Готовый перевод Ten Days to the End: It's Just a Trait, Why Does It Look Like a Cheat? / Десять дней до конца света: Это не читы, это просто талант!: Глава 64. Янь-ван

Глава 64. Янь-ван

— Девяносто семь, девяносто восемь, девяносто девять... Сто!

Мясник Ма во все глаза пялился на цифры, замершие на дисплее. Когда заветная сотня наконец высветилась на экране, он не выдержал — по его засаленным щекам потекли слезы облегчения.

— Наконец-то... — прохрипел он, едва переводя дух. — Наконец-то я смогу выбраться отсюда!

В тишине комнаты раздался синтетический, безжизненный женский голос:

[Поздравляем пользователя с успешным завершением ста кругов! В награду вы получаете одну попытку в лотерее!]

На экране тут же возникло изображение колеса фортуны. Мясник Ма затаил дыхание, наблюдая, как оно начинает вращаться. Его сердце колотилось о ребра, словно пойманная птица. Почти всё поле — добрых девяносто девять процентов площади — занимал сектор «Алмаз». Шанс проиграть был ничтожно мал. Неужели удача может отвернуться от него настолько жестоко, что он попадет в тот единственный процент?

Колесо крутилось секунд десять, а затем начало медленно замедляться. И чем тише становился стрекот стрелки, тем сильнее менялось лицо Мясника Ма. Его ликование сменилось нарастающим ужасом.

Почему? Почему стрелка замирает именно там, где находится этот крошечный сектор «Суперприз»?!

— Нет... Пожалуйста, только не это... — шептал он, впившись взглядом в экран, словно пытаясь силой мысли подтолкнуть колесо.

Но молитвы грешника не были услышаны. С тихим щелчком стрелка замерла точно на делении «Суперприз».

— Ого! Поздравляем! Вы снова стали счастливым пользователем и выиграли легендарный суперприз! — провозгласил механический голос.

Для Мясника Ма эти слова прозвучали как приговор, как шепот самого дьявола. Он обхватил голову руками и рухнул на колени, истошно воя:

— Я не хочу быть счастливым пользователем! Умоляю, не надо!

Но программа была глуха к его мольбам. Искусственный интеллект лишь следовал заданному алгоритму.

[Награда за «Суперприз» невероятно щедра: вес вашего жёрнова увеличивается на пятьдесят килограммов!]

Следом за ледяным голосом раздался скрежет металла о металл — звук, от которого заныли зубы. Где-то под полом ожил скрытый механизм. Мясник Ма почувствовал, как его руки налились свинцом. Шестерни под жёрновом провернулись, добавляя колоссальное сопротивление.

Это стало последней каплей. Мясник Ма окончательно сломался. Запрокинув голову, он закричал в пустоту, срывая голос:

— О Боги!.. Я же за всю жизнь ничего плохого не сделал! За что вы так со мной?!

*

Цзян Лин мельком глянул на экран телефона, где транслировалась картинка с камер наблюдения, и равнодушно убрал его в карман. Участь Мясника Ма не вызвала у него ни капли сочувствия. В конце концов, эту программу для лотереи он лично «позаимствовал» из одного известного китайского приложения для покупок, славящегося своей «щедростью».

Как говорится, репутация — вещь серьезная!

— Господин Цзян, я планирую сначала отыскать сестру Чжан.

Голос Сунь Цзяци дрожал. После того как он увидел, в каком состоянии находилась Чжэн Цзяцзяо, его сердце ушло в пятки и никак не желало возвращаться на место. Он боялся даже представить, через какой ад пришлось пройти Чжан Чэньцзэ в этом логове чудовищ.

— Иди, — Цзян Лин кивнул и бросил помощнику фонарик. — Свет тебе пригодится.

Маленький Сунь был вторым «маяком» в жизни Чжан Чэньцзэ. Только он мог вытянуть её из этого удушающего болота отчаяния. Цзян Лин специально не стал говорить, где именно заперта адвокат. Помощнику нужно было потратить время на поиски — это давало самому Цзян Лину немного личного пространства.

Проводив Сунь Цзяци взглядом, Цзян Лин направился к огромному шатру, украшенному иероглифами «Счастье».

— А ну стоять! — резкий, пронзительный голос заставил его замереть.

У входа за столом сидела немолодая женщина с острыми, крысиными чертами лица. Она смерила Цзян Лина подозрительным взглядом, щурясь от света.

— Гляньте-ка на него... Одежка городская. Ты кто такой и что тебе тут надобно?

Цзян Лин остановился. На его лице играла вежливая улыбка, за которой невозможно было прочесть ни одной мысли.

— Тётушка, я просто проходил мимо, — мягко ответил он. — Увидел, что тут празднуют свадьбу, и решил зайти, приобщиться к вашему торжеству, так сказать, напитаться удачей.

