Готовый перевод One Piece: The Undying Flame (The Legend of the Black Sun) / Ван Пис: Неугасающее Пламя — Эйс против Прошлого: Глава 48. Истинная История

Глава 48. Истинная История

Когда Пейли вышел из каюты, «урок» уже закончился. Латин, судя по всему, доходчиво объяснил материал, и теперь Одэн плашмя лежал на траве, являя собой картину скорбную и поучительную. Его щеки, безжалостно оттянутые в разные стороны, пунцовели, словно переспелые помидоры, а на макушке красовалось несколько свежих, дымящихся шишек. Он выглядел донельзя несчастным: по лицу текли слезы, в которых пополам смешались искреннее раскаяние и детская обида на вселенскую несправедливость.

Остальные члены команды, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, усиленно делали вид, что изучают горизонт, такелаж или собственные ногти — что угодно, лишь бы не встречаться взглядом с Латином и не смотреть на поверженного самурая. Эйс, уже успевший осознать, какую опасность представляет собой этот человек, нервно сглотнул. Он мысленно поклялся себе, что впредь, прежде чем открыть рот в присутствии Латина, он трижды подумает, взвесит каждое слово и, возможно, решит промолчать.

Лишь Грей, казалось, наслаждался происходящим. Он подошел ближе и без тени сочувствия, с откровенной насмешкой в голосе, протянул:

— Ну и досталось же тебе, Одэн! Выглядишь как отбивная.

— Почему Грей его совсем не боится? — шепотом спросил Эйс у стоящего рядом Демона.

Тот, не отрывая взгляда от горизонта, спокойно пояснил:

— Для Латина в этом мире существует лишь две категории людей: Капитан и все остальные.

— Ох, ну что за детский сад, — вздохнул Колин. Он подошел к пострадавшему и, присев рядом, принялся обрабатывать его боевые раны. — Потерпи немного.

— Спасибо, Колин... — всхлипнул Одэн, с трудом принимая сидячее положение и скрещивая ноги. Он сам толком не понимал, как докатился до такой жизни, но интуиция — или, скорее, пульсирующая боль в шишках — подсказывала: если он попробует оправдаться, Латин вернется и добавит еще.

Пейли тем временем разложил на палубе принесенные листы с оттисками. Это были копии текстов с камней — всего восемь штук: два особых Дорожных Понеглифа и шесть обычных Понеглифов, содержащих исторические сведения. Такое внушительное количество объяснялось просто: в Вано, в резиденции сёгуна, им удалось обнаружить целую россыпь этих древних плит — целых семь штук.

Пейли, конечно, догадывался, что Клан Кодзуки, как создатели этих нерушимых монументов, мог хранить у себя не один камень, но итоговый улов превзошел все его ожидания.

— Одэн, давай начнем с красных, — Грей указал на два листа, помеченных особым образом.

Одэн кивнул, утирая слезы рукавом. Он внимательно изучил лишь тот оттиск, что они сделали на Дзо, — остальные камни он уже видел раньше, живя в Вано, и помнил их содержание наизусть.

— Оба этих камня указывают на определенные координаты. Это точки на карте, ведущие к острову, — начал переводить самурай, его голос всё еще подрагивал после взбучки. — Содержание остальных шести мне известно.

Он перевел дыхание и, указывая на один из листов, продолжил уже серьезнее:

— На одном из них записана информация о Древнем Оружии под названием... Уран. Оно символизирует надежду и будущее, олицетворяет само небо и, как сказано в тексте, обладает мощью, способной уничтожить мир.

— Древнее Оружие? — Грей заинтересованно вскинул бровь, и в его глазах мелькнул хищный огонек. — Звучит круто.

— Уран... — задумчиво повторил Пейли, пробуя слово на вкус. — Это имя человека или название какого-то механизма?

— Если оно способно уничтожить мир, то, скорее всего, это оружие, — предположил Гэри, почесывая затылок.

— Ну, гадать будем позже. Давай дослушаем Одэна, — вмешался Колин, жестом предлагая самураю продолжать.

Одэн снова сосредоточился на текстах:

— Вано в древности называли «Страной Золота». Наши предки поддерживали тесные торговые связи с огромным королевством под названием Шандора. Этому королевству требовалось огромное количество золота, и Вано обменивало драгоценный металл на ресурсы Шандоры.

Он перешел к следующему листу, и его лицо стало торжественным:

— А еще здесь говорится о человеке по имени Джой Бой. Именно он попросил Клан Кодзуки использовать особые, нестираемые письмена, чтобы запечатлеть определенный пласт истории. Он хотел, чтобы эти записи были разбросаны по всему миру. Клан Кодзуки добросовестно выполнил обещание, данное Джой Бою, и поклялся передавать умение читать эти тексты из поколения в поколение, чтобы знание никогда не умерло.

— Пустое Столетие... — пробормотал Пейли, погружаясь в размышления. — Значит, если мы соберем все четыре дорожных указателя и доберемся до Лаф-Тэйл, то узнаем всю правду об этом исчезнувшем веке?

— Тц, опять какие-то головоломки и загадки, — Грей разочарованно фыркнул, мгновенно теряя интерес. Он потянулся, хрустнув суставами. — Я-то думал, там карта сокровищ. Я все-таки пират, а не историк. Золото и серебро мне куда милее пыльных тайн.

