Готовый перевод Naruto: Unifying the Ninja World, I Don't Make Choices (I Want It All) / Наруто: Выбор для слабаков — я заберу их всех!: Глава 50. Режим Мудреца Священного Древа и Стихия Дерева?

Глава 50. Режим Мудреца Священного Древа и Стихия Дерева?

Небо на востоке начало медленно окрашиваться в нежно-сизый цвет, предвещая скорый рассвет. Линия горизонта едва заметно посветлела, но в Деревне Скрытого Водопада никто не замечал красоты пробуждающегося дня.

Такикагэ в окружении своих лучших бойцов стремительно приближался к подножию Священного Древа. Увидев, насколько сильно оно иссохло за эти короткие часы, он почувствовал, как сердце сжалось от боли и ярости. Отчаяние начало брать верх над хладнокровием.

— Где люди?! — взревел он, и его голос, обычно спокойный и властный, сорвался на хрип. — Вы что, все ослепли или сдохли? Немедленно атаковать этого ублюдка! Мне плевать, как вы это сделаете, но он должен быть остановлен!

Шиноби Такигакурэ, никогда прежде не видевшие своего лидера в таком исступлении, волной бросились вверх по стволу. В сторону фигуры, застывшей в медитативном трансе и продолжающей поглощать жизненные соки древа, полетели десятки техник. Огонь, вода, порывы ветра — всё обрушивалось на светящийся силуэт.

Но к их ужасу, атаки не приносили результата. Человек даже не пошевелился, словно был сделан из камня. Любая рана, любой ожог на его теле затягивались мгновенно, подпитываемые бесконечным потоком энергии.

Один из джонинов, подобравшись ближе, вскрикнул от изумления: сквозь рваные края ран он увидел, что внутри у этого существа нет ни костей, ни крови, ни плоти. Это была лишь человекоподобная оболочка, до краев наполненная бурлящей, ослепительно-белой энергией.

Один из ниндзя, желая выслужиться перед Такикагэ, в отчаянном прыжке настиг фигуру и обхватил её руками, пытаясь оторвать от ствола. Но стоило ему коснуться светящейся кожи, как раздался леденящий душу хрип. На глазах у всех молодой, полный сил мужчина начал стремительно увядать. Его кожа сморщилась, волосы выпали, и через мгновение на землю рухнул иссохший скелет, обтянутый пергаментной кожей.

Увиденное повергло остальных в шок. Страх, холодный и липкий, сковал их движения. Бить бесполезно, касаться — верная смерть. Шиноби Такигакурэ замерли в нерешительности, ощущая собственное бессилие. Но яростный взгляд Такикагэ, наблюдавшего за ними снизу, заставлял их продолжать бессмысленный обстрел техниками.

Наконец, солнце показалось из-за гор. Его первые лучи, преломляясь в брызгах великого водопада, мягко коснулись древа. Но вместо величественного исполина они осветили лишь мёртвый остов. Листва стала бурой, ствол потемнел — это был цвет окончательной смерти.

Видя это, Такикагэ больше не мог сдерживаться.

— [Стихия Огня: Техника Драконьего Пламени!] — проревел он, складывая печати.

Огромный огненный дракон сорвался с его губ и впился в крону Священного Древа. Сухая древесина вспыхнула мгновенно, словно была пропитана маслом.

— Слушайте меня! — крикнул Такикагэ своим людям. — Древо уже не спасти! Используйте Стихию Огня, сожгите всё здесь дотла! Сила этого существа растёт с каждой секундой. Если он поглотит всё до конца, нашей деревне конец!

Сменив милость на гнев, лидер деревни теперь сам стремился уничтожить святыню, лишь бы она не досталась врагу. Остальные ниндзя, повинуясь приказу, обрушили на дерево шквал огненных техник.

Силуэт на вершине, почувствовав жар, наконец проявил беспокойство. Впрочем, действия Такикагэ запоздали. Существо уже впитало более девяноста процентов всей жизненной силы древа. Оставшиеся крохи были досадной потерей, но их уже не хватало для идеального завершения процесса. Однако того, что было получено, вполне хватало для пробуждения.

— Кха...

Существо отлепилось от ствола и медленно поднялось в воздух, зависнув над пылающей кроной. Оно посмотрело вниз на копошащихся шиноби и издало странный, скрежещущий звук, словно его горло было забито песком и сухими листьями. Ему потребовалось время, чтобы привыкнуть к собственной гортани.

