Готовый перевод Blue-eyed matador / Голубоглазый матадор: Глава 18

—Воздушное пространство над Филадельфией | Четверг, 31 мая 2012 г. | 9:00 утра—

Наташа разворачивает свои карты и машет ими перед Клинтом с дразнящей улыбкой, уверенная в том, что за ней никто не стоит и угол наклона не позволяет отражению от окна самолета выдать ее карты.

Есть что-то, что можно сказать о выборе места у окна, и это не всегда «почему ты совершил такую небрежную ошибку». Иногда — в такие моменты, когда ты летишь с союзниками, которым можешь доверять, на одном из частных самолетов этих союзников, а солнце светит тебе прямо в спину — это что-то больше похоже на удовлетворение от правильно сделанного выбора.

Прошло всего около получаса, но полет проходит гладко, несмотря на летнюю грозу, которая разразилась под ними, и даже Клинт достаточно напитался кофеином, чтобы выполнять свою часть работы на фронте товарищества. Она рада. У него было несколько плохих ночей.

— Ну, давай же, — говорит она.

Клинт сжимает губы в угрюмой гримасе и изучает свою руку с видом человека, который не верит, что выиграет, и не заботится о том, что проиграет, но все же хочет притвориться, что это не так. «Есть тройки?»

Наташа улыбается. «Иди лови!»

Объективно это глупая игра, но она помогает приятно провести время, не требует от игроков особых усилий и дает бесчисленные возможности хвастаться небольшими выигрышами и сожалеть о небольших проигрышах.

Кроме того, Роджерс уже знает правила.

Знает правила и явно привык играть с кем-то, кто так же вопиюще жульничает, как Наташа. Сам он не жульничает, но она чувствует его внимание и его удовольствие каждый раз, когда она подкидывает себе еще одну карту. Вероятно, один из его коммандос был карточным шулером. Она задается вопросом, кто из них.

— Давай, большой парень, — звучит другая главная причина играть в игру, которая не требует большого внимания, — ты пропускаешь! Происходит что-то серьезное... Я сказала «серьезное»? Я имела в виду веселые вещи, математические вещи, тренировки для мозга, клянусь, я не... Я не лгу! Нам бы очень пригодилась твоя помощь, правда?»

Старк, который, возможно, слишком сильно перебрал кофеина, протягивает телефон группе, собравшейся вокруг маленького откидного столика, и с надеждой поднимает брови.

— Нам бы очень пригодилась твоя помощь, — повторяет Наташа в унисон с Клинтом.

— Ну, мы могли бы, — более искренне бормочет Роджерс, либо не поняв шутку, либо не желая в ней участвовать. — К тому же, твоя очередь, Тони.

Старк зажимает телефон между ухом и плечом и поднимает свою стопку карт, лежащих лицевой стороной вниз. — Говорю тебе, ты можешь внести большой вклад, помимо разрушения Вашингтонского монумента в ярко-зеленом воссоздании Кинг-Конга. Кстати, Роджерс, сделай меня королем».

Да, с таким подходом он далеко не уйдет с Бэннером. Но лучше пусть он промахнется, чем она снова посетит джунгли. В последнее время они с Бэннером находятся в гораздо лучших отношениях — на самом деле в отношениях, а не как будто никогда не встречались, — но она может обойтись без напоминания об этом.

Роджерс протягивает руку с другого места у окна и передает Старку двух королей, положив их на стол, а не протягивая, его выражение лица молчаливо выражает его собственные сомнения по поводу дипломатической стратегии Старка.

«Ты не хочешь вступить в клуб?» Старк добавляет королей к своим и бросает все четыре на стол. «Мы создаем клуб. Очень эксклюзивный. Клуб Мстителей. Нельзя даже заплатить, чтобы вступить, только по приглашению. Шарлотта в паутине, тройки, нет, иди лови рыбу».

Еще до того, как она успевает открыть рот, чтобы подтвердить, что у нее все еще нет троек, он берет карту из колоды, добавляет ее к своим картам, кладет их лицевой стороной вниз и возобновляет свои блуждания по проходу своего самолета.

Это один из способов закончить ход. Она позволит ему это, хотя бы потому, что он действительно вызвался убедить Бэннера вернуться в Штаты и присоединиться к последнему приключению. Пожертвуй собой ради команды, чтобы мысленно выйти из игры в карты — или выйти из социального общения; он в какой-то степени обращает внимание на их карты. В любом случае, это кажется справедливым.

Роджерс собирает тройки и пятерки Клинта, нечестно добытые тузы Наташи и — когда Старк возвращается к ним — восьмерки и десятки Старка, выглядя при этом совершенно невинным, искренним образцом добродетели, хотя у него явно есть и другая сторона. Будет интересно изучить его манеру считать карты.

«—Нас четверо, а «Смазанная молния» бродит по вселенной, играя в «О, брат, где ты?». Это плохо, кто будет нашим арбитром? Нам нужен арбитр, ты же знаешь, что Итси-Битси жульничает, а Робин Гуд ничем не отличается, а ты отлично разрушаешь вещи, посмотри на Гарлем и...»

Старк останавливается у пустого места рядом с ней, бросает возмущенный взгляд на свой телефон, а затем опускается на сиденье. «Он повесил трубку».

— Не могу представить, почему, — бормочет Наташа. Она делает еще три попытки, прежде чем Старк добивается какого-либо прогресса — либо этого, либо развития событий, которое более интересно с научной точки зрения и менее связано со смертью и хаосом.

А пока она просто возьмет три дамы, которые собрал Роджерс, добавит четвертую из рукава, чтобы собрать комплект, и начнет отбирать карты у Старка.

Конечно, это не лучшее, чем можно заняться в течение следующего часа, но и далеко не худшее.

http://tl.rulate.ru/book/160388/10378717