— Вот именно! Какой толк от знания истории? — поддакнул Альд, выглядя таким же поникшим, как увядший баклажан. — Лучше бы подумали о том, когда к нам на корабль наконец-то вступит какая-нибудь сексуальная красотка!

— Эй, следи за языком при ребенке! — Абель, не раздумывая, схватил Альда за голову и с глухим стуком впечатал его лицом в палубу. — Мы тут не просто сборище мужланов!

На корабле, как-никак, находился семилетний мальчик, и Абель считал своим святым долгом следить за моральным обликом экипажа. Нужно подавать хороший пример!

Однако, к всеобщему удивлению, тема женщин вызвала у Одэна куда больший энтузиазм, чем древние тексты. Более того, он внезапно решил проявить себя как знаток. Словно делясь забавной байкой, он с невинным видом обратился к команде:

— Кстати, о женщинах. Мне доводилось бывать в смешанных купальнях, и я даже видел там предыдущую Ойран!

Он сказал это так просто, словно рассказывал о погоде или о том, что ел на завтрак. Но эффект от его слов был подобен взрыву бомбы.

Повисла гробовая тишина. Казалось, даже чайки перестали кричать, а волны — биться о борт. А затем над океаном разнесся коллективный, полный боли и отчаяния вопль:

— ЧЕГО-О-О-О?!

Все, кроме Эйса, Грея и невозмутимого Латина, мгновенно материализовались вокруг Одэна. Они обступили его плотным кольцом, зажав со всех сторон.

— С-смешанные... купальни? — Эндрю вцепился в плечи Одэна дрожащими руками. В его глазах плескалась такая жажда знаний, какой не было при обсуждении Понеглифов. — Это то, о чем я думаю?

— Мужчины и женщины... моются вместе? В одной воде? Прямо вот так?! — Глаза Альда вылезли из орбит, готовые выпасть на доски.

Одэн, перепуганный таким внезапным напором, вжался в палубу. Он не понимал, что опять сделал не так.

— Ну да... — пролепетал он. — Смешанные купальни — это именно оно. А что?

— А-а-а-а! Будь я проклят! — Эндрю рухнул на колени и принялся в исступлении колотить кулаками по полу. — Почему?! Почему я упустил такой шанс?! Это же рай на земле!

— Мы еще можем вернуться! Капитан, разворачивай корабль! Сейчас же! — Бад схватил Грея за воротник и принялся трясти его с силой, достойной берсерка. Из его глаз ручьями текли слезы раскаяния, а лицо исказилось в гримасе, подобающей скорее мстительному призраку, чем живому человеку.

— Ха-ха-ха! — Грей лишь расхохотался, глядя на это безумие. — Ну вы даете, парни! Цирк уехал, а клоуны остались.

— Капитан, ты не понимаешь! Мы упустили сокровище, которое в миллион раз ценнее любых исторических камней! — рыдал Гэри, воздев руки к небу. — Женская баня — это же мечта любого мужчины!

— Мечта-а-а-а! — вторил ему Демон, чей обычно суровый вид сейчас сменился выражением глубочайшей скорби.

— Знал бы я раньше... зачем мы так быстро починили корабль... — Даже всегда собранный Пейли выглядел так, словно только что потерял смысл жизни. Хоть он и не бился в истерике, на лице его было написано вселенское сожаление.

— Так вот что значило гадание «радость пополам с горем»? Теперь всё сходится... — Чарльз, сидя в темном углу, мрачно тасовал свои карты, окруженный аурой депрессии.

— Не надо было идти в бордель... надо было идти в баню... — Колин хлопнул себя ладонью по лбу, позволяя волне печали накрыть его с головой.

Одэну кое-как удалось выбраться из кучи-малы стенающих пиратов. Он на четвереньках подполз к Грею и с искренним непониманием спросил:

— Рэджи, я что, опять сказал что-то не то?

— Нет, ты просто сказал чистую правду, — Грей ухмыльнулся и потрепал самурая по голове, словно щенка.

В этот момент никому уже не было дела до бесценных оттисков, лежащих на палубе. Ветер подхватывал листы бумаги, грозя унести тайны столетий в открытое море.

Эйс вздохнул, подошел и принялся собирать разлетевшиеся копии. Он огляделся по сторонам: даже самый надежный и рассудительный вице-капитан сейчас выглядел так, будто его мир рухнул.

Латин сидел на фальшборте в одиночестве, аккуратно нанося лак на ногти, — к нему лучше было не подходить. Грей же снова о чем-то болтал с Одэном, травя байки о прошлых приключениях и хихикая, как ни в чем не бывало.

Это было странное время. В отличие от эпохи, из которой пришел Эйс, сейчас не существовало легенды о «Ван Пис», оставленном Роджером на Лаф-Тэйл. Поэтому для этих людей Понеглифы — путеводные камни, за которыми в будущем будут охотиться все пираты мира, — сейчас не стоили и ломаного гроша.

Роджер в это время был всего лишь новичком в первой половине Гранд Лайн. Было ли на том острове великое сокровище еще до того, как они туда прибыли? Или они сами привезли его туда?

Эйс не знал ответов.

Он подошел к Грею, сел рядом и протянул ему собранную стопку бумаг.

— Слушай, — тихо спросил он, глядя в глаза человеку, который казался таким беспечным. — Если тебе настолько плевать на историю, почему тогда, еще на Дзо, ты решил отправиться к Лаф-Тэйл?

http://tl.rulate.ru/book/160331/10617039