— Ниндзя Такигакурэ... — наконец произнесло оно, и голос его вибрировал силой самой природы. — Теперь я и есть Священное Древо.

Атаки на мгновение прекратились. Шиноби замерли, глядя вверх.

— Ты — Священное Древо? — прошептал кто-то. — Что за чушь?

История мира шиноби знала многое, но чтобы дерево превратилось в человека? Это звучало как бред сумасшедшего.

— Проклятая тварь! — выкрикнул Кономару, сын Такикагэ, выходя вперед. — Ты убил наше Древо и смеешь прикрываться его именем? Я, Кономару, уничтожу тебя!

Юноша быстро сложил печати и выдохнул мощный поток воды, принявший форму змеящегося дракона.

— [Стихия Воды: Техника Снаряда Водяного Дракона!]

— Глупцы... — прошипело существо. Оно лишь взмахнуло рукой, и в сторону шиноби полетел дождь из бесчисленных деревянных игл.

Древо, которое веками было объектом поклонения, теперь с нескрываемой яростью атаковало своих бывших верующих. Его примитивный, новорожденный разум был затоплен гневом.

Иглы градом обрушились на землю. Шиноби едва успевали выставлять защиту, но многие не успели.

Тюк-тюк-тюк...

Звуки вонзающейся в плоть древесины сменились криками боли и стонами раненых.

— Невероятно... Он использует Мокутон! — в ужасе закричал кто-то из старейшин.

Деревня погрузилась в хаос. Единственным, кто владел Стихией Дерева, был легендарный Хаширама Сенджу, Бог Шиноби. Возвращение этой силы в мир в руках такого чудовища окончательно подорвало боевой дух Такигакурэ.

— [Стихия Огня: Огненный Дракон!] — Такикагэ не отступил. Его техника врезалась в гущу деревянных игл, испепеляя их на лету и продолжая путь к цели.

Видя, что огонь эффективен, остальные ниндзя, владеющие этой стихией, начали действовать слаженнее. Воздух над деревней раскалился от множества огненных техник, нацеленных на парящую фигуру.

Существо, оказавшееся в кольце пламени, вскинуло руки.

— [Мокутон: Древесная Стена!]

Прямо в воздухе из пустоты выросли массивные бревна, сплетаясь в непроницаемый щит.

— [Мокутон: Техника Древесного Клонирования!]

В мгновение ока рядом с оригиналом возникли десятки клонов. Окутанные изумрудно-белой чакрой, они камнем рухнули вниз, в самую гущу врагов. Началась кровавая баня. Древесные клоны врывались в ряды шиноби, и в ближнем бою им не было равных. Те, кто был ниже ранга чунина, погибали от одного удара. Чунины держались чуть дольше, но и они неумолимо отступали. Лишь джонины могли сражаться с этими монстрами на равных.

Пока внизу кипела битва, само «Священное Древо» спустилось на землю, выбрав своей целью Такикагэ.

Ли Лин, наблюдавший за всем этим из своего укрытия, почувствовал, как внутри нарастает тревога. Если это существо сейчас вырежет всю деревню, оно станет абсолютным хозяином этих земель. Никто не знал, во что оно превратится дальше.

«Нужно вмешаться, — решил он. — Не ради спасения Такигакурэ, а чтобы не дать этому монстру окончательно войти в силу. Пусть они истощат друг друга».

Используя Гэппо, он сорвался с места и в несколько прыжков по воздуху оказался в самом центре побоища. Проигнорировав клонов, он нацелился прямо на оригинал, который в этот момент теснил Такикагэ.

— [Сверхсекретная техника: Залп Суперэлектромагнитных пушек!]

Шу-шу-шу!

Ослепительные лучи прорезали воздух, впиваясь в тело древесного монстра. Послышалось шипение, словно раскаленный металл опустили в воду. Воздух наполнился едким запахом горелой древесины.

— Гр-р-а-а! — существо издало вопль, в котором не было ничего человеческого. Оно резко, на сто восемьдесят градусов, развернуло голову и уставилось на Ли Лина взглядом, полным первобытной ненависти.

Ли Лина пробрала дрожь от этого взора, но страх тут же сменился холодной яростью.

