Готовый перевод Tokyo Mad Police / Токийский безумный полицейский: Глава 29: «Две красавицы в борьбе за внимание»

Гиндза, расположенная в западной части центрального района Токио между Синбаси и Кёбаси, считается одним из самых процветающих торговых кварталов города. Это место называют сверкающей обителью желаний – здесь и тратят состояния, и вершатся судьбы героев.

Днем это деловой центр, где кипят людские потоки, а ночью – «гостиная» для бесчисленных талантов, желающих вкусить ночную жизнь Токио.

Раздался рокот двигателя, и роскошный Майбах 62s стоимостью в семьдесят миллионов иен плавно припарковался у обочины.

Дверь открылась, и из машины вышла женщина – истинное искушение, приковавшее к себе взгляды всех мужчин вокруг.

Красные туфли на шпильках сияли, словно драгоценные камни. Из разреза алого вечернего платья показались стройные ноги, безупречные, будто белый нефрит. Плавный изгиб бедер переходил в тонкую талию, над которой возвышалась пышная грудь, едва прикрытая тканью и дурманящая взор.

На гладкой шее покоилось колье с рубинами. Легкий и изысканный макияж подчеркивал благородную красоту лица, а огненно-рыжие волосы, уложенные в высокую прическу, добавляли образу величественности и аристократизма.

Эта женщина, достойная поклонения толп мужчин, была Такако Аримура, с которой Наоки Ханю мельком виделся днем.

Под прицелом множества глаз Такако Аримура вошла в ресторан «Кобэ Гю Огама», где ее уже ждал мужчина в строгом костюме – Наоки Ханю.

Он по-джентльменски помог ей отодвинуть стул.

— Добрый вечер, госпожа Аримура. Сегодня вы заставляете все цветы мира поблекнуть.

Такако Аримура сдержанно улыбнулась.

— Вы мне льстите, господин Ханю. В Гиндзе полно женщин красивее меня.

— Возможно, — ответил он. — Но ваши рыжие волосы сияют, как пламя. Думаю, в Гиндзе вы единственная в своем роде.

— А мне кажется, что настоящий сияющий герой здесь – это вы, господин Ханю. Пожалуйста, называй меня Такако, Наоки-кун.

Наоки Ханю лишь лучезарно улыбнулся в ответ. Какие бы цели она ни преследовала, он был готов принять правила игры, ведь он и вправду хотел заполучить эту женщину. Мужчины всегда тянутся к красоте.

— Такако, не откажи в любезности, выбери блюда.

Такако Аримура изобразила на лице приятное удивление.

— Правда? У меня довольно хороший аппетит, вдруг я объедят тебя, Наоки-кун?

— Прошу, прояви милосердие.

Такако подозвала официанта и уверенно сделала заказ.

— Бутылку Романе-Конти девяностого года, и еще две порции…

Улыбка Наоки чуть не дрогнула. Что она заказала? Романе-Конти девяностого года? Эта штука стоит семь миллионов за бутылку! Этот ужин обойдется мне минимум в десять миллионов?

Ханю уже начал жалеть о сегодняшнем свидании. «Может, мне пора сваливать? Такая красотка мне не по карману».

Сделав заказ, Такако Аримура обернулась и с улыбкой кокетливо коснулась его руки.

— Поскольку это наша первая встреча, позволь мне сегодня угостить тебя, Наоки-кун, хорошо?

«Очень хочется сказать „плохо“, но мой кошелек не в силах отказаться».

Наоки проглотил фразу о том, что в следующий раз платит он.

— Я уважаю твое решение.

Такако соблазнительно улыбнулась и, наклонившись к его уху, прошептала:

— Наоки-кун, расскажи о том, что ты пережил вчера ночью. От одних только новостей становится не по себе.

Наоки Ханю скользнул взглядом по ее глубокому декольте. Ему тоже было «не по себе», внимание предательски рассеивалось.

— Конечно. На самом деле, это была довольно обычная работа по делу. Все началось семь дней назад. Я как раз вышел из отпуска и взялся за дело о насилии над несовершеннолетними. Следственная группа тогда была в тупике.

Пока Наоки рассказывал, глаза Такако Аримуры азартно блестели, будто она сама была там. Погони, схватки на ножах, перестрелки – настоящая острота жизни.