— Вот как? — Женщина немного смягчилась, но в её тоне всё ещё сквозило недоверие. — Выпить, значит, захотел? Учти, на банкете за пустые слова не кормят. Нужно подношение в красном конверте!

Она постучала ручкой по столу, где лежал большой лист красной бумаги. На нем корявым почерком было выведено, кто из гостей и сколько денег принес.

— Разумеется, — Цзян Лин усмехнулся.

Он достал из кармана пухлый красный конверт и положил его перед женщиной. Та вцепилась в него мертвой хваткой, и её глаза хищно блеснули. Она не удержалась и принялась пересчитывать деньги прямо при нем.

Пересчитав пачку дважды, она подняла на Цзян Лина сияющее лицо. В её голосе прорезалось приторное радушие:

— Ой, милок! Да тут целых сорок четыре тысячи четыреста сорок четыре юаня! Сразу видно — городской человек, щедрая душа!

Она на мгновение запнулась. Число «четыре» в их краях считалось дурным знаком, созвучным со словом «смерть», но жадность быстро пересилила суеверия.

— Цифры, конечно, не самые складные... Ну да ладно, вы в городах в этом небось не смыслите, — пробормотала она, записывая сумму. — Как звать-то тебя, парень?

— Янь Ван, — не моргнув глазом, ответил Цзян Лин.

— Янь Ван? — Женщина нахмурилась, выводя иероглифы. — Погляди-ка, так пишется?

Цзян Лин скользнул взглядом по списку, пестревшему ошибками. Он не стал её поправлять. Лишь едва заметно кивнул и прошел внутрь шатра.

Как только он скрылся из виду, женщина, воровато оглядываясь, схватила конверт и поспешила на временную кухню. Там, привалившись к огромному котлу, дремал мужчина.

— Подкаблучник, а ну проснись! — Она чувствительно ткнула его в плечо, не в силах сдержать ликования.

Мужчина продрал заспанные глаза и пробурчал:

— Чего тебе?

— Сейчас городской пришел! Такой дурак, ты не поверишь — сразу сорок тысяч отвалил! Больше, чем все остальные гости вместе взятые!

Сон как рукой сняло. Мужчина подскочил на месте, уставившись на жену:

— Сорок тысяч?! Да ты не врешь?

— Стану я тебе врать! — Женщина закатила глаза. — Я же говорила, что эта Чжан Лайди — проклятая девка. Стоило от неё избавиться, как нашему Чэнцаю такая удача привалила! Она всю благодать из дома высасывала!

Мужчина, не слушая её ворчания, глупо хихикал, поглаживая конверт.

— Слушай, — женщина понизила голос, — этот городской явно из богатеньких, да к тому же простофиля. Может, придержим его здесь?

Мужчина помрачнел:

— Дура ты, баба! У них в городе всё на карточках. Даже если мы его до нитки оберем, много ли поимеем?

— И то верно... — она на секунду задумалась. — Но у них же там квартиры, машины! Пусть отпишет нашему Чэнцаю хорошую квартиру в городе, да машину новую купит к свадьбе!

*

Под потолком шатра тускло горели оранжевые лампочки. Воздух был тяжелым, пропитанным запахами дешевого табака и пережаренной еды. За двумя десятками столов теснились люди, уплетая деликатесы. Видимо, родители Чжан Чэньцзэ действительно не поскупились, устраивая свадьбу любимого сына на деньги, вырученные за дочь.

На импровизированную сцену, пошатываясь, поднялся старик. По бокам от него стояли молодожены в ярко-красных нарядах.

— Односельчане! Дорогие гости! — проорал старик, перекрывая гул голосов. — Сегодня эти двое создают семью! Давайте же...

— Минутку, — раздалось из толпы.

Цзян Лин неспешно поднялся на помост. Сотни глаз уставились на него с недоумением.

— Всем доброго вечера, — заговорил он. Голос его был негромким, но странным образом достигал каждого уголка шатра. — Я человек приезжий, заглянул к вам на огонек.

Он улыбнулся и незаметно сунул старику-ведущему еще один конверт. Тот, почувствовав толщину пачки, расплылся в беззубой улыбке.

— Прекрасно! Просто замечательно! — зачастил старик. — Гость из города хочет провести церемонию! Чэнцай, Цзинь Доу, вам такая честь выпала!

Цзян Лин перевел взгляд на жениха, Чжан Чэнцая. Тот выглядел озадаченным, но Цзян Лин подмигнул ему:

— Не беспокойся. Я только что оставил твоей матери сорок тысяч в подарок.

Услышав о такой сумме, Чжан Чэнцай окончательно отбросил подозрения. Его лицо озарилось жадным восторгом:

— Да! Конечно! Пусть городской ведет свадьбу, я только за!

http://tl.rulate.ru/book/159887/10107842