???? Что происходит? Павка опешил и нерешительно подошел ближе: — Ты… ты меня знаешь?

— Конечно, Павличенко из деревни Солиная. Мы же старые друзья. — Лицо молодого человека озарила открытая, уверенная улыбка, какую дарят только старым товарищам.

?!! Старый лис почувствовал, будто увидел привидение. Он прослужил в армии долго, но друзей у него не было. Даже о том, что он из-под Минска, знали немногие, не говоря уже о названии крошечной деревни.

Незнакомец даже использовал уменьшительное «Павличенко», как близкий человек.

Потерев глаза рукавом, вояка окончательно убедился, что никогда раньше не видел этого азиата.

— Простите, я… я вас видел… то есть, мы знакомы? — растерянный Павка невольно перешел на «вы».

— Ты меня не видел, но я видел тебя. — Незнакомец загадочно улыбнулся, и в этой улыбке было что-то мистическое.

— Видели меня? Где?

— В моих снах.

— Во снах? — Павка посмотрел на него и почти решил, что перед ним сумасшедший.

— С детства мне часто являлись видения. Там был рай, был Господь, были все люди, и среди них был ты, мой друг… — Цинь Хао заговорил особым, торжественным тоном, какой используют в церквях, изо всех сил сдерживая ироничную ухмылку.

— Я священник. По воле Божьей я проделал путь из далекого Востока в Москву, а затем прибыл сюда. — С этими словами Цинь Хао протянул ему удостоверение.

— Священник?! Господин священник?!! — Павка чуть не подпрыгнул на месте. Он не умел читать, но изображение креста на документе узнал бы из тысячи. Для него это была фигура небесного масштаба.

Даже в его родной деревне перед батюшкой из полуразвалившейся церквушки сам староста шапку ломал и называл не иначе как «батюшка».

— Зд… здравствуйте, господин священник! Ой, простите, батюшка… я очень рад… — Павка мгновенно стал косноязычным. Он не знал, то ли ему вытянуться во фрунт, то ли кланяться. Он потянулся снять шапку, которой на нем не было, и просто поскреб лысеющую макушку.

— Павличенко, будь добр, сходи за господином офицером. Мне нужно обсудить с ним пару дел. — Цинь Хао вовремя избавил старика от неловкости.

И как раз в этот момент издалека донеслись высокомерные окрики: — Разойтись по трое! Живее! Не кучковаться! Держаться за стрелками, готовиться к контратаке!

Подполковник Кацман в сопровождении нескольких солдат с оружием наперевес подошел к ним, ворча: — Почему стрельба прекратилась?!

— Ты из какой части?! Почему не козыряешь офицеру! — Подполковник нахмурился, глядя на азиата.

— Подполковник Кацман, верно? Я наслышан о вас. — Незнакомец заговорил спокойно, без тени подобострастия, назвав командира по имени.

— Кто ты такой?! — Офицер нахмурился еще сильнее, и его рука медленно легла на кобуру.

Перед его глазами появилось удостоверение с оттиском креста.

— Ознакомьтесь, пожалуйста. Здесь всё указано. — Незнакомец сменил тон на более строгий. В общении с высшим чином он не стал церемониться, напротив — в его голосе прозвучали нотки человека, наделенного властью, стоящего выше простых смертных.

Увидев крест на обложке, подполковник осекся, и на его лице отразилась работа мысли.

Он раскрыл документ, всмотрелся в фотографию и дважды перевел взгляд на лицо Цинь Хао, сверяя личность.

Глядя на руку офицера, все еще лежавшую на кобуре, Цинь Хао незаметно сжал кулаки.

В следующую секунду рука подполковника соскользнула с оружия. Он вытянулся и сухо, но почтительно отдал честь.

— Виноват. Приветствую вас, отец Путин!

http://tl.rulate.ru/book/160746/10545821