— Наоки-кун, ты действительно невероятен. Выйти на след через теневые сайты «даркнета»…

— Я просто чуть больше размышлял, ничего особенного.

Чтобы лучше слышать рассказ, Такако пересела поближе к Наоки. Ее пышная грудь время от времени прижималась к его плечу, даря приятные ощущения.

Она была в шаге от того, чтобы броситься в его объятия, то и дело поднося к его губам бокал вина или кусочки деликатесов, словно заботливая жена.

— Получается, Павильон Бронзового Воробья и дело о насильниках – это целиком твоя заслуга. Те люди, которые пытались это скрыть, поступили просто ужасно.

Глядя на то, как женщина негодует за него, Наоки даже засомневался: искренне ли Такако Аримура выражает чувства или просто играет роль? Но в одном он был уверен точно – он хотел припасть к этим неумолкающим соблазнительным губам.

Прежде чем Наоки успел предпринять что-либо, рядом раздался знакомый голос:

— Добрый вечер, Такако. Какая неожиданная встреча.

Такако Аримура обернулась на голос и изобразила радость.

— Саэко! Почему ты одна?

— И не спрашивай. Меня подставили со встречей, пришлось ужинать в одиночестве.

Наоки Ханю повернул голову и увидел знакомый силуэт с фиолетовыми волосами. Длинные пряди ниспадали водопадом, фигура была еще более провокационной, чем у Такако, а ноги на высоких каблуках делали ее почти одного роста с ним.

Да, это была Саэко Амамия – лисица, заколовшая Сабуро Каватани, и его личный «казначей», присматривающая за двумя сотнями миллионов.

Саэко была в откровенном черном платье и накинутой на плечи горжетке из белой лисы. Истинное воплощение сексуальности и благородства.

Однако появление такой красавицы мгновенно потушило разгоравшееся в Наоки пламя желания.

Он ни на секунду не поверил в «случайность». Был лишь один вариант: эти две дамы затеяли всю эту игру ради какой-то своей выгоды.

Устроили целый спектакль с «первой встречей»… Непонятно, стоит ли хвалить Саэко Амамия за осторожность или упрекать за трусость.

Могла бы просто организовать встречу, а пришлось делать такой крюк. Неужели за ней следят?

Тем временем представление двух дам продолжалось. Такако Аримура радушно предложила:

— Это Наоки Ханю. Не хочешь присоединиться к нам? У Наоки-куна очень захватывающие истории.

Услышав это, Саэко Амамия бросила манящий взгляд на невозмутимого мужчину. В каждом ее движении сквозило бесконечное очарование.

— Можно мне к вам, Наоки-кун?

— Конечно. Раз ты подруга Такако, значит, и моя подруга тоже.

Саэко Амамия поправила подол и села напротив. Такако же, словно заявляя свои права, положила ладонь Наоки на свое гладкое бедро. Нежная кожа ощущалась как шелк, от нее невозможно было оторвать руку.

Надо признать, за их игрой было трудно заметить какой-либо подвох.

Троица непринужденно беседовала. В окружении двух таких красавиц Наоки Ханю притягивал бесчисленные завистливые взгляды. К счастью, обошлось без клише в духе «красавицы достаются только сильным».

Вскоре Такако Аримура встала, чтобы отойти в дамскую комнату. Увидев это, Саэко Амамия с улыбкой зашептала мужчине:

— Наоки-кун, ты в курсе, что жена и сын Хидэо Мидзутани мертвы?

Наоки ответил с такой же улыбкой:

— Знаю. Их сбила машина. Я сам занимался оформлением этого ДТП.

Саэко на мгновение замерла. Надо же, какое совпадение.

— И ты действительно считаешь это обычным несчастным случаем?

— Обычный он или нет – какое мне дело?

Они сидели друг напротив друга, мило беседуя, и со стороны никто бы не догадался, что речь идет о вопросах жизни и смерти.

Саэко Амамия сделала большой глоток вина. Ее лицо слегка покраснело, придавая ей еще больше очарования. Капля вина соскользнула с подбородка на шею, прошла по ключице и исчезла в глубокой ложбинке между грудей.

— Наоки-кун, а ты знал, что человек, стоящий за Павильоном Бронзового Воробья, на самом деле очень близок к семье Каватани?

http://tl.rulate.ru/book/159691/10091759