— На кого ты вылупился, кусок полена? — оскалился он. — Я тебя породил, я тебя и в печку отправлю!

Ли Лин окутал себя искрами молний, а поверх легла непроницаемая броня Воли Вооружения. Используя Сорру, он мгновенно сократил дистанцию.

— [Стихия Ниндзя: Расенган!]

===CHAPTER-END|ID:2===

===CHAPTER-START|ID:3|===

Глава 51. Сэндзюцу. Мокутон: Великий Брахма

Зззз-ззт!

Сфера Расенгана размером с крупное яблоко с визгом впилась в грудь существа, разбрасывая во все стороны щепки и клочья белой энергии. Священное Древо взревело от ярости. Его лицо, и без того далекое от человеческого, исказилось в чудовищной гримасе, а из глаз, носа и рта начал изливаться ослепительный молочный свет.

— [Сенпо. Мокутон: Техника Тысячи Древесных Тисков!] — прохрипело оно.

Земля под ногами Ли Лина буквально взорвалась. Сотни колоссальных корней, подобных извивающимся земляным драконам, вырвались на поверхность, стремясь раздавить и перемолоть дерзкого шиноби. Ли Лин, используя Гэппо, взмыл в небо, уходя от смертельных объятий.

Корни не сдавались, они тянулись за ним ввысь, словно щупальца гигантского спрута. Но если Ли Лин успевал уворачиваться, то ниндзя Такигакурэ, оставшимся внизу, повезло куда меньше. Тысячи тисков не выбирали целей — они просто крушили всё на своём пути.

Те, кто не успел среагировать, превращались в кровавое месиво за доли секунды. Даже специальные джонины с трудом уходили от атак, а рядовые шиноби гибли десятками. Деревня, некогда скрытая в зелени, превращалась в выжженную, перепаханную корнями пустошь.

Внезапно над полем боя раздался полный отчаяния и боли крик Такикагэ:

— Кономару!!! НЕТ!!!

Этот вопль был настолько пронзительным, что даже Ли Лин на мгновение сбился с ритма, едва не попав под удар очередного корня.

— Чёрт! — выругался он, не оборачиваясь.

Ли Лин продолжал методично отстреливаться, короткими импульсами Рейлгана перебивая тянущиеся к нему отростки.

В это время Такикагэ, используя Шуншин, оказался возле одного из корней. На его глазах Кономару, его сын и надежда деревни, висел на древесном шипе, пронзившим его тело насквозь. Юноша был мертв. Такикагэ дрожащими руками разжал пальцы сына, в которых тот до последнего сжимал небольшой фарфоровый сосуд.

Не раздумывая ни секунды, лидер деревни сорвал пробку и одним глотком осушил содержимое.

— Господин Такикагэ?! — в ужасе вскрикнула куноичи по имени Ли (Фу), осознав, что её предводитель только что выпил Геройскую воду.

— Ли, теперь судьба деревни в твоих руках! — проревел Такикагэ. — Если не сдюжишь — уводи выживших! Бегите прочь отсюда!

Его аура внезапно вспыхнула, став невероятно плотной и агрессивной. Бешеная чакра, циркулирующая в его теле, создала вокруг него видимые кольца энергии, искажающие воздух.

— Сдохни, тварь! [Стихия Огня: Двадцать Снарядов Огненного Дракона!]

Р-р-а-а-а!

Двадцать яростных огненных драконов, каждый толщиной с вековой ствол, сорвались с его рук, устремляясь к существу на вершине.

— Чомей, выходи! — Ли, видя, что деревня превращается в руины, а товарищи гибнут один за другим, больше не собиралась сдерживаться.

Она начала стремительную трансформацию. Через мгновение на месте хрупкой девушки возникло колоссальное существо — гигантский панцирный жук с шестью крыльями и одним хвостом. Семихвостый Чомей тяжело взмахнул крыльями, поднимаясь в воздух. Облака фосфорной пыльцы дождём посыпались на землю, окутывая всё вокруг мерцающим маревом.

Священное Древо, зажатое между атаками Ли Лина и обезумевшего от горя Такикагэ, не успевало реагировать на всё сразу. Оно отбивалось корнями, не чувствуя прямой угрозы от пыльцы.

Ли Лин, заметив действия джинчурики, начал плавно отступать, создавая видимость того, что его силы на исходе. Такикагэ же, напротив, шел в лобовую атаку, разменивая собственную жизнь на раны врага. Его техники сыпались градом, заставляя «Древо» обороняться. Монстр понимал: эффект Геройской воды скоро иссякнет, и тогда Такикагэ упадет замертво сам. Нужно было лишь подождать.

Но Чомей, парящий в небесах, не собирался ждать. Как только концентрация фосфорной пыльцы достигла предела, семихвостый издал резкий пронзительный свист.

БУМ! БУМ! БУМ!

Серия сокрушительных взрывов сотрясла окрестности. Пыльца детонировала прямо на теле существа и на его корнях. Цепная реакция превратила всё вокруг монстра в зону сплошного огня. Гигантские корни, уже подпаленные техниками Такикагэ, разлетались в щепки.

— Проклятое насекомое! — взревело существо, окутанное дымом. — [Сенпо. Мокутон: Великий Брахма!]

Земля содрогнулась так, будто началось землетрясение. Из-под обломков начали расти не просто корни, а массивные древесные блоки, сплетающиеся в нечто колоссальное. Сначала показалась голова гигантского идола, на макушке которой стояло само «Священное Древо», вливая всю свою природную чакру в это творение.

Секунда за секундой, и перед шиноби предстала статуя божества, застилающая небо. Она была выше прежнего Священного Древа, а огромный Семихвостый казался на её фоне лишь назойливой мухой, едва достающей до пояса.

— Боги... — кто-то из выживших ниндзя выронил кунай. Колени подгибались сами собой перед мощью этого деревянного колосса.

Такикагэ, видя, что его время истекает, вложил остатки жизни в последний рывок. Он превратился в живой метеор, окутанный пламенем диаметром в пятьдесят метров, и врезался в грудь статуи.

В огненном вихре Такикагэ улыбнулся. Но улыбка застыла на его губах. Статуя просто взмахнула рукой, сбивая пламя, словно назойливую искру. Следующий удар ладони Брахмы обрушился на Такикагэ, когда его чакра окончательно иссякла. Жизнь ушла из его тела ещё до того, как древесная рука впечатала его в землю.

Хрясь!

Так закончилась история нынешнего Такикагэ.

Чомей, видя это чудовищное воплощение Мокутона, невольно вспомнил легендарную технику Хаширамы Сенджу — «Истинное Тысячерукое Искусство». Охваченный ужасом, жук рванулся вверх, в самые облака, пока статуя не стала казаться маленькой игрушкой. Но страх быстро сменился яростью.

Сделав глубокий вдох, Чомей начал формировать между челюстями колоссальную сферу из черной и белой чакры.

— Гр-р-а-а-а!

Бомба Хвостатого, неся в себе мощь, способную стирать с лица земли горы, устремилась вниз, прямо в голову Великого Брахмы.

Существо на вершине статуи почувствовало угрозу. Оно вскинуло голову, видя, как маленькая черная точка стремительно растет, превращаясь в вестника апокалипсиса. Брахма начал поднимать руки для защиты.

Ли Лин понял — это его единственный шанс. Он быстро сложил серию печатей.

— [Техника Теневого Клонирования!]

Вокруг него возникло десять двойников.

— Всем приготовиться! — скомандовал Ли Лин. — Используем [Сверхзвуковую Суперэлектромагнитную пушку]!

Это был его абсолютный предел. Десять клонов одновременно направили руки на голову статуи. Одиннадцать ослепительных лучей, преодолевших звуковой барьер, прорезали пространство в тот самый миг, когда сверху падала Бомба Хвостатого.

Выдав этот залп, клоны мгновенно развеялись, а сам Ли Лин пошатнулся, едва не сорвавшись вниз. Он был истощен до предела.

Одиннадцать световых копий и сфера чистой погибели зажали Священное Древо в тиски. Если он закроется от Рейлганов руками Брахмы, его уничтожит Бомба Хвостатого. Если попытается отбить Бомбу — лучи прошьют его насквозь. Поддержание такой огромной статуи требовало колоссальной концентрации, и любая ошибка означала смерть.

Его регенерация была велика, но даже она имела предел. И этот предел был прямо перед ним.

http://tl.rulate.ru/book/160183/10235398